А чешуя блестит на свету

      Битва была тяжелой. Пусть основные силы Доминиана и пали в бою против Эгрейны, но даже оставшиеся у него в вооружении войска были огромны. Потери были велики, но все могло быть намного хуже, если бы войско не вёл сам избранник богов. Пламенный рыцарь сделал за свою жизнь много противоречивых поступков, но освобождение Избранного - это явное благо.       Основное сражение протекало на земле, пусть и многочисленные гнезда и баллисты создавали определенные проблемы. Пламенный рыцарь, в паре с тремя дирижаблями занимался их уничтожением. Их главная цель - добраться до центра замка, к Доминиану, но для этого предстоит преодолеть хотя-бы половину армии. Во главе отрядов врагов стояли немногочисленные выжившие командиры темного круга. Зандалор уже похвалил пламенного рыцаря за предварительное разграбление воздушных замков одних из самых сильных командиров. Разумеется, погром сопровождался убийством глав культистов.       «Мы почти у цели! Избранник скоро пробьется внутрь и тебе нужно быть с ним! Разрушить как можно больше гнезд по дороге. Я присоединюсь к вам, как только смогу!»       Повторять дракону нет нужды. Жар от боя вводил в некий транс: хотелось разрушать все что возможно. Гнезда были ненавистны больше всех. «Рождающиеся» оттуда виверны и не только, пусть и не наносили сильного урона рыцарю, но были крайне надоедливы и могли повредить дирижабли. Баллисты тоже порядком бесили, когда снаряды задевали чешую, но от них было легко увернуться, а дирижабли были достаточно оснащены, чтобы разрушить летящий в них снаряд, пока тот ещё не добрался до них. Разумеется, при значительном количестве, они становились невероятной проблемой даже для рыцаря. К счастью, бой уже длился достаточно, чтобы дракон и люди, что отважились взойти на судно, разрушили большую часть этих мерзких орудий.       «Сейчас! Ворота открыты!»              Я помню бой,       Я помню смех,       Я помню привкус яда.       Я помню взор пылающих очей,       И вкус победы долгожданной.       Встречай чарующий чертог       В сей раз, не дашь ты мне отсрочки.       И лишь надежда в лучшее других,       Дарует счастье пред уходом.              ***              Мерлина в деревне, мягко говоря, недолюбливали. В знак уважения к его матери, которую по доброте и готовности помочь любила вся деревня, его никто и пальцем тронуть не смел, но вот шепот за спиной и смешки никто не отменял. Он прослыл чуть ли не блаженным среди местных. Одно время его так называли за глаза, но дольше чем на неделю это прозвище не закрепилось. Причем, причина не в уменьшении "странностей", а лишь в том, что кто-то сказал, что Хульду жалко.       Явных причин, по которым Мерлина и недолюбливали, было две. Первая - он ни с кем не говорит, ни выходит совсем никуда – сторонится людей, одним словом. В последнем году этой причины практически не стало, но вот раньше у всех был вопрос на уме: «Почему мальчик все время дома сидит и даже в окно не смотрит?». Причём, все сваливали именно на его отклонения, ибо его мать была слишком хорошей женщиной, чтобы даже плохо думать о ней. Второй же причиной были некоторые «заскоки». Из последнего: Мерлин сидел у ручья и весь день говорил с камнями, произнося при этом странные слова.              – Ты взял чистые тряпки, на случай, если порежешься?              Хульда была всегда крайне заботливо матерью. И именно поэтому, она вынуждена отпустить своего ребёнка в столь не близкий Камелот. В деревне случилась ужасная вещь: друг Мерлина увидел его колдовство. Может, ей и стоило поверить словам сына о том, что этот друг крайне надежен, но что-то как-то не хотелось верить тому, кто прослыл самым болтливым мальчиком в селе.       «Может, не Камелот?» - на секунду мысль промелькнула у женщины при виде Мерлина. Конечно, поймать, если кто-то увидеть его магию, смогут даже в другом королевстве, но в другой деревне, может, все было бы тоже не плохо. Но решающим фактором был Гаюс. Как мать, ей было трудно отпустить своего ребёнка в неизвестность. Ей казалось, будто Мерлин лишь малыш и не гоже его одного отпускать.       «Нет, Гаюс поможет.»       Она помнила своего старшего брата: он всегда был добрым и честным человеком. Хунит точно знала, что он поможет её сыну в контроле магии или, хотя-бы, расскажет и покажет (как не прискорбно было понимать самой Хунит, но казни все еще проходили, пусть и крайне редко) что будет, если он раскроет себя. В самом крайнем случае, если Гаюс решит отказать в помощи, что само по себе бред, Хунит знает, к каким друидам обратиться. Они, если и не помогут, скажут где лучше поселиться, чтобы было спокойно. Не хотелось бы покидать земли Камелота (деревня пусть и стояла на границе, но официально все же принадлежала именно Камелоту), но других вариантов попросту нет.              – Мой платок и так тугой, мама!              А вот Мерлину излишние беспокойство матери не нравилась. Он до сих пор не понимал, на кой черт ему нужно переться в Камелота, если о него секрете узнал только его друг. Он чувствовал жуткое раздражение от всей этой ситуации. Не хотел он в другое место! Может и странно, но какой ему смысл вообще туда отправляться? Стража, которая точно там есть, только мешать и раздражать его будет в случае чего. Да и что-то ему подсказывало, что полетать у него вряд ли получится больше.       Хунит, уже изведенная разнообразными мыслями на тему того, что может случится с её сыном, проводила Мерлина до самой первой развилки, которая была в порядке ста метров от деревни. Она бы и дальше пошла, но Мерлин, обняв её, напомнил о не закрытом загоне курей. Хунит улыбнулась и, поцеловав в лоб своего сына на последок, поспешно побежала назад.       Не знала она, и благо, что чистые тряпки пригодятся              В душе дракон.       В мыслях охотник на драконов.       Снаружи Мерлин.              И вот это снаружи очень сильно играет. Может, в бою с строптивыми мальчишками, которые «как-бы играя» стремились задеть юного мага как можно сильнее, навыки охотника на драконов просыпались, но вот от того, чтобы задеть пару деревяшек по дороге ничего не спасло. Совсем ничего. И пускай эта неуклюжесть в повседневной жизни раздражала в первое время, в особенности в восьмилетнем возрасте, когда после падения с дерева только «проснулся» охотник, но теперь она принималась как должное. Правда, всякий раз задевая очередную корягу, в мыслях проскакивало: «Видела бы меня легат Рейна». Странно это, вспоминать с теплотой о той, кто считал тебя предателем (пускай и, в каком-то роде заслуженно).       Сегодня, «на удачу», был особенно невезучий день. Первая коряга, каким-то образом оказавшаяся на дороге, привела лишь к неуклюжим размахиваниям руками, в попытках найти равновесие. А вот камушек, встретившийся дальше, уже привел к падению с бугорка, на котором, так удачно, находилась данная часть дороги. Привело это к падению на другой, более крупный камушек. Причём довольно острый, если обратить внимание на образовавшуюся рану на руках. Навыки прошлого, пусть и немного, но сыграли роль, давая возможность не разбить себе черепушку, отделавшись порезами на руках. Тряпки пригодились, но ушел весь запас.       Магия никогда не была в приоритете в обучении новых охотников на драконов. Безусловно, давали основы или даже больше для использования различных умений, но вот чтобы углубляться и прям только магию изучать - никогда. Оно и понятно, учитывая, что для магов есть другие специальные учреждения. Кто-то пусть и делал упор, к примеру, на чародейство, но в руке у этого человека всегда оставался меч или хороший топор. Странно, но полу-чародеи редко выбирали дальний бой за основу.       А вот охотник-предатель любил именно луки. После пробуждения памяти дракона, когда все навыки будто покрылись пеленой, не было и минутной заминки в том, какое оружие выбрать. Короткие одноручные мечи были на втором месте. А вот топоры и длинный мечи были просто страшным сном, когда проходило обучение в академии именно на них. И ведь «отлежаться» нельзя было. Стоило пропустить хоть занятие и на следующем тебя уже ждал поединок с лучшим из ныне обучающихся юных охотников или, в крайней редких случаях, с самим учителем.       Следующим препятствием на дороге в Камелот стала огромная злая собака. Убить её? Нет, что вы, животных дракон не трогал и под страхом смерти, после того жуткого случая с кроликом-убийцей*. Сначала была использована тактика «Претворяется камнем, который медленно идет куда ему надо». По началу выходило весьма сносно, собака, чья тёмная шерсть могла послужить причиной спутать её с медведем, стояла на месте, пусть и не закрывала пасть. Но вот Мерлин крайне удачно наступил на, черт пойми как, оказавшуюся на дороге ветку. Звук будто бы послужил приказом к нападению для собаки. Увернутся от укуса вышло у Мерлина и он, как самый храбрый Пламенный рыцарь и охотник на драконов, принялся бежать как можно быстрее и как можно дальше.       Кто знает, что послужило причиной того, что собака отстала, но вот охотник был крайне рад подобному исходу. Беспрерывный десятиминутный бег был утомителен. Прийти в себя помогла небольшой перерыв на перекус, который должен был состояться на пол пути до трактира Василек. Хунит была подругой работающей там женщины и, незадолго до ухода Мерлина возобновила с ней переписку. Прина согласилась принять Мерлина на ночь бесплатно. Помывка посуды, предложенная Зенит в качестве хоть какой-то оплаты, не в счёт. Конечно, все свои припасы Мерлин не съел - идиотом не был.              Если забыть о еще паре неуклюжих падений - серьёзно, за сегодня у Мерлина было больше неловких ситуаций чем за последний год - то до трактира дорога была лёгкой. По прибытию охотник сразу же заметил, что нифига это не трактир. По крайней мере, в памяти был тот же "Черный хряк", который уж точно не выглядел как три отдельно стоящих друг от друга низких домов. Посередине них стояли несколько столов и небольшой очаг для приготовления пищи. Тепло все еще доносилось от тлеющего древесного угля.       Один из домов был немного длиннее чем остальные и из него доносится кромки гул. Недолго думая, Мерлин направился именно туда.              – Деньги будут – приходи!              Довольно крупная, даже огромная, женщина за шкирку выпроваживала высокого мужчину, явно перебравшего с алкоголем. Его по лицу можно было бы назвать «Классический отброс деревни - пьяница бездельник», но вот довольно накаченные руки говорили о том, что какую-то работу он все же выполняет. Мерлин невольно поморщился - пусть он и сам напивался пару раз до беспамятства, но это было крайне давно и поводы были! К тому же, доводить себя до такого состояния, когда рядом никого из друзей нет - вообще за гранью понимания охотника. Глупости, да и только. Все люди глупые. И сам Пламенный рыцарь далеко не исключение, если подумать.              – Эй! – женщина окликнула застывшего в раздумьях юношу, – чего зыришь? Или заходишь или проваливаешь со двора!              Грубый голос, так похожий на голоса легатов, привел охотника в чувство за считанные секунды.              – Я ищу Прину.              Мерлин, пускай и немного нерешительно, подошёл ближе, намереваясь зайти внутрь, но был остановлен такой же, как и все тело, огромной рукой.              – Сын Хунит ужель?              Ох.       Ох.       В лесу, в принципе, хорошо, уютно, тепло - все как любит Мерлин. Мальчишка развернулся на носках и собирался уже удрать, как гордый охотник, в лес, но кто-то схватил его за шкирку. Кто же это мог быть? Вот вопроса этого у Мерлина не возникало. Он лишь вздохнул и, не рыпаюсь, дал себя повернуть и затащить внутрь хибары. Прина оказалась женщиной боевой и настырной, как и видно по виду, так что, переубедить ее в том, что ему не нужен ночлег и он зашёл лишь чтобы воды попить, не вышло. Она лишь похлопала его по смене, многозначно зыркнув, и потащила в комнату поварих. Там Мерлина ждал совершенно безвкусный суп и гора немытой посуды. Отчего-то в голову закрались сомнения на счёт того, не решили ли они не мыть посуду до его прихода, как только узнали об условиях его пребывания?       К еде ему дали так же кружку с непонятной жидкостью, оказавшейся элем. После глотка Мерлин понял, отчего в этом трактир при такой еде народ обитает: вкус был отличным. Ну, или так говорил ему язык, который эля собственно и не пробовал никогда.              – Хо-хо, ну, рассказывай.              После усердного очищения тарелок - а было не привыкать, учитывая, что, когда ловили в академии за пьянку одного отдувался весь корпус новичков - Мерлин надеялся улизнуть в тёплую кроватку или хотя-бы сухую солому. Особых надежд на то, что ему комнату выделят, у него не было. Перед тем, как он успел найти ту женщину, чтобы узнать о своей ночлежке, она выскочила из-за угла и, взяв парня за плечи, усадила его на стул где не так давно он ел.              – А, – на ум совершенно ничего не приходило, – Что именно?       – Ну как же! – Прина легонько ударила об стол кулаком, – Письма - письмами, а вот в живую послушать лучше будет. Рассказывай, как мама поживает, – последовал ещё один удар – как хозяйство ведете в деревне – удар – какие напасти были.              Прина облокотилась на спинку поставленного ею напротив Мерлина стула и вздохнула.              – Видишь ль, тут совсем ничего, – словно в противовес её словам послышался грохот из основной части таверны, – только пьянь всякая воду мутит!              Последние слова были сказаны с излишней силой - захотелось прикрыть уши. Видимо, в зале её прекрасно услышали, так как шума больше не было.       Мерлин не говорил с кем-либо много - особой надобности не было. В мыслях до сих пор на отличном от здешнего языка думал. Пытался переучиваться, но все начинается с пары слов, перевода на который он не знал, а заканчивалось целыми предложениями.       В любом случае, женщина, сидящая перед ним, отказа не потерпит.       Немного фильтруя свой рассказ от историй, в которые можно приписать магию или могли дать сомнение чести и его и его матери, охотник начал рассказ. Не складный, порой он прерывался чтобы вспомнить слово, но Прина будто этого не замечала. Видимо, не такой уж Мерлин и глупый на язык и это не такая редкость.              Всю ночь - а его все же отпустили после двухчасового рассказа в каморку - Мерлину слышался шепот за окном. Пару раз, забыв слова матери о том, что если происходит что-то страшное, то нужно уходить в противоположную сторону или ничего не делать, охотник вскакивал с кровати и открывал деревянное окно, но безрезультатно - никого за ним не было. Причём шёпот даже не утихал, но надежда на «поймать гадкую змею» в голове засела хорошенько.       Где-то в первом часу ночи Мерлин решил все же последовать совету своей матери и, плюнув на страны шепот, из звучание которого можно было разобрать разве что-то вроде «Эмрис», ушел в объятья владычица снов.              Владычицы кошмаров.              Нет, конечно, кошмары похожие на непонятное месиво огня, крови и криков были обыденностью в первое время после «дарования» Таланы, однако иметь подобные сны снова не хотелось. А они появились. При этом, если бы охотник не забывал все свои сны через, буквально, три минуты, то может и понял бы их отличие от тех, что вынуждали просыпаться его по ночам в Осколье. Впрочем, проснулся Мерлин больше от грохота и криков в основном зале. Каморка находилась у кухни, так что слышно было все прекрасно.       Глупость и любопытство повели охотника к двери. На секунду он остановился, но вспомнив, что спал из-за холода в одежде, продолжил свой ночной поход на встречу к приключениям! Хотя, что могло там быть? Может, несколько мужиков пришли в поздний час и устроили погром из-за отсутствия выпивки, может, хозяйка не заплатила «кому надо», а может.. Да не так уж и много, оказывается.              – Держи колдуна!              Перед Мерлином стремительно пронесся мужчина лет тридцати. Он лишь вскользь посмотрел на Мерлина и принялся искать задний выход. В этом доме, на удивление, его не было. Поняв это, колдун рывком приблизился к мальчишке и, повернув его к себе спиной, приставил нож к горлу недо-охотника. Тот решил не сопротивляться - интересно же. Да и мужчина не выглядит так, будто бы реально убьет его.              Ха.       Ужасное оправдание.              – Подойдете – прирежу!              В доказательство правдивости своих намерений колдун немного надавил на горло мальчишке.              «А может стоило и вырваться»       Другие мужики, а их было трое, остановились и просто смотрели на картину перед ними. Нет, конечно, паренька они не знали, но он, вроде как, в дружбе с хозяйкой трактира, так что его смерть её разозлить может. Будь простой человек из другой деревни, то давно бы они плюнул на него и колдуна схватили: те, кто магию практикует, могут мор на деревню наслать - в такой ситуации все равно на чужих людей.       Послышались громкие шаги и, оттолкнув мужиков в разные стороны, вошла Прина. В её руках был увесистый топор готовый к бою, но, после того как она увидела Мерлина, оружие было опущено.       Все застыли в ожидании: ни маг, ни мужики с Хунит во главе не знали, что делать дальше. Медленно колдун принялся обходить стоящих перед ним. Те в свой черед, после, однако, того, как шаг в сторону сделала Хунит, отошли тоже.              – Что ж ты делаешь, Дакота, – один из мужиков подал голос.              Слова повлияли на человека в плаще абсолютно никак, но, как только он с Мерлином пересек порог паба, он схватил охотника за руку, проговорив что-то о том, что отпустит потом и рванул в предположительно неизвестном для селян направлении.       Если судить по звукам доносящихся сзади, Мерлин мог сказать, что за ними точно пытались бежать. Только учитывая те закоулки, через которые вел его маг, неудивительно, что через несколько минут ни одного звука слышно не было. Они бежали еще около пяти минут, пробираясь через деревья и кустарники, которые неприятно цеплялись за кожу в стремлении отодрать кусочек плоти, когда наконец остановились возле странного круга из досок, лежащего на земле. Дакота отодвинул его ногой и подтолкнул Мерлина вперед.              – Спускайся первым.       Охотнику, безусловно, было крайне интересно, что же в логове этого мага, но не до такой степени, чтобы прыгать в непонятную яму. Мерлин подошел чуть ближе: маг отпустил его на полпути, когда понял, что он не собирается убегать. Перед ним действительно была яма, но не такая глубокая, как он думал. Было прекрасно видно дно, да и лестница у одного края присутствовала. Правда. на вид крайне ненадежная, но выбирать не приходилось. В конце концов охотник на драконов вообще пару раз по лестницам, которые с времен Махоса не использовали, перебирался.       В пещере, как и в большинстве мест под землей пахло сыростью. Мерлин оглянулся вокруг, но, как не удивительно, в поле его зрения был лишь проход дальше и земля. По всей видимости, Дакота даже не укреплял ничего палками.       «С началом недели дождей хана этому входу будет»              – Пойдем вперед.              Мерлин слегка вздрогнул от голоса сзади него. Колдун уже успел спустится, достать и зажечь факел и собирается таскать юного мага с собой дальше. А тот и не против - интересно же.       Дорога была долгой. Постепенно земляное окружение стало меняться каменным, поэтому у Мерлина появлялись мысли о том, что не такой уж идиот этот маг. Может, они выйдут к какой-нибудь пещере у красивого озера, воле которой растут яблоки молодости? Или к водопаду. Второй вариант получше будет.       «Так, харе уже»              – Куда ты меня ведешь?              Дакота резко развернулся и слегка наклонив голову набок посмотрел на Мерлина. Он явно был ошарашен данным вопросом, но вот почему, охотник не понимал совершенно.              – Послушай, я сам не маг, пусть и магию чудом чувствую, и думал, что никто против простого изучения не будет протестовать и, тем более, подозревать. Но, как видишь, не вышло.              Маг опустил капюшон и поднес факел к своему лицу. Правую часть его занимал свежий порез от глаза до самого подбородка.              – Даже если ты сын владелицы паба, всем будет все рано, – не-маг развернулся – даже твоим близким.              Мерлин собирался пояснить кто он и что делал в той деревне, но колдун буквально рванул вперед. Видимой причины для этого не было, но, на всякий случай, охотник прибавил шаг. Бежать не хотелось, а если будет развилка, то как-нибудь сориентируется. Тут же нет шаманов-гоблинов, которые постоянно прячутся в «не тех поворотах», или чего-то вроде того? Если попадется враг, то сражаться придется на кулаках, ибо сбежать может и не получиться. От представления картины, как он, сражавшийся на кулаках разве что будучи пьяным в академии, дерется с гоблинами, поплохело. Он ведь с одного удара в пьяных баталиях выходил из строя! Да, рукопашным боям тоже обучали, но не его это было! К тому же, после становление истинным охотником, когда все его навыки, изученные за годы, покрылись пеленой, даже минимальные знания о том, как увернуться, чтобы не получить в жбан тот не стремился возвращать. Да и некогда было!       Мерлин все же побежал за не магом, благо тот еще не успел никуда завернуть, да и пещера шла по прямой.       Бежать по пещере то еще удовольствие: то и дело наступаешь на острый камень. Стоит ли говорить, что при выходе из каморки Мерлин не видел смысла надевать обувь? Дакоте то хорошо - хоть в сапогах бежит.              – Вот оно!              Дакота резко остановился, из-за чего Мерлин не сумел вовремя затормозить и врезался в него. Не-колдун был удивлен подобному исходу и непонимающе посмотрел на охотника.       «Как-неловко-то».       Выпытывать из Мерлина зачем тот в него врезался Дакота не стал и, уже спокойным шагом, продолжил путь. Охотник уже понял, что они вышли в основную часть «логова»: слева от него была солома с покрывалом, где, по всей видимости, спал не-маг, а немного дальше от них виднелись какие-то рисунки на скалах и проход в продолжение пещеры. Правда, скорее всего это выход, если судить по шуму воды, который даже так далеко слышно было. И как только колдун засыпал под этот грохот?              – Посмотри.              Дакота уже стоял возле странных рисунков и держал факел прямо перед ними. Мерлин, до этого просто стоявший на месте столкновения, подбежал к нему.       «Руны?» Или что-то типа рун. По крайней одна из них походит на те что знает охотник. Кроме надписей присутствовали также рисунки драконов, троллей и прочей нечисти. Более точно сказать, кто еще изображен было трудновато, учитывая, что даже человек изображен как пять палок и кружочек.              – Ты чувствуешь?       – Немного.              От стены исходила непонятная энергия. Чувствовалось покалывание как возле стел перемещения. Там оно было из-за особенностей телепортирующий магии, но эти изображения уж точно не для перемещения.              – Я нашел это давно. Еще когда твоего возраста был, – мужчина сел на стул возле стены – Начал изучать, в другие селения ездил, спрашивал кто о рунах знает. Как итог - половину понять смог. Здесь о драконах: их быт, устав, даже предсказание на будущее есть – Дакота махнул в сторону выхода, где и заканчивалась фреска.              Интересная информация. Мерлин принялся внимательно изучать надписи, но увы - даже если часть из них похожа на те, что он знал, нет смысла в “Ответ Крыло Махос Крыса”.              – Может ты чего знаешь еще?       – Разве только то, что друиды в этом разбираются.              Правда чистейшая. От матери и не только слышал о этом народе, который пишет не понять какими палками. Не мудрено понять, что руны и есть эти палки.              – Пытался их найти. Не вышло, что странно.       – Странно?              Друиды очень скрытный народ. Они одни из немногих, которые смогли остаться на землях Камелота, несмотря на то, что за любым признаком магии охотятся. Некоторые думают, что все из «детей леса» могут сливаться с деревьями или превращаться в зверье.              – Да я таких как ты за версту чую. А уж кто-кто, а друиды уж точно должны магией владеть.              Мерлин мог с уверенностью сказать, что мужчине крайне грустно. Что-то явно тяготят его. Может одиночество в своих исследованиях. Только вот охотнику более интересно было, что тот с ним делать собирается. Забрать от, как искренне считал Дакота, матери-трактирщицы - забрал, а вот о дальнейшей судьбе не сказал ни слова. Если выбирать из «Отправиться в самый крупный город округи и помогать придворному лекарю, у которого, должно быть, работы не так много» или же «сидеть в сырой пещере и расшифровывать стену», то Мерлин уж точно второй вариант не выберет. Ну не его эта стихия. Глупым пускай охотника не назовёшь, но из большинства вариантов он в последнюю очередь выберет изучение каких-нибудь десятилетних залежей малахита.              – Но что обо мне, – Дакота с трудом оторвал взгляд от рун и взглянул на Мерлина – Расскажи уж, как у простого паренька силища такая. У меня мурашки пошли, когда только порог паба перешёл.       – Мало что сам знаю.              Что-то не хотелось перед этим человеком говорить лишнего. Ещё и его изучить захочет. Знает Пламенный рыцарь всяких исследователей.              – Вот оно как.              Мужчина, на удивление охотника, принял такой ответ и вернулся к изучению стены. Он встал со стула и, предварительно взяв какую-то старую потрепанную книгу, принялся что-то проверять. По всей видимости, Дакоту посетила какая-то мысль. Может, понял как прочитать одну из рун? Или даже предложение.       Мерлину даже захотелось спросить, что тот делает, но нет уж. Прошлый учёный, которого он прервал, кинул в охотника тапкой. И даже все рано на то что перед ним сам пламенный рыцарь был! Потом, правда, извинялся за свое поведение, когда после сделанного до него дошло, но сам факт! Не любил Мерлин, когда в него что-то кидали. А тут камней много. Как и положено быть в любой пещере. Да и посидеть на ковре, после лежа на холодном полу, всегда приятно.       «Почему он спит на соломе, если ковёр есть?»              – Черт!              Через какое-то время, за которое Мерлин успел задремать, Дакота кинул книгу на пол и сел на стул вновь. Видно, догадка оказалась неверной. Для сна на ковре охотник устал недостаточно, так что решил попытать шансы в вопросах. Может, даже на диалог выведет.              – А что тут сказано?              Мерлин указал на часть фрески, которая находилась немного левее Дакоты. В той стороне даже знакомых силуэтов у рун не было.              – О! – Глаза Дакоты будто загорелись, узнав об интересе к своему делу, – Тут говориться о Драконе, которого избрали на роль хранителя! Правда, учитывая то, что их всех истребили, это теперь лишь легенда.              О драконах этого мира Мерлин слышал лишь от матери: она рассказывала сказки о огромных разумных ящерах и неких повелителях, которые могли управлять теми. Помнится, тогда охотник немного разочаровался. Он то думал, что в этом мире, как и в своем родном, драконы - могучие и умные создания, но видно нет, раз они подчиняются простым людям, пусть и не всем. Тогда даже немного радостно стало от того, что всех их перебили - Мерлину не придется рушить свои представления о драконах.       Дакота подозвал жестом Мерлина. Пусть и с неохотой, но тот встал и подошел к стене с надписями.              «Спросил на свою голову. Хотя, может интересно будет».              После двух часов изучения известных Дакоте рун и часа слушания пересказа об уже переведенных частях, Мерлин был готов заснуть стоя. Стул только один был и исследователь не собирался уступать его охотнику.              – Ладно, сон не отменял никто. Переночуй со мной, а утром уже решишь куда пойдешь, – Дакота подмигнул Мерлину – Или не пойдешь.              Намек был на дальнейшее изучение стены в паре. На это Мерлин, как он уже давно решил, никогда не пойдет, но раньше утра об этом никому он не расскажет. Кто знает, как тот отреагирует? Вдруг, преисполнившись горем от того, что снова будет один в этой пещере, привяжет охотника к.. А не к чему. Ни выступа, ни даже удобного большого камня.              Спать на соломе рядом с храпящим и, как оказалось, дурно пахнущем мужчиной - то еще удовольствие.              ***       Утром Мерлин проснулся не первым. В пещере пахло жареной рыбой из-за чего у охотника невольно «потекли слюни». Оглядевшись вокруг он никого не увидел и уже хотел вставать и идти на поиски, но не пришлось - Дакота вышел из дороги, ведущей предположительно к воде, держа в руках две палки с насаженной на них жареной рыбкой. Похожа чем-то на кунджу, что водилась недалеко от Алерота.              – Держи, рыба эта довольно вкусная.       – А почему тебя в колдовстве обвинили, если ты сам сказал, что не маг?              До этого вопроса на лице была легкая улыбка, но как только Мерлин озвучил его, та вмиг испарилась. Не хотел он видно об этом говорить, но охотнику действительно было интересно. В его родном мире, по крайней мере в его время, никого за магию не казнили, но раз тут за подобное так наказывают, то наверняка проверять должны. Если нет никакой системы, то так не в чем неповинных лекарей можно перебить. Кому-то, уже точно может показаться странным любое исцеление.              – Из-за этого, – Дакота указал рукой на книгу, которая со вчерашней ночи так и продолжила лежать на стуле возле стены с рунами.       – Но это же просто книга с заметками, – очень косым почерком написанных к слову, – Там даже о магии ничего нет.       – Чтобы обвинить достаточно.              Да ладно. Мерлин в мыслях уже похоронил всех толковых травников, целителей и просто исследователей подобных Дакоте. Это какой вред магия нанесла, что за нее так наказывают? Мать не любила говорить о прошлом, но даже из ее немногочисленных рассказов охотник узнал, что во времена ее молодости никто на магов бочку не катил. Даже наоборот! Все жили в мире и согласии и помогали друг другу: нередко, владеющий «силой» человек за небольшую оплату в виде вкусного обеда помогал простым людям! Потом настала «великая чистка» и их всех перебили. Хороший, плохой - всех на костер или утопить. Причем люди, благодаря глашатаем, рассказывающим по всему Камелоту о вреде магии, вмиг забыли старых друзей. Кто не забыл - помер с ними. Но черт! Неужели даже тогда казнили даже за книжку с кривыми рунами?              – Бред какой-то.              Дакота, казалось, был полностью согласен с данным заявлением, но все же сказал в защиту селян.              – Они боятся. Понять можно.       – Деревья тоже напугать могут ночью, знаешь? Что-то не вижу, чтобы их всех сжигали.              Раздался приглушенный смех.              – Ну ты сказал конечно.              Дальше диалог не пошел. И Дакота, и Мерлин начинали разговор о каких-то обыденных вещах, но дальше пары фраз беседа не заходила. Охотнику даже показалось, что они играют в «чья тема будет не столь скучной». Когда погода в пещере стала темой диалога в третий раз, Мерлин объявил о своем решении идти дальше. Дакота был не сильно расстроен, как понял охотник по его реакции. Даже, по всей видимости рад подобного исходу. Только вот Мерлину не стоило говорить, что идет он в сам Камелот.              – Да у тебя совсем голова не на том месте! Это здесь еще вышло сбежать, а там так не пройдет! Узнают и на утро будешь в костре гореть!              На подобных словах тирада не закончилась. Казалось, что Дакоте ничего будет стоить написать книгу «Тысяча и одна причина не ездить в Камелот». Причем книга имела интерес бы не только среди магов. Не-колдун рассказывал о таких минусах как «воду берут из не пойми какого канала», «на рыцаря косо посмотришь - в камеру посадят», «кому ты нужен в большом городе».       Когда Дакота принялся рассказывать Мерлину о деревне за границей, в которой юному магу будет хорошо и «деток заведешь пару штук», охотник предпринял попытку бегства. Дакота заметил это и встал перед Мерлином расставив руки в разные стороны.              – На кой черт тебе вообще этот Камелот сдался?              Вопрос на деле хорошим был, но что-то не хотелось возвращаться к матери с пояснением «страшно стало, давай я тут переночую, а потом в соседнем селе жить буду». Трусом же казаться будет. А бежать в другие края? Обратиться драконом и найти себе пещеру у моря. Мысль хорошая, но скучно будет. В Камелоте может хоть какое-то время интересно будет. Если его в магии обвинят, то всегда свалить и улететь можно.              – Жизнь скучная.       – Да ты! – Дакота отошел с пути Мерлина и приложил ладонь к своему лицу – Да что говорю, таким же был. Удачи тебе, раз таков твой путь.              Немного подумав Мерлин решил выбрать тот вход, через который они заходили. Ему еще вещи забрать надо. Дакота, казалось, хотел что-то сказать по этому поводу, но промолчал.       Вслед Мерлину была сказано лишь «приходи, если кров нужен будет».              ***       На удивление, до Камелота Мерлин добрался уже к вечеру. Пришел бы, может быть, даже днем, но только Прина и все мужики деревни требовали с него подробного отчета касательно того, что с ним колдун делал. Пришлось придумать историю о том, как тот привязал его к дереву и оставил так. Других идей, как объяснить такое долгое отсутствие у Мерлина не было. А так все понятно: сначала ничего под рукой не было, а на утро камень острый нашел.       Сам Камелот встретит охотника никак. Его не спросили кто он стражники на входе, его не спросили даже какого лешего он в верхний город зашел! Где жил Гаюс долго спрашивать не пришлось - первый же прохожий ответил, что где-то во дворце. Там уже одна из служанок указала направление на северное крыло. Чем ближе он был к предполагаемой обители лекаря, тем скромнее была обстановка. Как понял Мерлин, в этом крыле живут всякие придворные мастера: кузнец, портниха, столяр и прочие. Прислуга же живет в своих домах в нижнем городе.       Когда Мерлин поднялся по лестнице и подошел к широкой деревянной двери, сомнений, что эта комната именно лекаря, не было. Помимо надписи «придворный лекарь» по дороге, с расстояния двух шагов можно было услышать запах всевозможных трав. Обычно травники собирают определенный список трав и создают из них подобие благовоний, чтобы запах был не столь разнообразен, но, как видно, Гаюс не из таких. Наверняка уже давно привык к этой мешанине из запахов. И Мерлин привыкнет. Что-то подсказывало ему, что жить он будет в этой комнате или рядом уж точно.              – Ох!              Охотник открыл дверь в попытке зайти, но прямо перед ним стоял старик, крайне удивленный присутствием мальца у своей двери. В руках у него была какая-то склянка.              – Ты еще кто?              Голос старика не звучал как злой, тому скорее интересно было, кого принесло в его лабораторию. И комнату. И кухню. Мерлин думал, что придворному лекарю хоть отдельную комнату для экспериментов могли выдать. Конечно, поодаль была дверь куда-то, но кровать определенно стояла в вот том углу.              – Км.       – Я Мерлин, сын Хунит.       – Но ты должен был приехать еще в среду!       – Но сегодня и.., – спорить с старым человеком себе дороже – У меня письмо!              Сославшись на отсутствие очков Гаюс не стал читать сразу и отправил Мерлина комнату за дверью. Та оказалась не такой уж и маленькой. Да и внешний вид лучше чем у любого дома на родине Мерлина. Конечно, у окна уж точно были следы плесени, но что уж поделать.       ***       – Мерлин.              Упоминание его имени быстро прогнало сон. Охотник огляделся вокруг, но Гаюса не было. Да и голос не его был. Сославшись на бредни Мерлин принялся одеваться. Вчера вечером он просто лег спать и даже не оглядывался вокруг, но теперь мог с уверенностью сказать, что лекарь поселил его на своем складе. Вокруг было множество ящиков и пара бочек. Только вот, по крайней мере по виду, все они были пустыми. Справа от двери стоял шкаф. Довольно шаткий, по мнению охотника.       К запаху Мерлин видно уже привык, ибо, даже зайдя в комнату к лекарю особой вони не почувствовал. Хотя, может сегодня он готовит что-то простое и не столь вонючие?              – Я принес воду, ты не мылся вчера. Садись есть.              Мерлин лишь кивнул. Немного освежиться после дороги ему действительно надо. Правда вот то, что старик поставил ведро на край стола - сомнительное решение. Едой ему служила излишне жидкая каша.       «Да даже у нас в деревне еда лучше была»       Краем глаза Мерлин заметил, как Гаюс задевает ведро, которое тут же, разумеется, принялось падать. Но не упало. Лекарь же точно все равно знает его секрет, да? А убирать из вежливости же Мерлину придется, если разлилось бы!       Охотник взял ведро и зачерпнул в него «застывшую» воду.              – Ты даже не читал заклятий!       – Да я и не знаю ни одного.              Что было довольно грустным. Искал он в Элеоноре и рядом с ним долго, но никаких книг по магии в тайном подземелье не нашел. Как и тайных подземелий.              – Так, будешь помогать мне, пока я не найду тебе место – старик взял несколько бутыльков на противоположном столе – Для леди Парсеваль и сына Оуэна. Он слеп как крот. Предупреди, чтобы не принимал все сразу.              А Мерлин действительно хоть умыться хотел. Ладно, в походах и неделю не мылся порой.              – И Мерлин.              Из ниоткуда Гаюс достал бутерброд. Вот этому Мерлин определенно был рад.              ***       Поиски сына Оуэна долгими не были. Первый же стражник сказал ему как добраться до него. Идти пришлось в другую часть замка, но не так далеко, на самом деле. Мерлину даже удалось остановить его и не дать выпить все сразу! Если помрет, то охотника же и казнят. Или посадят. Леди Парсеваль было и того проще отыскать - она жила не так далеко.       А вот дальше день не заладился. Встретился один самовлюбленный хрыч, который принцем оказался. Мерлин то думал, что это какой-нибудь зарвавшийся рыцарь, но нет. Как итог, за то, что отделал принца по моде охотник теперь в темнице. Кто знал, что королевич еще та падла и стражу позовет. А ведь сам его ударить предлагал!       В темнице грустно, к слову. Сено видно, что свежее, но все равно атмосфера такая себе. Да и если охотника сюда на веки вечные засадили, то хрен даже в дракона превратишься - места нет. Придется сначала магией выбираться.       Только вот ни одного заклятия что может ему помочь он не знал. Формально, из заклятий Мерлин мог только разными видами левитации пользоваться.              – Мерлин.              «Ну это точно не галлюцинации»       Данный голос будто был в голове охотка - подобное было когда с ним разговаривал Зандалор с помощью магии. Может, где-то здесь маг заточен? Но зачем ему Мерлина звать? На мощного колдуна, который бы мог помочь, Мерлин явно не тянет. Да и имя его фиг пойми откуда известно этому человеку.              «Скучно!»       Нет, ну правда. С ним даже никто из стражи говорить не захотел. Сейчас, если верить виду из маленького окошка, уже ночь и Мерлина так никто и не выпустил. Он же просто сделал то, что сам королевич просил! Почему его вообще сюда засадили? Единственное занятие в этом месте - плести из соломы венки и спать. Все. Охотник спал до данного момента, а до этого начал плести венок. Получалась какая-то фигня. Разумеется, в том вина соломы и никак не пламенного рыцаря!       Может, попытаться связаться с тем магом? Хоть его историю послушает, а также объяснит, что от него помощи можно и не ждать. Можно даже сослаться на свое положение.       Только вот как?       Зандалор хотел научить рыцаря подобной связи, но времени не было. Основы тот все равно объяснил, но, чтобы понять, как охотнику этого не хватило.       «Чтобы связаться с кем-либо, нужно точно знать кто это и в идеальном варианте почувствовать его ауру» - слова Зандалора пронеслись в голове.       Значит уж точно не судьба. Мерлин был без понятия, кто этот маг и уж точно не знал его ауру. Или что это вообще такое.              ***       – Он оставил в живых одного дракона. Пленил его и держит под замком. И никто его не освободит, - Гаюс сделал небольшую паузу - Ешь и отнесешь лекарство леди Хелен.              «Вот оно как».       Дракон связаться с ним мог спокойно, если почувствовал в его душе своего собрата. Только вот имя откуда он знает?       Есть, на удивление не хотелось. Путь его и кормили в камере лишь куском хлеба с какой-то жижей и водой дважды, но этого вполне хватило чтобы не чувствовать сейчас дикого голода. Правда, вполне возможно, что на отсутствие аппетита сыгрался и запах протухших овощей. А ведь Мерлин обрадовался, когда Гаюс его освободить пришел! Только вот подстава за этим освобождением стояла конкретная. Единственный плюс - познакомился с красивой девушкой, которой даже понравился.       По идеи, хорошо было бы к дракону пойти сразу, но гораздо лучшим вариантом Мерлин посчитал пойти к леди Хелен. Ведьме Леди Хелен. Ибо не магических целей заводить куклу Вуду охотник не видел. Это чучело из соломы уж точно на украшение не поставишь. Еще приглянулась странная книга, но шаги, доносящиеся за дверью показались значимой причиной выйти из комнаты.       У леди Хелен забавные сережки.              – Что ты делал в моих покоях?       – Мне велели передать вам лекарство. Я оставил его на столе.              И линять! Быстрым шагом за плющом. Мерлин не помнил, использовалась ли эта трава в его мире, но здесь что-то из нее Гаюс изготавливал. Хорошо хоть в лес за ним не послал - нужно всего лишь в ближайший магазин зайти. Главное не нарваться на неприятности, а то старик снова причитать начнет.              – Ей! Не убегай!              На крик охотник из любопытства повернулся, хотя и понимал, что не ему, скорее всего.       «Махос милосердный».       Слово за слово и теперь охотник изображает неумение пользоваться с помощью кистени. Стараться особо не пришлось, ибо в академии такому разве что вскользь обучали. Ну, или надо было бы обратить к одному из наставников, которые шарят, и напроситься в ученики. Охотник этого, разумеется, не делал.       Укорачиваться было не особо сложно, но осуждающий взгляд Гаюса вырвал Мерлина из колеи. А королевичу много не надо. Напал со спины зараза. Толчок принес охотника прямо в руки стражи. Что-то ему подсказывало, что в этот раз точно с помощью магии выбраться придется.              – Отпустите. Он пусть и идиот, но храбрый, – следующие слова были адресованы уже Мерлину – Что-то в тебе есть. Я не хочу тебя быть.              «Зазнавшийся осел».              Не будь этот блондин королевичем, давно бы получил не только кулаком в морду. Почему положение играет такую роль? Да даже в своем родном мире охотник с таким не сталкивался. Ну ничего, Мерлин слышал о каком-то состязании раз в год, участие в котором может принять каждый. Артур уж точно туда пойдет и там уж получит.       Состязание же не насмерть?              – Как можно быть таким ..              Если в прошлый раз Гаюс лишь сказал пару предложений о глупости Мерлина и том, что нужно быть осторожней, то в этот раз разошелся. Да, может охотнику и не следовало с помощью магии двигать ту коробку, но соблазн того, чтобы Артур упал был слишком велик! Да и кто ему в глаза в тот момент бы посмотрел?       Только вот лекаря только пуще раздраконили эти аргументы.              ***              Вот что он делает на празднике? Да даже Гаюс, на сколько знал Мерлин, никакого высокого чина не имеет и, как следствие, не должен быть здесь! А он Мерлина с собой потащил. Несмотря на все его «не хочу». Лекарь явно видел какой-то смысл в том, чтобы взять мальчишку с собой, только вот просвещать никого в свои думы смысла не видел. Была мысль у охотника, что это должно его проучить. Но бред же какой-то! Кто наказывает присутствием на празднике со знатью?       Если допустить что это наказание, то за что? Нет, серьезно, Мерлин искренне считал, что расплатой была игра «найди травы для леди Морганы и нет, я не скажу тебе где что и как». А после этого отправил его разносить новую порцию лекарств. Неужели здесь все такие больные? Охотник разнес двадцать зелий! И все были в разных частях замка, а больше двух в руки лекарь не давал – вдруг Мерлин разобьёт. Причем Гаюс будто специально выбирал тех, кого хрен найдешь. Стража говорила одно, служанки другое, а человек, к которому он по ошибке заходил вообще на него орал! Нервы охотнику помотали знатно из-за чего его все дико бесило. Настойка, которую, так и быть, дал Гаюс, немного помогла и больше не хотелось пойти в лес и кого-нибудь прибить, но вот раздраженность не исчезла. Та милая девушка, Гвен, хотела было поговорить с Мерлином, но после пары фраз поняла, что тот явно не в настроении.       «И где уже эта певица?».       Минуя примерно десять минут, которые показались вечностью Мерлину, Король соизволил объявить о начале выступления. Он еще что-то говорил, но охотник хотел лишь уйти поскорее и услышал лишь нужную ему информацию. Да что ему тут делать? Даже поесть он не может! Только стоять.       Леди Хелен была в безвкусном, по мнению охотника, платье, а ее прическа вообще напоминала взрыв при неудачном зачаровании. Неужели ей не приставили прислугу, которая могла бы помочь?              «Потрясающе»       Голос был восхитителен. Пусть охотник ни разу не слышал родной язык эльфов, но представлял что-то именно такое. Насколько он мог представить по рассказам. Только вот он точно уверен, что эльфийские песни не заставляли людей засыпать.       «Черт».       Как только женщина подошла в центр зала, Мерлин свалил на нее люстру. Если вдруг она убьет кого - а другой причины этого цирка нет - то охотнику потом жить как на иголках. А ему еще и не известно нет ли здесь людей, которые могут «видеть» одаренных магией как Дакота. В его мире таких много было. Пока не хотелось куда-то из Камелота уезжать.       Чары ведьмы, с ее, как думал Мерлин, кончиной, были сняты и все люди начали просыпаться. Король явно собирался что-то сказать, как ставшая в миг старухой леди Хелен резко встала и запустила кинжал в королевича.       Артур должен благодарить навыки охотника и магию Мерлина за свое спасение!              – Ты спас моего сына. Долг платежом красен.              Что просить то? Об этом Мерлин не подумал. Может титул? Станет придворным, будет больше прав иметь. Или лошадь? Хорошая лошадь всегда в цене. Или может дом? Да к черту он нужен. Может денег? Мерлин хотел озвучить свою просьбу, но король все уже решил.              – Теперь ты придворный, - данная весть радовала охотника, - И слуга принца Артура.              «Махос помилуй».