Будь счастлив, Изуку

- Пожар! Пожар! Горим! - с улицы послышались испуганные крики, супруга дернулась, повернув голову в сторону дверей. Момо тут же вскочила, хватая своё кимоно. Она подбежала к окну, параллельно одеваясь. - Что там? - Изуку вскочил вслед за ней, тоже растерянно выглянув в окно. На улице было темно. Даже намека на пожар или мало-мальский огонь, хотя бы костёр, не было. Но кто-то истошно продолжал кричать. - Оставайтесь здесь, - Яойорозу чмокнула омегу в щеку, пулей выбегая из комнаты. Как ей так быстро удалось одеться, осталось загадкой. Мидория лишь моргнул пару раз, растерянно глядя ей в след. Он бы, наверное, лёг спать, но крики не прекращались. И беспокойство постепенно взяло верх. «Если пожара нет в этом крыле, значит, в каком-нибудь другом. Хотя… учитывая, насколько громкий голос, это где-то близко. Может, с противоположной от окна стороны? Вот ничего и не видно!» Изуку быстренько оделся, понимая, что просто так ничего не делать он всё равно не может. Да и страшновато заживо сгореть. Он выскочил на улицу, оглядываясь по сторонам. Его глаза в ужасе округлились, сердце подскочило до горла. Горело… его крыло. И это происходило не очень близко, но именно в одной из тех комнат живёт Юга с женой. «Боги, прошу, пусть они будут живы и здоровы! - мысленно взмолился Мидория, не зная, куда ему податься. - И с малышом пусть всё будет хорошо». Стоять здесь, как истукан, как-то глупо. Но и бежать туда смысла нет. Огненные языки пламени взметаются очень высоко, люди кучками разбегаются в стороны, вынося с собой всё, что попались под руку: одежду, оружие, украшения, сундуки, даже стулья и прочую мебель. Дым поднимается высоко в небо, растворяясь где-то в темноте. «Ой-ой-ой, надеюсь, все живы!» Изуку растерянно мялся, отойдя в сторонку. Помочь он ничем не может, но стоять без толку кажется как-то неправильно. Буквально в двадцати метров от него толпы людей сновали туда-сюда. И тут среди них Мидория заметил знакомую неповоротливую фигурку. Его тело само собой двинулось вперёд, ноги понесли его навстречу к другу. Юга выбежал на чистое от людей и дыма пространство, покачиваясь из стороны в сторону. Его коленки дрожали, а руки обессиленно взметались в воздух. Изуку подскочил к нему, хватая за плечи и быстренько отводя в сторонку. Аояма еле плелся, сдавленно кашляя. Он поддерживал ручками свой животик, быстро-быстро моргая. «Где его жена? Всё еще в отъезде? Ну и логично, иначе она не бросила бы его так». Они кое-как добрались до лавочки, на которой блондин просто растекся. - Юга, ты дышал дымом? - спросил Мидория, помогая ему прилечь. Он обернулся по сторонам в поисках лекаря или хоть кого-нибудь, кто мог бы им помочь. Но людей волнует больше огонь, дым и горящий дом, нежели задыхающийся беременный омега. - Фа-фа! - Аояма закашлялся, болезненно морщась. - Ну же, вздыхай глубже! - Изуку взял его за руку, заглядывая внимательно в глаза, - давай, соберись! - О-о-оф… - блондин в недоумении уставился на него, болезненно хмурясь. - Что там происходит? - к ним подскочил кто-то, а у Мидории подскочило взволнованно сердце. Он резко обернулся, сглатывая. Перед ним стоял растерянный Шото, во все глаза смотрящий на огонь. Изуку покраснел, отводя глаза. Дыхание перехватило, а в голове образовалась пустота. «Боги, как он приятно пахнет! Не могу ни о чем другом даже думать!» - Ах, - Юга дернулся, вновь закашлявшись. Мидория постучал его по спине, обеспокоенно оглядывая. «А вот его запах такой кислый! Боги, он так напугался! Ох, лишь бы всё было хорошо с ним и ребёнком!» Тодороки постоял еще секунд десять и убежал, видимо, поняв, что эти двое не готовы соображать. «Ох, он так быстро ушёл? - Мидория проводил его напряжённым взглядом. - Ой, ну да, нужно помочь остальным. Чего это я. Ох, как же стыдно после случившегося! Я признался ему в любви! Позор мне! Вай-вай-вай!» - Изуку! - Аояма схватил его за руку, в ужасе подняв глаза. - Что? Воды? - Н-не-е-ет! - блондин замотал головой, опустив глаза на свой живот, - о-о-ой…! - Что? - Мидория испуганно сглотнул, сжав руку Юги крепче, - всё хорошо, дыши глубже, - сказал он, пока в голове мелькали самые ужасные мысли. - У-уф, - Аояма замотал головой, закусывая губы. Он что-то болезненно замычал, весь дрожа. - Мой животик… мой животик болит так сильно! - прошептал он, в страхе посмотрев на Изуку. Тот растерялся, не зная, что в таких случаях надо делать. «Он рожает? Не-е-ет! Какой ужас! Что делать? Ой-ой-ой! В такой обстановке кто станет помогать? А не рано ли еще?» Мысли роились в голове, ничего конкретного сообразить не получалось. Мидорию хватало лишь на то, чтобы держать крепко блондина за руку, поглаживая его по спине. - Ну, дыши-дыши, - повторял он. - Ох, ну не могу! - Юга в страхе на него посмотрел, морща лоб, - не-е-ай! «Это же не первая его беременность. Он должен ведь знать, что схватку можно продышать, чтобы снять боль!» - Соберись! Ну же, вдо-о-ох, вы-ы-ы-ыдох, - Изуку заглянул в потерянные голубые глаза. - Фа-а-ай! - Аояма нахмурился, видимо, всё же собираясь с мыслями. Вокруг бегали люди, разнося вещи в стороны и туша уже затухающий огонь. Помочь им очевидно никто не собирался. - Где у тебя болит? - спросил серьёзно Мидория, уже прикидывая, кого можно будет звать на помощь, чтобы принять роды. Где искать лекарей в такой суматохе? - Здесь! - Юга ухватил низ живота, покусывая от боли губы, - так неприятно…! - он зажмурился, сильнее сжимая ладонь Изуку. Мидория растерянно погладил его по животу, призывая продолжать дышать. «Что-то мне подсказывает, что ему еще рановато рожать. Сейчас главное успокоиться, чтобы ребёнок не родился недоношенным. Но как успокоить его, когда вокруг творится такое?!» Омега огляделся по сторонам, облегчённо выдыхая. Огня видно уже не было, а клубы дыма постепенно растворялись в темноте. «Ничего не видно!» - со злостью подумал он, ведь на дворе стояла глубокая ночь. Большая часть поместья всё еще спит, даже не подозревая о случившемся. - Ай! - Аояма дернулся, вдруг весь замерев, - ой! Ой! Ай! - он замолчал, в ужасе посмотрев на Изуку. - Что? - тот обеспокоенно его посмотрел, - главное, не забывай глубоко дышать! - пролепетал он. - Ох… уф-ф, - Юга закивал, хмурясь. Мимо них принёсся человек, несущий за пазухой двух истошно орущих куриц. Блондин испуганно дернулся, нахмурившись. - А-а-а-а! - он вдруг закричал, в смятении посмотрев на Мидорию. «О, боги!» Тот вскочил, оглядываясь по сторонам. Сердце испуганно подскочило до самого горла. Медлить зазря никакого смысла не было, он поглубже вздохнул, собираясь позвать кого-то на помощь, но звук застрял в горле. Благо, за него это сделал Аояма. Беременный болезненно хмурился, всё его лицо покраснело. Он поддерживал свой большой животик, пытаясь по совету друга не забывать глубже дышать. На них наконец обратили внимание, слуги омеги и беты испуганно к ним подскакивали одним за другим. Кто посообразительнее, без лишних вопросов подхватил Югу под руки, поднимая его с лавки и утаскивая подальше от суматохи. Кто-то побежал за повитухой и лекарями. Изуку следовал за ними, беспокоясь, что всё может пройти плохо из-за сложной сейчас обстановки. «Куда бы его положить? Его комната сгорела, а пустующих просто так нет. Не в поле же, как крестьянина, вести?» Благо, место для такого дела отыскали быстро. Югу уложили на кровать, принося всё необходимое. Много тазиков с водой, тряпки, полотенца. Мидория с сочувствием за всем этим наблюдал, не зная, что он сам может сделать. - Ай-ай! - блондин метался в кровати, сжимая пальчиками простыни. Когда прибежала повитуха, она выгнала половину народа, чтобы те зазря не маячили. Изуку тоже собирался было выйти, понимая, что толку от него здесь не будет. «Ох, лишь бы его малыш здоровеньким родился!» - Рожать собираешься? - весело спросила омега Аояму, помогая ему развязать пояс кимоно. - Я не хочу, - протянул блондин, в ужасе хмурясь, - еще ведь рано! - Не очень-то и рано… малышу виднее, когда выходить! «Ага, виднее. Юга просто испугался, видимо. Или упал, может, дыма надышался…» - Изуку, не уходи! - Аояма вдруг громко позвал его, заметив, что Мидория направляется к выходу. Тот удивлённо обернулся. - Не уходи, останься, мне страшно! - он протянул к вроде как уже другу свою руку. Тот помедлил мгновение, а после бросился к нему, чувствуя, как в груди разливается тепло. На дворе стояла ночь, но сон давно прошёл. «Ему должно быть особенно тяжело, жена ведь в отъезде!» Изуку подбежал к кровати, присев на корточки поближе к Юге. Он погладил его по голове, убирая вспотевшие прядки со лба, и по-доброму улыбнулся, пытаясь своим испуганным видом не нагнетать атмосферу. Повитуха осмотрела Аояму, сказав, что пора бы начать, раз успокоиться он не может. Блондин мало что соображал, рассеянно кивая головой. За окном шум постепенно начал стихать, все стали расходиться. На дворе стояла ночь, так что несмотря на произошедшее многие, поняв, что всё в порядке, отправились обратно спать. «Это не первые его роды, значит, всё должно хорошо пройти», - думал Мидория, стараясь зазря себя не накручивать. Обстановка и так была напряженная. Юга мучился и болезненно стонал, тяжело дыша. Двое омег прыгали вокруг него, меняя полотенца на влажные. Сам процесс еще не начался, хотя было очевидно, что остановить ничего уже не получится. Аояма дышал тяжело и крутился, пот выступал у него на лбу. На улице одиноко святила луна. «Интересно, Момо будет меня искать? Она ведь просила меня никуда не ходить! Нехорошо как-то получается…» Как оказалось, Яойорозу действительно его искала. И обнаружилось это только спустя часа четыре. Видимо, всё время до этого Момо разгребала последствия пожара. Юга находился в некотором предобморочном состоянии. Его глаза все были красными, а с губ то и дела срывались болезненные стоны. Мидория стоял рядышком, всё еще держа блондина за руку. Это оказалось труднее, чем он думал раньше. Аояма очень крепко сжимал пальцы до побеления костяшек. В комнате царила напряженная, тихая атмосфера. Все сонно вздыхали, уже скоро должно было начать светать. Неожиданно кто-то постучался, прерывая всеобщее молчание. Все обернулись и даже Юга обеспокоенно приподнял голову. Одна омега из слуг подбежала к дверям и выглянула в коридор. - Что у вас там происходит? - послышался знакомый голос. Изуку испуганно дернулся, но Аояма не пустил его, сжав руку. Он помотал головой, в ужасе глядя на друга. - Не-ет, - он скривился, и Мидория виновато остановился. «Я не могу бросить его в такой момент. Это, во-первых, будет слишком грубым с моей стороны. Во-вторых, если я останусь, это очевидно укрепит наши отношения и я смогу побольше расспросить его про Мину. Ну а в-третьих, я и сам не хочу уходить». Брюнет слабо улыбнулся, поглаживая Югу по голове. Тот благодарно кивнул, вновь морщась от боли. - Изуку здесь? - вновь донесся вопрос. Омеги переглянулись, и та, что стояла у дверей, кивнула. - Только он… - она неопределенно качнула головой. - Пусть сюда идёт! - послышался требовательный голос, - на дворе глубокая ночь, уже скоро светать начнёт! - Я не могу! - крикнул в ответ Мидория, с заботой глядя на Югу. «Чего ей надо? - подумал растерянно брюнет, - ничего, я и после могу отоспаться…» Еще пару минут неоднозначных пререканий и Момо уходит одна. Изуку же остаётся в комнате до утра. А после и до полудня. Ни о каком сне и отдыхе речи не шло. Атмосфера стояла гнетущая. Всё закончилось наконец с первым громким криком новорожденного. Аояма даже приподнял голову, чтобы посмотреть на своего ребеночка. На его лице расплылась слабая счастливая улыбка, а после он откинулся обратно, отключаясь. Малыш громко кричал, слабо дергаясь. Его сразу же завернули в пеленки, начиная укачивать. Мидория несколько долгих мгновений с замиранием сердца смотрел на малыша, но затем, вопреки собственным ожиданиям, обернулся к роженнику, который сейчас интересовал его намного больше. «Да, он только что родил и потерял много крови. Но и без этого он выглядит очень… плохо». Изуку осторожно заглянул под развязанное кимоно, испуганно сглатывая. По мимо того, что Аояма был очень худым и слабым, он еще и… казался больным. Синяки и ссадины на его теле выдавали особую неуклюжесть. «Он так неаккуратен? Или… откуда же у него столько травм?!» Мидория накрыл друга одеялом, ведь тот обессиленно спал, совсем не двигаясь. В таком состоянии он выглядел совершенно забитым. Мышцы на лице совсем расслабились, щеки впали, как и мешки под глазами, образуя тёмные круги. «Еще чуть-чуть и мне станет страшно за него. Почему он такой…?!» От всех этих мыслей Изуку стало очень неспокойно. Повитуха за его спиной осматривала малыша, но тот выглядел вполне здоровеньким, хоть и маленьким. «Щечки розовенькие, ручки, пальчики, всё на месте». Омеги положили ребёнка в небольшую корзиночку, что притащили заранее, и оставили, похоже, не зная, что еще они могут сделать. Мидория несколько секунд смотрел на него, не зная, как он еще может помочь. Его ладонь, что Юга всё время сжимал с огромной силой, болела, но это была приятная боль. «Хоть какая-то польза от меня есть. А малыш такой славненький», - Изуку выдохнул, сладко улыбаясь. Он бы стоял так, наверное, всё время, пока есть возможность, глупо улыбаясь, но необходимость поспать наконец дала о себе знать. Глаза постепенно начали слипаться, дыхание замедлилось. Мидория помялся и вперевалочку направился в коридор. Солнце стояло уже высоко, во всем поместье бурлила жизнь. «Боги, какой ужас!» - омега встревоженно остановился, во все глаза смотря на сгоревшие комнаты. Выглядело всё это ужасно. Дерево обуглилось, ничего от прежней красоты не осталось. Люди ходили туда-сюда, разнося сгоревшую мебель и вычищая горы пепла. «Это всё будут так долго реставрировать…» - устало подумал Изуку и двинулся медленно дальше. К его комнате и близнаходящимся огонь даже близко не подобрался. Мидория ввалился к себе, обессиленно оседая на пол. Оставался последний рубеж – необходимо доползти до кровати. Но сил на это у него уже не было. - Ох-ох, - он болезненно выдохнул, прикрывая глаза. Неожиданно со стороны постели донесся скрип. - А? Кто? Изуку открыл глаза, удивлённо смотря вперед. На его кровати, скрывшись под одеялом, дремала уставшая Яойорозу. Девушка, проснувшись от шума, нервно оглядывалась по сторонам. - Это я, - Мидория неловко улыбнулся. Момо нахмурилась, видимо, не в состоянии сообразить, зачем он здесь. - И чего вы там сидите? - спросила она, зевая. Судя по большим кругам под глазами, она легла не так уж и давно. Похоже даже позже, чем заходила за ним. - Не могу доползти до кровати, - пошутил Изуку, сонно вздыхая. Когда он находился там с Югой сон совершенно не чувствовался. Атмосфера этого не позволяла. Но теперь, когда дела кончились, силы будто совсем его покинули. «Да я готов прямо здесь и заснуть! Вай-вай-вай, наверное, как проснусь, вся спина будет болеть!» Но даже страх боли его не остановил. Долго не думая, омега вытянул ноги, заваливаясь на бок и подкладывая ручки под голову. Альфа, что недовольно наблюдала за ним с постели краем глаза, громко зашипела, медленно, с усилием воли поднимаясь. Она, кряхтя, подошла к нему, на секунду замирая в задумчивости. - Спать на полу опасно… по ночам становится холодно. Хотя да, ночь-то давно кончилась, - Момо сдавленно захихикала, похоже, еще не до конца отойдя ото сна. Вид у неё был крайне уставший. Но, несмотря на это, девушка нашла в себе силы наклониться и поднять омегу на руки. Тот вздрогнул, открывая глаза. На его лице на мгновение отразилось непонимание, а после он шумно вздохнул, благодарно улыбнувшись и вновь прикрыв глаза. Яойорозу уложила его на кровать и свалилась рядышком, обессиленно выдыхая. Последнее, на что её хватило, – накрыть их обоих краем одеяла. За окном давно уже не щебетали птички, а люди постепенно заканчивали свою работу. Изуку открыл один глаз, в ужасе обнаруживая, что солнце за окном уже начинает садиться. «Боги, сколько же я проспал?! Ах, нет… если я лег в полдень, то сейчас… логично, наверное, около семи… судя по цвету неба. Ох-ох, как болит голова!» Мидория дернулся, пытаясь сесть, но вдруг с удивление обнаружил, что его удерживают поперёк живота крепкой хваткой. «Она еще не ушла?!» Момо всё еще находилась здесь, тихо посапывая во сне. Она слабо улыбалась, а мышцы на её спине ходили отчего-то ходуном. Изуку замер, внимательно за ней наблюдая. «Какая же она красивая, - подумал он, сердечко на мгновение замерло. Омега рассеянно наклонился и поцеловал её длинные сейчас распущенные волосы. - Даже удивительно. И как человек она очень хорошая. Мне повезло… Жаль только, семья и дети её не очень волнуют, - он грустно вздохнул. - Интересно, почему она вообще спит здесь, а не у себя?» Мидория несколько секунд хмурился, обдумывая, стоит ли ему продолжать спать или пора бы уже вставать. Но ответ нашёлся сам собой. - Бр-бр, - альфа заерзала, открывая резко глаза, - о! - она улыбнулась Изуку, который от этого почему-то жутко смутился. «Мы уже не раз вместе просыпались, а до сих пор не занимались любовью. Это вообще нормально?» - Д-доброе утро… - Доброе-доброе, - Яойорозу села, потирая заспанные глаза. - Из-за этого пожара мы с вами и еще множество слуг сбили себе режим… - она зевнула, покачав головой. - Какой кошмар. - Действительно, - Мидория тоже зевнул, прижимая к себе одеяло. Отчего-то ему было стыдно. - По идее скоро уже опять спать, - усмехнулась девушка, глянув в окно. - Что с вами? - спросила она, нахмурившись. - А что? - Изуку нервно хихикнул, заправив прядь за ухо. Альфа растерянно ощупала его лоб на предмет температуры, но тот был совершенно не горячий. Однако омега от этого покраснел, а по спине пробежались мурашки. Тяжёлый запах древесины забивался в нос, как и с запахом Шото, ему вдруг стало тяжело дышать. «Что со мной такое? Сил совсем нет… и от её запаха голова идёт кругом… Это что же, первый признак в влюбленности?» - Да нет, ничего, - Яойорозу покачала головой, принюхиваясь, - совсем ничего. Кстати, как… всё вчера прошло? - А что вчера? - Мидория нахмурился, но в голове было совсем пусто. - Кажется, у Юги… начались схватки, - неопределенно протянула девушка. - А-а, ну да… малыш родился, вроде здоровенький, да и сам Юга в порядке, - растерянно ответил Изуку, чувствуя себя отчего-то очень странно. Ему было жарко, но это точно не из-за температуры. А голова отказывалась здраво соображать. Запах Момо заполнял все лёгкие при каждом вздохе, и он не мог отвести от неё взгляда. - Чудно. Мина должна вернуться совсем скоро, она будет очень рада. - А где она? - полюбопытствовал Изуку, вспоминая, что его невиновность еще не доказана. - По службе куда-то уехала. Мне это неизвестно, - Яойорозу пожала плечами, медленно одеваясь. - Угу… - омега прикрыл глаза, хмурясь. «Да что со мной такое? Это из-за сбитого режима дня? От недосыпа? Или я заболел?» - А вы чего сидите? Вставайте скорее! Хотя бы поужинать вам необходимо, - строго сказала Момо, очень внимательно его оглядывая. - Да-да… - Мидория сполз с кровати, потягиваясь. В голове что-то щелкнуло и он вдруг спросил, - скажи, а солдаты могут вступать в брак? - Солдаты? Э… да. - А военнослужащие при дворе? - Тоже да, - альфа нахмурилась, не понимая, к чему такие вопросы. - Хотя… - она задумалась, - для получения какого-то чина нужно присягать на посмертную службу с полной отдачей. А для человека с семьёй это воспрещается, потому что тогда омега и дети этого военного будут обделены. Но по массе могут. - О… а твои слуги могут? - В смысле? Изуку, что с вами сегодня такое? Решили в военного податься? Напомню, вы уже в браке, во-первых! А, во-вторых, вас туда просто-напросто не возьмут. - А почему? - Мидория нахмурился, его голова отказывалась соображать. Момо приподняла брови, скрестив недовольно руки на груди. Но Изуку, похоже, не способен был понять сам, поэтому она пояснила: - Наверное, потому, что у вас нет еще ни одного ребёнка. - И что? - Дорогой мой! - Яойорозу пощелкала пальцами у него перед носом, - омег не берут на военную службу просто так! Множество факторов должно совпасть! В частности, наличие детей. - А… о-о, да-да, - Мидория закивал головой, чувствуя себя страшно глупо. - Я от недосыпа плохо соображаю, - соврал он, нервно усмехаясь. - Я заметила. Вы к чему это всё спрашиваете? - Да… - Изуку смутился и отвернулся, - так… просто твой военачальник, Шото, обмолвился недавно, что его дома омега ждёт… - протянул он, пытаясь казаться максимально незаинтересованным. Момо нахмурилась, а после покачала головой, усмехнувшись. - Не хочу позорить его, но боюсь, он вам соврал. - Как так? - А так. Этот альфа удивительно нелюдимый. Какой ему омега! - Яойорозу продолжила смеяться, одеваясь. А Мидория почувствовал тепло, что приятно обволакивало всё тело.