А ворон тоже человек

Знаете, самое странное чувство, которое мне когда-либо приходилось испытывать, это непроходящее желание долбануться головой о ближайшую поверхность. Ещё больше меня напрягало то, что мне очень сложно шевелится, а вокруг кромешная темнота. Чудесно. А в какой-то момент, когда я ненадолго задумался, то понял, что неконтролируемо бьюсь о что-то. И бьюсь чем-то непонятным. Как будто мне на место рта прикрепили колпак, которые многие одевали на голову в день своего рождения. Очень странное сравнение, но ни на что больше это не похоже. А тем временем поверхность, по которой я бил, начала трескаться. Из-за вывалившегося кусочка пробился лучик света. Он не был ярким, но это все равно было куда лучше, чем та кромешная тьма, которой я был окружён какое-то время. Я с ещё большим усилием начал долбить эту странную стену, чтобы наконец понять - что происходит. А когда откололся достаточно большой кусок, в который я бы точно пролез, меня настигла немного другая проблема. Я что-то совершенно не понимал, как управлять своим телом. Поэтому, раскачиваясь, я перевернул конструкцию, в которой находился и попросту выпал из неё. В следующую секунду, лёжа на спине, я наблюдал перед собой огромную голову черной птицы. Она внимательно меня разглядывала, наклоняя голову то влево, то вправо. Несколько раз обошла меня, а потом перевернула так, чтобы я стал на ноги. Но я, как самый настоящий мужчина, упал лицом в пол. И тут мой взгляд зацепился за то, что я называл колпаком. Да, это клюв. Ничего такой, симпатичный. Держать равновесие было очень трудно, поэтому осмотреть всё вокруг я решил лёжа. Или сидя. Я не знаю, как это назвать. И как назвать эту ситуацию в общем. Вот сидишь ты дома, никого не трогаешь и тут БАЦ! И ты уже птица. И ладно бы, если бы были какие-то светящиеся магические знаки вокруг, Божий глас, хор ангелов или хоть что-то. Так нет же. Вообще без спецэффектов. Даже скучно как-то. Попробовал несколько раз встать, вроде даже начал привыкать к новому телу. Наткнулся на сородичей. Видно, братья и сёстры. Прыгают, кусают друг друга, несколько раз пытались клюнуть меня. Ага, не надо мне такого счастья. Уселся я, значит, на другом конце гнезда и стал смотреть вдаль. Но подумать о бесцельно прожитой жизни молодому организму не дали. Сзади послышался писк, а потом звуки поглощения пищи. Есть я не хотел, но был уверен, что скоро захочу, поэтому сразу направился к родителю, который так любезно притащил нам что-то мохнатое и окровавленное. Сильно спешить с поглощением такой пищи я не собирался. Подумал немного. Но, когда от тушки почти ничего не осталось, а у меня в приоритете оказалось "не умереть", то особо выбирать я не стал. Большая часть птенцов уже мирно спали в сторонке, а оставшиеся ели не очень активно. Поэтому я смело шагал на трапезу. Ну, что я могу сказать? В некоторых местах мясо уже начало плохо пахнуть, поэтому я старался отрывать себе еду там, где она пахла не так противно. В отличие от братишек и сестрёнок, я не глотал всё без разбора. Возможно, это лишь паранойя, но перестраховаться всё же стоит. Жрать что попало я не собираюсь, даже если буду помирать с голоду. Но на следующий день все были живы и здоровы, значит переживал я зря. Ну так вот. Такими темпами прошло какое-то время, которое я как-то не додумался подсчитать. Но вряд ли прошло больше двух недель. Значит, будем считать мою вторую неделю прибывания здесь отправной точкой. Почему? Да так. Просто грозные мама и папа вдруг решили, что нам уже пора бы полетать немного. Я-то что? Я совершенно не против, вот только когда я наблюдал за тем, как одного из моих братьев скинули с гнезда, а он так и не взлетел, настроение стало не самым хорошим. Родитель курлыкнула что-то о том, что, мол, как же так? Подняла с земли вкусный трупик птенца и таков у нас был завтрак... Да, перенесли мы полёты на ещё одну неделю вперёд. Там все были уже немного смелее, так как под крик мамы "Перрвый пошёл!", сестрёнка таки полетела, красиво приземлилась на землю и начала скакать там. Потом то же самое сделали ещё несколько птенцов. Да, со стороны выглядит довольно легко, но когда тебя толкает с огромной высоты твоя же мать, ты совершенно не понимаешь что делать. Тупо начинаешь размахивать всеми конечностями и, что удивительно, летишь. Правда, так вышло, что когда мы все уже были внизу и изучали чудесный мир, к нам прибежал какой-то зверёк, который был не прочь полакомиться птенцами. Но, спасибо маме, лакомились им мы. Так прошло несколько дней: мы ели, летали, пытались охотиться и были невероятно счастливы, когда сами находили еду. Мысли о том, что я, такое великое существо, как человек, теперь птица, посещали мою умную головушку всё реже. Я был не против. Эта спокойная жизнь с братьями, едой и полётами мне вполне нравилась. Я вполне себе счастлив, что моя прошлая жизнь, наполненная суетой, переживаниями и спешкой, теперь превратилась в это. Но, как говорится, всему приходит конец. На третий месяц моего пребывания в гнезде мои родичи начали улетать кто куда. Я уже был вполне себе ворон. Уж не знаю, какого я размера, но уже не меньше, чем мои родители. Я уже самостоятельно добываю себе еду и неплохо летаю, так что смысла быть в родном гнезде я не вижу. Поэтому, следуя примеру своих сестёр и братьев, в один из прекрасных дней я просто улетел. Даже грустно как-то. Без прощаний, без салютов, без спецэффектов. Последний раз я был так разочарован, когда только появился в этом мире. Совсем мне это не нравится. Захотелось сделать что-то эдакое, чтобы не просто улететь в закат, а точнее в рассвет, а чтобы как-то запомнился этот день не только у меня, а и у всех, кто меня сейчас видит. И вот так, с тихим хлопком, в глубине Запретного Леса исчез чёрный ворон.