ДРУГОЙ

Утро. Доброе. Тёплое и такое объятное. Я успела принять душ и разложить свои вещи по полочкам. Не знаю насколько времени мы здесь, но мне тепло уже от одного местоимения «мы». Такое короткое слово, а насколько значимое. Егор просыпается долго. Так же долго засыпает. Вчера мне казалось, что он совсем не даст мне уснуть, только я пыталась повернуться, он сразу же ловил мои намерения в свои сильные руки и проводил пальцами по моему телу, желая сново. Я не знаю до скольких мы марафонили с самыми сладкими прелюдиями. Но спать он мне дал только под утро, когда и сам уснул. Я никогда не думала, что этот плюшевый мишка любит спать в обнимку. Честно признаюсь, я совсем не люблю так спать. И во всех прошлых отношениях, просто выбиралась с-под объятий и засыпала в одиночку. Так что ли привычней. Но здесь я не то чтобы хочу выбраться, я даже забыла думать об этом, когда его руки касались меня, всё внутри переворачивалось, я была возбуждена за долю секунды, и постоянно терлась об него, понимая, что нарываюсь на самого дикого зверя. Он по натуре лев, и ему вряд ли удалось бы просто так со мной уснуть. Какая-то нереальная активность просыпается во мне, когда я с этим человеком, мне хочется обниматься, целоваться, проводить носиком по щеке и просто тонуть во флюидах блаженства. Я нашла себе самого тёплого и приятного человека. Смогу ли я его отдать? Уже нет. — Просыпайся, кот. — аккуратно залажу к нему по одеялу. — Сколько времени? — произносит Егор, не открывая глаз. — 11 часов. — Мх, я думал два дня. — Тебя позже разбудить? — Да, — резко переворачивает Егор меня к себе, словно мягкую игрушку, совсем не теряя силы. И я оказываюсь сново с ним под одеялом. Его рука зажимает меня к своей груди, и всё, что у меня получается, это улыбнуться ему. Но он по-прежнему не открывает глаза. — Сооооняяя! — Неа. — Да! Кто не давал мне спать? — Ты конечно. Мне. Не давала. А сейчас дашь? — ухмыляются его губы. — Мммм. — провожу пальчиком по его губе и чувствую как он игриво закусывает его. — Ай. — Запретная зона. Вы нарушили правила. Егор хватает меня за подбородок и поднимает к себе, смело целуя, и просовывает язык в приоткрытый рот. Наши дыхания сплетаются в одно и доводят меня до мурашек. Хочется тонуть с ним в этой игре без слов, чтобы чувствовать больше. — Я в душ, а ты одевайся, пойдём гулять. — Неужели мы нарушим твой сон? — Ты уже его нарушила. Егор легко поднимается и скрывается за дверьми спальни. А у меня всего лишь 10 минут, чтобы найти свой наряд. *** Солнечное ЛА проходится по моим оголенным ногам и обнимает теплом лучей, на мне короткая джинсовая юбка, красный топ и хорошее настроение. Да! Сегодня я хочу улыбаться каждому прохожему и себе самой. Егор ведёт меня за руку, и я чувствую приближение эйфории, где то внутри солнечного сплетения. На блондине широкие шорты, белая футболка с надписью PRADA, и массивные yeezy boost. Нам легко и круто. И я не знаю, как может быть по-другому. Перед мной открывается вид на город, и пляж, который уже за пару метров. Мысленно ловлю себя на мысли, что я без купальника, а так охота покупаться. Людей не так много, но видимо это не слишком популярный район, поэтому нам есть где пройти. — Купаться хочешь? — спрашивает Булаткин. — Дааа. Но я без купальника, — делаю грустное лицо. — Без купальника даже лучше. — закусывает Егор губу. — Нуууу. Блондин становится впереди меня и зажимает мои скулы, смотря и улыбаясь. — Кто тебя научил так ноить? Мм? — Не знаю. — смотрю на него в ответ. И Егор улыбаясь, отпускает свою хватку и обнимает меня, пытаясь так шагать в обнимку. Я смеюсь с каждой его шутки, и мне кажется здесь только слепой не увидит, как я вся горю в нём. Мне нравится его слушать, нравится этот безграничный смех, которым он заполняет всё вокруг и даже мои легкие. Я вдыхаю его, наполняюсь им и тону в этих самых приятных ощущениях. Все его истории, рассказы о путешествиях и новых впечатлениях, можно их пожалуйста под запись? Мне так хочется знать о нём всё-всё, что только может быть. Знать, что ему нравится, что нет, из-за чего он может стать раздражённым, а где лучше смолчать. Как часто ему нужно говорить о своих эмоциях к нему, и как успокоить его сердце, когда оно в тревоге. Он такой разный, где-то слишком открытый, а где-то такой вспыльчивый. — Черт возьми! Какого хера они испортили этот прекрасный вид своим баннером, мать его! — Тише-тише, мы обойдём его и больше не увидим, — сжимаю руку блондина, чтобы он успокоился. И он смотрит на меня уже совсем не раздражённо. Мы легко подходим к берегу, где сегодня бушуют волны. Они так открыто показывают своё недовольство холодными брызгами, что я уже не решаюсь покупаться раздетой. — Нравится? — обнимает Егор меня за плечи. — Даааа. Кайф, как здесь красиво. — Мне здесь всегда нравилось ходить под утро. Сейчас людей не так много, но утром вообще никого. — Такое уединение. — Именно. — Часто так любишь проводить время? — У меня бывают такие дни, что я вообще не беру трубку ни от кого. Из-за изобилия внимания, иногда нужно приходить в себя. Мне помогает одиночество. — Знаешь, я тоже люблю побыть одна. А ещё есть такие люди, которые могут тебя услышать, и освободить пространство от всего, что мешает побыть сам на сам. — У меня таких людей мало. Но я их очень ценю. — Ты давно дружишь со Стасом? — пытаюсь расспросить о том, что меня тревожит. — Да. Достаточно. Лет 10 уже, — произносит Егор и проходит вперёд по берегу, держа меня за руку. — Он твой лучший друг? — На данный момент да. Он меня всегда выручал, и поддерживал. И всё это происходит на протяжении десяти лет. Я думаю, что когда друзья не уходят за такой большой промежуток времени, то они становятся твоей семьей. Мне было сложно ему возразить, словно если я расскажу о том случае, где Стас показал своё настоящее лицо, то это пошатнёт веру Егора. И когда он так отзывался о своём друге, что мне самой стало тепло, как он верит в дружбу. Я просто не имела права пошатнуть его доверие и вызвать сомнения. Его рука сильно сжимала мою. Вон там, как мы шли, когда он улыбался, шутил, рассказывал о смешных историях, и здесь, когда он так сосредоточен и серьёзен. Словно это два Егора, два настроения, и я его вижу и там, и там настоящим. Просто он не такой как все. Он чувствует каждое слово, каждую мысль. Мне было трудно перестроить себя, чтобы он не подумал, что мне есть что сказать. И я просто перевела тему со Стаса. Это лучшее, что я могла сейчас сделать. — А с Султаном ты давно знаком? — О да! Нас познакомил человек, с которым я сейчас не общаюсь. Но Сул, он вообще редкий тип людей, общение с которыми никогда не вызывает негатив. Он постоянно веселый, активный, жизнерадостный. Вот я ему говорю, что у меня концерт послезавтра в Германии. А он отвечает, что вылетает. Понимаешь? — Блин! Класс! Это круто, когда есть такие друзья! — Да… Которые в любой момент поддержат и разделят страну своим настроением. Егор говорил с таким рвением о том, что с друзьями ему действительно повезло, что я начала замечать в нем ноты грусти. Мне сразу захотелось его подбодрить, и мои ручки повисли на его шеи, обнимая. — Ты такой хороший. — Ты ещё не знаешь меня. — говорит он достаточно серьезно. — Я знаю, что ты самый добрый, искренний и тёплый. — Я ещё могу быть злым, очень злым. — Но тебя можно поцеловать, погладить вот так, — провожу по его пшеничным волосам, — и ты будешь улыбаться. Но Егор не улыбнулся, его губы были сомкнуты, а взгляд рассеян, хоть он и смотрел на меня. — Не улыбнёшься? — Нет, — он держал паузу своим отказом, ровно до того момента, пока не загрустила я, — Шучу! — Эй! Я уже подумала, что ты расстроился. — И что бы ты сделала? — радостно поднял бровь блондин. — Можно на ушко? Егор легко опустил свою голову ко мне, и я коснулась горячим дыханием его уха. — Я бы побежала в воду, в одежде, а потом пыталась бы выкручивать всё мокрое, и мне пришлось бы позаимствовать твои шорты. Как думаешь они бы мне подошли? — Ахахах, — блондин не смог сдержаться, заливаясь смехом, и мы с ним легко столкнулись лбами, не убирая взгляд друг от друга. — Может тогда проверим? — Нееет! — Сучка. И я ловко притягиваюсь к нему и кусаю за губу, оттягивая. Руки блондина сжимают мои ягодицы и от этого становится безумно приятно мне, не ему, ведь его губа до сих пор в моей охапке зубов. Нежно целую, отпуская и смотрю в эти голубые океаны. Они так сливаются с океаном наружу, просто словами не передать как. — Пошли пообедаем. — Ммм, где-то здесь? — Да. Хочешь попробовать тахос? — А что это? — Как шаурма, только острее и вкуснее. — Ммм. Интересно. Моя рука сново в его, накрывая, словно волна, мы идём по этому песку и оставляем свои следы, которые хочется оставить на закате не смытыми. Ведь он никогда не исчезнет с моего сердца и жизни. Пока я слышу, как проходит его дыхание и цепляет моё, внутри меня сердцебиение будет вечным. Перед нами открывается ресторан, который без названия, если честно, я бы никогда его не нашла, но Егор здесь знает абсолютно всё, и кажется даже с закрытыми глазами найдёт нужную проволочку. — Садись, — показывает блондин на место возле окна, и остаётся возле барной стойки, отпуская меня. Прохожу и сажусь за диванчик, наблюдая за тем, как он что-то спрашивает, облизываю губу, на мне так мало одежды, но я горю от одного вида на этого мужчину. — Кальян будешь? — возвращается Егор обратно. — Ммм. Ты наверно сильный любишь? — Да. Но я взял средний для тебя. И как после этого я могу отказаться и не покурить с ним на пару? — Тогда я за! — Отлично. К нам подошёл официант и Егор заказал блюда на свой вкус, а я даже не пыталась вмешиваться, так как меня влечёт его ответственность за свой выбор. Он такой внимательный и при этом осознанный. Каждое его действие подвергается словно четкому контролю с его внутренней стороны. И я не знаю, сколько раз мне нужно повторить, что я восхищаюсь этим человеком. Потому что этого всегда будет мало. Настоящее здесь в квадрате. Кальянщика долго ждать не пришлось, и уже спустя пару минут Егор вытягивал дым и кайфовал. — Я заказал нам тахос, и напитки. — Хорошо. Интересно попробовать. — Ты сегодня будешь очень горячей. И это не вопрос. — Ммм, — облизываю губу. — Попробуй, — протягивает блондин мне кальян. И я хватаюсь за него губами, втягивая в себя едкий дым. Голову начинает кружить с первой секунды, и от этого мне становится не по себе, выдыхаю, судорожно держась за стол. Ноги становятся ватными, а дым, чувство что не только снаружи, но и внутри моих лёгких, остаётся неподвижно, всасываясь всё больше. — Всё хорошо? — заботливо произносит Егор. — Кажется, это не совсем средний. — передаю трубку блондину. — Давай я раскурю его хорошенько, и затем ты сново попробуешь. — Хорошо, — улыбаюсь, но в голове ещё то самое неподвижное состояние, где мои ноги ватные и не стойкие. Егор выдыхает дым огромными кольцами, изощряясь в каждом движении, он курит так уверенно и профессионально, словно это его, и это трудно не подметить, как он кайфует. Звонок и вибрация его смартфона на столе перебивает всю опьяненную его дымом атмосферу. Булаткин легко поднимает телефон, прикладывая его к уху. — И тебе привет, ждёшь нашей встречи?