ДРУГОЙ

Снимаю с себя остатки одежды, аккуратно складывая в ванной на тумбе. Остаюсь в одних трусиках, и успешно опускаю их на пол. Перед мной огромная ванна с видом на ЛА, и бассейн, где отдыхают люди. Вид потрясающий! И эту красоту не передать ни одним объективом фотокамеры. Распускаю волосы и заматываю их в огромный пучок на голове. Он получается не таким опрятным, как у всех этих тик-токерш на видео, но мне нравится. Легко поднимаю ножку, и окунаю одну за одной в тёплую водичку. В ванной действительно много пены и пахнет она чем-то цитрусовым. Полностью ложусь в этом воздушном пространстве, и чувствую, как становится хорошо. В миг. Словно не было 8-ми часового перелёта. А я просто была здесь, рядом. Закрываю глаза и представляю нас вместе, сегодня, завтра и всегда. Я не хочу по-другому. Разве меня сможет обнимать кто-то так же? А так целовать? Трясти до безумия, чтобы в моей голове были мысли о том, что за чем идёт и в какой последовательности. Егор стал для меня не просто важным человеком, а целым мотиватором. Именно с ним, я хочу быть лучше каждый день, и лучше, чем я вчера. Вовлекаясь в себя, и полностью абстрагируясь от других мыслей, его шаги перебивают мою медитацию, и я довольно открываю глазки. — Ты прошла дресс-код. — произносит Егор, и я вижу его в одних боксёрах, белого цвета. Его тело уверенно большое, и манящее, мне дико хочется касаться ручками его торса и животика. Блондин инстинктивно поглаживает мою голову, и я смотрю на него из пены, улыбаясь. Затем он снимает трусы, совершенно свободно, без каких-либо комплексов, и залазит ко мне, умощаясь на второй стороне. Мои вытянутые ножки сразу же касаются его плеч, и он поглаживает их, умещая возле себя. Мне становится сразу же жарко. Так как я касаюсь своим телом его. И мои бёдра проходят по его ногам. Я чувствую их и просто схожу сума. — Это лучший релакс! — произношу свободно. — Лучший релакс ещё впереди, — улыбается Егор. — Ты ведь не была в ЛА? — Первый раз здесь. Да и вообще так далеко от дома. — Мм, значит у тебя будет завтра мини-экскурсия. — Надеюсь моим экскурсоводом будешь ты? — закусываю губу. — Разумеется. Султан ещё может показать тебе окрестности города. Улыбаюсь и Егор смеётся, глядя на меня. Его большие пальцы касаются моей голени и круговыми движениями, сжимают её, от чего я начинаю постанывань. — Ахх… Как давно ты принимал ванну с девушками? — понимаю, что возможно вопрос не слишком уместен, но мне так хочется знать о нем больше. — Очень давно. С рандомными девушками я не принимаю ванну. — Рандомными? — поднимаю бровь. — Ага. Вот понравилась мне девушка, которая написала, и её огня хватило на пару часов. И когда мы с ней получили то, что хотели, этого огня уже нет. Понимаешь? — Получается в этой ситуации оба человека воспользовались моментом. — Да, именно так! Она спрашивает изначально о том, какую я музыку слушаю, а потом уходит словно поработала бесплатной шл*хой, и я ей совсем не интересен. Я слушала его и видела не принятие системы, на которую он уже давно пошёл сам. Это не он такой. Это девушки такие. И я совершенно понимала каждое слово, которым он делился, открываясь мне сново. — А ещё в основном выходит как. Она пишет, интересуется, ставит лайки, отправляет нюдс, а потом я зову на встречу, а весь её вид показывает о том, что я ей мало интересен. Я тебе больше скажу, она играет со мной, чтобы показаться не легко доступной до двери отеля. А потом вся эта игра распадётся как большой такой шар фальши и лжи. — Возможно они не видят тебя особенным? Таким, каким ты есть на самом деле. Они не пытаются увидеть тебя настоящего, им интересен вот этот Инстаграм, вот это ощущение, что ты — это миллионы людей, клацающие комментарии тебе на каждое фото. Они не видят тебя — Егором, который добрый, искренний и открытый. В этом твоя особенность. — Понимаешь, мы все до единого обычные, и особенными становимся тогда, когда кто-то по каким-то грёбаным причинам захочет нас любить. И именно эти люди делают нас особенными. Они не влюбляются в человека из-за раскрученного профиля в Инстаграм, из-за нала, и строки в форбсе. И к черту все эти слова о диком сексе, влечённом взгляде, и магнитным нитям, которые привлекают к тебе своего человека. Если бы всё это существовала, никто бы не разбегался. Мы бы тогда оставались навечно связаны. Каждый приходит к кому-то по собственному желанию, и уходит за его отсутствие. И ничего нас не меняет, просто в какой-то чёртов момент, ты становишься нужным, важным со всеми своими желаниями, не стабильной психикой и дикими порывами. И вот здесь ты понимаешь, что человек твой, и он будет твоим и завтра, и через неделю и через месяц. Я слушала человека, которому 25 лет, а чувство, что его багажный опыт куда старше реального возраста. Он настолько говорил толковые и правильные вещи, даже в такой момент, когда мы полностью обнажены и между нами только эта интимная обстановка, я слушала его с диким интересом. И понимала важное, что я не те рандомные девочки, о которых он говорил. Я больше. И мне хотелось, чтобы так было, даже пускай эта мысль пока только в моей голове эволюционирует. Мне так захотелось его обнять. Просто без слов. Успокоить после всего этого наплыва откровенности. Показать, что может быть по-другому. И так уже есть. — Безумно хочу тебя обнять. — шепчу. — Иди ко мне. — говорит он местами строго. И я приподнимаясь, оголяю стоячую грудь, которая была вся в пене, и смотрю на него, видя ухмылку, желанную, которую точно невозможно скрыть. Легко, как кошечка пробираюсь к нему и сажусь сверху. — Ммм, твои губы в пене. — проводит он рукой по чистым губам, и я вмиг чувствую вкус воды. — От тебя. — обнимаю его шею и смотрю в эти кристально чистые глаза. — Я вчера понял, что не смогу продержаться на одном face time. — Ммм. Я тоже. Ты уехал и мне стало так грустно. Хотелось уснуть и спать до твоего прилёта, только не коннектится с реальностью, которая без тебя. — Ты такая… — говорит он улыбаясь, и трогает мой затылок, прижимая волосы, струящиеся по его пальцам. — Какая? — Такая другая. Разная. Я не могу описать тебя одним словом, если конечно это не «сучка». Смеюсь ему. — Но почему-то именно ты, зная меня не так долго, готова срываться по первому зову. — шепчет Егор и целует меня в губы, оттягивая кожицу. — Мммх. Да… — отвечаю на поцелуй и схожу сума в этом дурмане жары. Его губы страстно владеют всеми изгибами моего рта, пропуская своё дыхание и обволакивая собственный пожар в несколько раз сильнее. Я чувствую, как его плоть становится сильнее и больше под мной. И от этого чувства, тону в собственных ощущениях дикости. Рука блондина вмиг припечатывается к моим волосам, натягивая луковицы, и я тянусь за ним, отклоняясь назад, мычу, чувствуя приятную боль. Моя грудь стремится ему на встречу. И Егор обхватывает её руками, а затем проводит губами, кусая ореолы сосков. — Ахххх! Я тону в собственном дисбалансе, не чувствую ни стыд, не совесть. Хочу его безмятежно и долго, в порывах колючей страсти, которая не раз отобьётся в моём сердце. Булаткин сильнее покусывает нежную кожу и всасывает в себя больше, что я чувствую, как его ствол сам по себе активизировался и готов внедряться в меня забвенно. Его поцелуи по груди стали дикими до мощных засосов, и я начала стонать как настоящая сучка, громко и сильно. Было сложно терпеть эту пытку его зубами, они настолько были подточены, что наклонившись я увидела кровяные следы в массовой вариации. — Аххх… нет… — молила я его прекратить эту экзекуцию. Но Егор не слышал меня и безжалостно оставлял метки, которые были слишком сильными. Я вырывалась легко, но его рука проходила по моей спине, и сжимала позвоночник к себе, что я прогибалась и сама же наставлялась на его острые зубы. — Теперь понятно, кто здесь папа? — смотрит он на меня возбуждённо. — Мммххх, — киваю ему в ответ и приближаюсь, чтобы поцеловать. Мы сново тонем в наших сладких касаниях, а руки Егора гуляют по моему телу блудливо, сжимая резко ягодицы и поднимая их. Я чувствую дикую волну желания, когда его член проходит по моим половым губам. Он уже во всю пылает и хочет засадить мне. Но я не попадаюсь на него. Егор сново сжимает мои ягодицы и насаживает, так сильно, что плоть прорывает моё лоно и со второго раза всё-таки входит. Я мычу, стону, краснею от напряжения и насаживаюсь до основания, получая в себя самые дикие ощущения. — Аххххх даааа! — говорю ему в губы. И Булаткин начинает яростнее поднимать меня за бедра, чтобы кайфануть на полную. И дико, и взахлёб всем ощущениям, которые были до. Я пытаюсь держаться за его плечи и не в попад поднимаюсь сама. Стараясь почувствовать всю силу его стояка, наполняюсь эндорфинами безумства и таю, с ним на одной волне. Егор кусает мою шею, и проходит губами по плечу, сжимая контуры моего тела. — Ах, сука! — говорят его губы. И он полностью убирает контроль с процесса, давая возможность мне доставить его удовольствие своими движениями. Прыгаю на его члена громко, так что вода с ванны, выбирается наружу, и Егор одним движением убирает пробку, чтобы опустить уровень воды ниже. Но на меня это не влияет, я так сильно его хочу, что страстно прохожусь по всем его выпирающим венам в позе наездницы, и ощущаю, как головка набухает до красноты между моими стеночками. Он проходит рвано, сново контролируя процесс, мычит и наслаждается, я в эйфории тепла и безумства в себе, просто схожу сума и продолжаю идти на все его желания. Моё тело горит, а его руки впиваются в талию, и кажется синяки у меня будут завтра не только от засосов. Стону и получаю нереальный кайф, меня накрывает бешено оргазм и я сжимаю его ствол до такой силы, что блондин кусает меня в шею. — Пусти, — шипят его губы. Но мне так сложно сново расслабится, что я кое-как опускаю хватку дикости и теряюсь в ощущениях собственного блаженства. Вода по немного сходит, и пена вместе с ней. Егор диким импульсом насаживает меня сильнее, его глаза красные, словно он пол ночи не спал. А желание усиливается с каждым сантиметром во мне. У меня никогда не было такого бешеного секса, где я ловлю уже вторую волну тепла и не хочу отпускать это чувство тактильности с ним. Наши движения такие бешеные и быстрые, что кажется мы сломаем здесь всё. Блондин прижимает меня к основанию сильнее, так что я чувствую его небритый лобок и просто пищу, как кошечка. Егор поднимает меня на толстом и венистом члене и выходит не замедлившись. Я чувствую как горячие капли ударяют мне по попе и спинке, разливаясь судорожно и дико. Егор рычит и закрывает глаза, прижмуривая сильнее, словно этот кайф длится вечность и я чувствую тоже самое вместе с ним. Растворяясь на мелкие атомы его тепла, ощущая себя его. И не важно, что всё мое тело искусанное и печёт, словно от 40-ти градусной жары. Я знаю, что он для меня особенный, совсем не обычный, другой, словно он с Марса, а я с Венеры, но мы нашлись на одной планете. И потеряться я не хочу. Егор смотрит на меня отрешено, улыбаясь, и молчит. Его палец проходит по моей губе, давая слизывать удовольствие, которое горело у меня внутри. И я послушно облизываю его. — Кажется у нас вода закончилась, — ухмыляется блондин.