Последний рассвет

      Что это — милость Шепфа или мучение, находиться рядом с ней в последний раз? В последний раз видеть её лицо и вновь, как в первый раз, изучать каждую чёрточку; смотреть в глаза, и снова терять себя в бездне их нежности; чувствовать энергию и полюбить ещё сильнее, зная, что она отвечает мне такой же безграничной взаимностью.       Стою напротив неё. Не ощущаю пресного запаха серых стен тюремной камеры, только сладкий персиковый аромат её энергии. Не слышу ничего, кроме её спокойного, иногда прерывистого дыхания. В слабом свете лучей уходящей луны, пробивающихся сквозь широкие решётки, вижу лишь бледное, взволнованное лицо и гордый взгляд синих глаз, достойно приняв неизбежный конец. Моя сильная, смелая девочка! Мой нежный, чистый сосуд.       Опускаю голову, прикрываю глаза и устало прислоняюсь к холодной стене, ощущая как мороз мелким покалыванием пробивается к основанию перьев. Крылья связаны, руки в кандалах и цепях. В этот раз ангелы подготовились, как никогда. Лучше, намного лучше. Знали, кого собирались сажать на цепь. Невольно усмехаюсь своей беспомощности. Не могу избавится от оков, каждая попытка вырваться из них, только усиливает их магическую силу и они крепче сковывают и сдавливают меня и… её. Они причиняют невыносимую боль Вики. Не могу выдержать пытку её болью, страданиями и криками отчаяния. Не могу мучить моего ангела своим сопротивлением.       Сегодня на рассвете нас обоих казнят. Я не боюсь умереть, но чувствую как распадаюсь на части, словно осколки битого стекла, как разлетается душа на миллионы крупиц серого пепла от понимания, что умрёт и она. Я погубил её, обрёк на смерть, потому что она последовала за мной! Со мной! Рука об руку, мы боролись против этого мира! Восстав против всех! Приняв мою сторону, она обрекла себя на погибель!       В груди больно жжёт и плавится сердце. Хочется повернуть время вспять и исправить всё, только бы спасти её. Мою единственную любовь, девушку, которая стала моим маячком, знаменем свободы, символом любви и верности.       Лучше бы Шепфа меня сразу убил, тогда бы я не смог погубить её.       — Я не жалею, — шепчет Вики, поднимается с колен и подходит на шаг ко мне, — слышишь, Мальбонте.       В тёмных сумерках камеры, вижу её решительный взгляд — она не врёт, даже зная, что через несколько минут умрёт. Звякающая цепь неприятно раздирает слух, тяжёлые кандалы затягивается на её тонких запястьях, но она будто не ощущает её, всё равно идёт ко мне, пока цепь не начинает выворачивать руки.       — Мой нежный ангел, — отвечаю ей таким же шепотом и подхожу к ней на столько на сколько позволяет длина моей цепи, так же выворачивая мне руки. Смотрю в её глаза и тянусь к ней своей энергией, — прости, Вики, прости за всё!       — Не жалею ни о чём, — звякает цепь, она приподнимается на носочки, — поцелуй меня, — едва дотягивается до моих губ и из её глаз стекает пара крупных слёз, ведь только губами мы можем коснуться друг друга.       Подаюсь навстречу, натягивая до боли цепи и жадно впиваюсь в её губы, ощущая сладость дикой вишни и терпкую негу разливающуюся внутри. Последний поцелуй… Наши энергии тесно переплетаются и растворяются друг в друге. Мы разрываем поцелуй и соприкасаемся лбами, боясь лишиться этого сладкого мига полного единения тел и душ. Я, словно древний пилигрим, который наконец нашёл своё пристанище, свою святую обитель одновременно с упоением и горечью, блаженно ловлю эйфорию счастья рядом с моей Вики.       — Я... люблю тебя, Вики! — целую её мокрую от слёз щеку, вдыхаю тонкий аромат волос.       Она улыбается, поднимает на меня сияющие глаза, в которых отражается последний проблеск луны.       — И я тебя люблю, Мальбонте! Всем сердцем и душой.       — Всем сердцем и душой, родная, — повторяю я.       Слышим эхо шагов по коридору и на мгновение отстраняемся друг от друга. Дверь камеры со скрипом отворяется, входит несколько архангелов и наложив какое-то заклинание, достают цепи из стен. Четверо поднимают мои цепи, один — Вики и приказывают нам идти вперёд. В коридоре нас ждёт ещё несколько стражников, один из которых создаёт магический купол, высасывающий мои силы, словно пиявка кровь. На мгновение становится трудно дышать, но потом ощущаю убийственную усталость. Нас толкают вперёд, к выходу. Переплетаясь пальцами с Вики и она сильнее впивается в мою руку ногтями.       Свежий воздух облегчает мою усталость и упадок сил. Стоило нам выйти вперёд, как стоящие внизу ангелы и демоны начинают перешептываться. Поворачиваю голову к Вики, на лице появляется улыбка разбавленная горечью предстоящей утраты и одним взглядом говорю ей: «Уйдём достойно, Вики». Она отвечает мне такой же улыбкой;       — Достойно, Мальбонте.       Мы поворачиваемся к стоящей публике и с гордо поднятыми головами всходим на эшафот, где нам уже уготовлены места для обезглавливания. Мы становимся напротив своих мест последний раз всматриваясь в лица бессмертных: скулёж демоницы Мими, непроницаемое лицо Люцифера, который смотрит куда-то поверх нас, отстраненный взгляд Дино и сотни других глаз. Гордо встречаю взгляд каждого присутствующего, ведь не боюсь умереть. Меня разрывает на части от понимания, что умрет она — мой бесценный ангел, моё сокровище.       Нас ставят на колени, смотрю как первые лучи солнца окрашивают лицо моей неповторимой любви в нежно-розовый оттенок, придавая ей ещё большую красоту. Слёзы застилают её прекрасное лицо, она учащённо дышит. Наши головы укладывают на деревянный пень.       — Не бойся умереть, моё сокровище, — стараюсь сохранить спокойствие, но сам под действием магии не могу противится происходящему.       — Я не боюсь умереть, — шепчет она, — я боюсь остаться без тебя! — Она всхлипывает и последний раз тянется ко мне энергией.       Она втягивает воздух и от страха тонкие нити её энергии тянутся ко мне, жадно впиваясь под кожу. Я стремлюсь ей на встречу так же отчаянно, прилагая последние силы, чтобы заключить её в невидимые объятия. Невесомо касаюсь прозрачными лентами энергии её губ, оставляя на губах нежный поцелуй, и мы сплетаемся воедино, словно стебли дикого плюща, навеки соединяясь в единое целое.       — Привести приговор в исполнение! — командует Верховный советник.       «Я люблю тебя» одновременно, одними губами, говорим мы.       Свист заносящихся на нашими головами мечей.       — Я найду тебя, где бы ты не была! Жди меня!