Отпустить

В попытке отдышаться после крайне ожесточённого спора с разъярёнными Эреном и Микасой, Леви решил оглядеть пылающие руины сегодняшней битвы под грязно-серым небом. Всё, что угодно, лишь бы не смотреть под ноги. Перед его глазами предстала похожая на апокалипсис картина, ставшая до жути привычной в этом безумном жестоком мире. Чёрт, он ведь знал, чувствовал, что план добраться сюда был фатальным и, как всегда, на грани безумия. Капитан ведь сразу попросил его хотя бы не ехать сюда самому. Надо было всë же сломать его отвратительно длинные ноги. К чертям этот подвал и эти секреты, нам это не поможет, нам в принципе уже ничего не поможет. В итоге их осталось всего восемь. Восемь человек из сотни солдат разведкорпуса. Из новобранцев остался лишь один, тот наглый малец, который притащил его тело на крышу. В ту самую секунду, когда капитан увидел до боли знакомые пряди цвета солнечной пшеницы, нашел в затуманенном отчаянием и потерей мозгу воспоминания о лазурных глазах, которые больше никогда не взглянут на него с тем особым вниманием и небольшой искоркой ребячества и вызова, ему стало в разы труднее сохранять самообладание. Практически разваливаясь на части, он выдавил краткое "спасибо" этому восставшему из мёртвых парню. А буквально через несколько мгновений на него накинулись два надоедливых подростка. А ведь, казалось бы, все самые тяжёлые решения уже были приняты сегодня. Ему так сильно хотелось спасти всех и каждого. Однако ноющая боль где-то в районе сердца постоянно напоминала о том, что, сколько бы ты не пытался, помочь всем не получится. Никогда. В этом кошмаре наяву так заведено – самые дорогие люди всегда умирают, будь ты даже «самым сильнейшим воином человечества». Изабель, Фарлан, весь его отряд, а теперь и… он. Кто станет следующим в этой заведомо проигранной схватке со смертью? Гладкая металлическая коробочка с инъекцией отрезвляюще холодила слегка подрагивающую ладонь. Во время спора, резко перешедшего в драку, Леви попросил Эрена отбросить свои личные чувства, но как же далёк от этого был он сам. Тягучее ощущение безысходности ситуации наполняло его до краёв. С едва различимым рваным вздохом он оторвался от осмотра окрестностей и повернулся к практически трупам двух самых светлых умов разведкорпуса. Армин, так отчаянно и героически бросившийся на выручку своему лучшему другу, теперь едва ли сохранил свой человеческий облик. Его тело полностью состояло из ужасных ожогов, от светлых волос и практически детского лица не осталось и следа. Скелет, обтянутый подобием кожи – это всё, что осталось от мальца. И этот выворачивающий наизнанку все внутренности запах. Запах смерти. Недалеко от тела Армина лежал он. Человек, подаривший ему надежду, шанс на достойную жизнь, вытащивший его из отвратительных трущоб. Точнее то, что от него осталось. В левом боку зияла огромная рваная рана, задевшая большинство жизненно важных органов, не оставляя ни одного шанса на выживание. Леви на практически негнущихся ногах сделал несколько осторожных шагов в его сторону. С каждым сантиметром ближе липкое осознание произошедшего накрывало его с головой. Тело начало трястись всё отчётливее. В какой-то момент у капитана подкосились ноги, и он упал на колени, не силах сдерживать рыдания, рвущиеся из глубины души. Он удивлённо поднес ладони к своему лицу, уже и забыв, что такое слёзы, попытался судорожно вытереть эти жгучие потоки оголившейся боли. Заставив себя поднять взгляд, Леви увидел будто мирно спящего человека, являющегося центром его вселенной. Вот только он никогда больше не отдаст ему приказ, а капитану придётся совсем одному продолжать выживать в этом аду, если мужчина не сделает то, что должен. Почему он, а не я? Он этого не заслужил, он должен был выжить. Он должен был возглавить остатки отряда и ввести их обратно в город. Он должен был остаться тут, с нами, со… мной. Мужчина провел дрожащей рукой по его слипшимся от пота и крови волосам, любовно коснулся щеки с ярко выделенными скулами, стараясь не забывать, как дышать. Скоро этот кошмар закончится. Решение появилось в голове практически мгновенно, как только он увидел новобранца, притащившего на себе его на крышу здания. Капитан считал это единственным выходом из бедственного положения, в котором все они оказались. Ведь только один человек в мире сможет привести за собой человечество к спасению и свободе, и Леви, действительно, верил в это всем сердцем. Металлическая коробка открылась с характерным щелчком. Секунды, за которые мужчина наполнил шприц вакциной из ампулы, казались вечностью. Оглянувшись на Армина и ещё раз мысленно утвердив своё решение, капитан поднёс шприц к его руке, как вдруг… Его движение прервалось другим, очень сильным и резким, наотмашь. Раздался еле слышный до боли родной шёпот. Леви от шока и внезапного озарения прикрыл дрожащие губы грязной ладонью. Он сам не хочет жить дальше. Он до сих пор не простил себя. Он просто хочет быть свободным от этого тяжкого бремени. Хотелось ударить его в ответ, но мужчина не решился. На самом деле, капитан был готов к этому, ведь он уже практически попрощался. Кто он такой, чтобы сомневаться в решениях своего командира? Леви упал ему на грудь и позволил себе в последний раз проявить слабость перед самым близким ему человеком, сотрясаясь от горячих слёз отчаяния и смирения с чужим решением, позволяя безысходности заполнить его отныне опустевшее сердце. Снова провел свободной рукой по родным волосам, широкой шее, схватился за воротник формы и сжал его так сильно, будто это последний шанс утопающего всплыть на поверхность. Немного успокоившись, капитан достал небольшой перочинный нож, поднес его к телу и аккуратно вырезал потрёпанную временем нашивку с крыльями свободы разведкорпуса, убрал в свой левый нагрудный карман. Каждый следующий раз, когда настанет момент отдать честь, он будет вспоминать. Долго собираясь с силами, ожидаемо покинувшими его после сражения со звероподобным, Леви, пребывая в сомнениях, подсел ещё поближе. Пристально осмотрев каждый миллиметр его лица, капитан, наконец, решился и потянулся пересохшими губами к покрытому испариной высокому лбу, даря мягкий всепрощающий поцелуй. Будь уверен в каждом своём правильном и ошибочном решении, не кори себя. Человечество будет благодарно тебе, уж я об этом позабочусь. Клянусь, я не умру, пока не исполню данное тебе последнее обещание. Через несколько секунд мужчина окончательно отстранился и, бросив последний цепкий взгляд, начал подниматься. Подойдя к телу Армина, Леви ещё раз напомнил себе, что это будет верным решением, ведь не зря он выбрал мальца своим преемником. Я тебя отпускаю. Капитан выдохнул и, сжав зубы практически до скрипа, вновь подготовил шприц. Он начал вести обратный отсчёт до потери единственного шанса на возврат его Эрвина к жизни. Готовы ли вы пожертвовать всем ради человечества? Три… Мы отдадим свои жизни, чтобы живые наполнили их смыслом. Два… Забудь свою мечту и умри. – Один.