Мой богатырь

Когда Финист впервые увидел Ивана, то не нашел в нем ничего примечательного. Он не носил бороды, которой так гордились все русские богатыри, не надевал на дневные патрули доспехи, а облекался лишь в ненадежную тряпку из тонкой ткани, которую сын Ильи Муромца рьяно отстаивал и называл "непромокаемой курткой". Его простое и, возможно, немного глуповатое лицо смешило молодца, он не упускал случая подтрунить над товарищем по службе. А вот невеста Ивана - Василиса - Финисту сразу приглянулась. Она хоть и не бегала за ним, как многие девушки Белогорья, но и не отвергала и спокойно принимала ухаживания. Сначала Финист оказывал внимание Василисе исключительно из-за сильной симпатии, но спустя время приноровился и продолжал делать это только для того, чтобы пощекотать нервишки незадачливого жениха, который пронизывал Сокола яростным взглядом каждый раз, когда тот приближался к девице. На состязаниях, перед тем, как пройти полосу препятствий, Финист бросил Василисе небольшой букет полевых желтых цветов. Та с радостью его приняла, понюхала и восхищенно поглядела на дарителя. Иван, стоящий рядом с девушкой на деревянном балконе, тут же среагировал. Вены на его лбу вздулись, глаза налились кровью. Он выхватил цветы из рук невесты и бросил Бабе-Яге. По лицу Финиста расползлась довольная ухмылка: ему снова удалось взбесить Ивана. Последующие события произошли достаточно быстро. В самый разгар состязаний откуда-то с неба спустилась грозная женщина на черном волке, а с ней белая полярная сова. Началась битва, в ходе которой Сокол про себя отметил, что сражался Иван вполне неплохо, если учитывать его отнюдь не богатырскую силу. Затем они решили спасаться бегством, Иван зачем-то прихватил с собой наглого Колобка, скрылись в болотистых зарослях у реки, переночевали и отправились на поиски Кощея в Царство Мертвых. На небольшом островке Финист помог Бабе Яге вытащить и натянуть тяжелую цепь (потому что Иван ожидаемо не справился), которая в итоге оказалась неким "управлением" огромным летучим китом. Молодец продолжил держать цепи, ну а остальные расположились на бугристой широкой спине водного обитателя. Наступил ранний вечер. Закатное солнце озаряло тайгу нежным светло-розовым светом. В спину подул прохладный ветерок, который придал уставшему Финисту немного сил. Он размял затекшую шею и плечи, а затем огляделся. Баба Яга ушла куда-то далеко, ближе к хвосту кита. Василиса крепко спала, прислонившись к дереву. А Иван сидел в нескольких метрах от нее и перебирал камни. Он так старательно ими занимался, будто что-то искал в этой черно-белой гальке. Парень выглядел совершенно спокойным, однако лицо его казалось сосредоточенным. Финист невольно улыбнулся, глядя на забавную картину: сын великого Ильи Муромца катает в ладонях камушки. Он хотел было вновь отпустить в адрес Ивана какую-нибудь колкую шуточку, но, открыв рот, остановился. Ваня внезапно оставил свое занятие и потянулся, чуть-чуть оголив свой торс. Вопреки всем ожиданиям Сокола, он оказался весьма накачанным. Иван некоторое время поразминал руки в воздухе, а затем сладко зевнул. Причем издав такой милый, непринужденный, высокий звук. Финист вспыхнул и отвернулся. "Да уж, называет себя богатырем, а вздыхает как красная девица" - подумал он, попытавшись снова мысленно посмеяться над Иваном, но в этот раз не получилось. Сокол не сдержался и снова, но уже краем глаза, посмотрел на парня. Тот улегся рядом с Василисой, подложив руки под голову. - На котенка похож- мечтательно заулыбался Финист. - Вот бы его сейчас обнять со спины и поворошить волосы, а потом... Вдруг сзади раздался скрипучий голос Бабы Яги: - А на кого это мы тут отвлекаемся? Уж не на Ивана ли? В голосе старухи слышался смешок. Сокол вновь залился краской и поспешно обернулся. - Нет, конечно! Что еще за вопросы?! - Ладно-ладно, не кричи, не видишь, все спят. Лучше стой, держи цепь да помалкивай. До глубокой ночи Финист думал только об Иване, пока сам не провалился в глубокий сон.