Неделя из жизни принцессы

Яркие лучи, падающие прямо в глаза принцессы слепят ее, заставляя наконец открыть глаза, хотя возникало лишь ощущение сонливости, в какой-то мере усталости, но девушка была радостна, ибо проснулась на том самом месте, на котором засыпала под звездами. Но не это было главным для нее в ту ночь. И близко не это. Ее зеленые, словно зелень глаза распахиваются, глядя на уставившуюся Кассандру. Утренний ветерок поддевает несколько прядей, которые легко парят в воздухе. По телу пробегаются мурашки, когда принцесса, придя в себя, вспоминает сегодняшнюю ночь, обнаруживая, что одежда слишком далеко, дабы незаметно дотянутся. Не говоря уже о самой Кассандре, смотрящей на "спящую" девушку. Принцесса ощущает ехидную улыбку на себе, из которой вскоре вырывается «Доброе утро!», когда Кэсс наконец замечает уже не спящую принцессу, наблюдая за ее реакцией, которая оказалась скованной: поджатые ноги, прикрывающие грудь руки, розоватый румянец. И такая Рапунцель нравилась девушке. При виде ее хрупкой улыбки, небольших ожогов около висков Кассандре буквально сносило крышу, возникало огромнейшее желание вновь набросится на нее, но девушка понимает, что времени почти не осталось и скоро придется вновь возвращаться в замок. Этим вопросом поинтересовалась и принцесса: — Доброе, — скромно выдавила она. — Мы не опоздали? В тумане, но девушка все же волновалась об этом, хотя так хорошо было греться на солнышке, что оставалось только желать, чтобы хотя бы на один день все забыли о принцессе. — Все в порядке. Еще есть время, — она улыбнулась, наконец желая, чтобы принцесса поднялась. И это было одной из лучших частей ночи. Кассандра знала, что утру все же придется наступить, как бы того не хотелось. И все же это не конец. Рапунцель, забыв о последствиях, не предвидела ту неловкость, которую придется испытать утром. И вскоре Кассандра взяла это в свои руки. Она нависла над принцессой, которая на данный момент являлась единственной среди них не дотянувшейся к одежде, ибо Кэсс встала куда раньше, подняв ее руки и крепко сцепив, прижавши к полу. Обжигающие губы прикоснулись к принцессе, отдавая свежестью и горячим дыханием. И, черт, как же она обожала, когда Кассандра руководила процессом. Рапунцель поджала живот, выгнув спину, иногда тихонько посапывая прямо во время поцелуя, слегка отдаляясь от губ девушки, и вновь возвращаясь обратно. Она ощутила густую траву, захватив пальцами ног несколько травинок, прощупывая их и чувствуя, как Кассандра потихоньку отрывается, подымаясь. Большие зеленые глаза блестели на солнце, одаривая хрупким взглядом Кассандру, поднявшую неподалеку платье и ухмыльнувшись, в последний раз осмотрев принцессу девушка прикусила мочку уха, неразборчиво прошептав: — Тебе без него лучше. Какой бы иронией это не было, Кассандра пусть и сшила платье, сейчас не хотела видеть его на принцессе, ибо слишком мало времени далось, дабы насладиться всем этим... Природой, свежим воздухом, Рапунцель... В очередной раз покрывшись краской, на какой-то миг принцесса задумалась, действительно ли она хочет все испортить, но решение все же далось быстро: она накинула платье, провинившимся взглядом извиняясь перед Кэсс. Ее вид был таким, словно маленькая девочка извинялась перед мамой, как-будто разбила вазу. Но Кассандра понимала, что не за чем извиняться. Она наоборот не желает доставлять любимой дискомфорт. Времени осталось не много, хотя принцесса успела намочить ноги, насладившись прохладной водой. И они вовремя подоспели к замку. Теперь все как обычно: завтрак, учеба и все остальное.

***

Каждое утро после завтрака принцессу обливали холодной водой, с ног до головы мыли, пока девушка не будет сиять. И сегодня не исключение. Поскольку они с Кэсс подоспели вовремя, проблем не возникло. Единственное, сегодня принцессе хотелось лечь спать пораньше. Пять фрейлин, и Кассандра, как обычно, среди них. Принцессе обычно проводили все процедуры в деревянной ванной, которой уже будто сто дет давности. И тем не менее держится. Сегодня, как и принцессу, так и фрейлину жутко клонило в сон, но сейчас ее и подавно не волновала кровать, как то, что будет происходить сейчас. Кассандра уже год проводит данную процедуру, давно привыкнув к остальным фрейлинам, но сейчас девушку напрягало это больше, чем когда-либо. Рапунцель становилась прямо в деревянное корыто, больше девушке делать ничего не доводилось. А она только почувствовала свободу... Одна из фрейлин начала развязывать корсет. Это всегда отнимало довольно много времени, ибо фрейлины делали все максимально качественно, хотя с принцессой никогда не деликатничали. Рапунцель стояла неподвижно, наблюдая за недовольным лицом Кассандры, смотрящей на каменные лица остальных девушек, которым наверняка было плевать на принцессу, ее изысканное тело, как считала Кэсс, но именно поэтому девушка не хотела отдавать ее каким-то слугам, пускай девушка понимала, что все это лишь их работа. И тем не менее, когда дело дошло к снятию корсета, она не сдержалась: — Принцесса, позвольте сделать это самостоятельно, — почти грозно сказала девушка, пытаясь остановить все происходящее. Реакция была вызвана полностью случайно, но девушка не сумела придумать ничего иного, дабы выпустить накопившийся гнев и помочь себе. Она поймала кучу глаз на себе, даже не договорив фразу. В истории еще никто никогда не просил принцессу о чем-то. И Кассандра это знала. Она знала обо всем. И о том, что только что рискнула карьерой и из-за чего?.. Собственного дискомфорта? Собственно, если принцесса не будет жаловаться, фрейлину не ждет наказание за проявление неуважения к ней, но что-то все же ее будет ждать. А Рапунцель молчала, и фрейлина понимала, заглядывая в ее бездонные чистые глаза, насколько принцессе не хотелось терпеть все те прикосновения. Хотя, признаться, принцессе было бы куда проще потерпеть, нежели волноваться за все те слова фрейлины, о которых могут доложить куда следует. — Пожалуй, сегодня Кассандра может справиться самостоятельно, — как-то неуверенно произнесла девушка, поглядывая на удивления остальных. Наверняка думают, что принцесса под гипнозом, раз постоянно водится с простой фрейлиной под именем Кассандра. — На некоторое время можете быть свободны. И как же все таки повезло принцессе, ибо еще вчера такого не было позволено. Фрейлины вышли, оставив их наедине. Вот только Рапунцель имела некие жалобы к ее служанке. — Рапунцель, я... — Она понимала, всем сердцем понимала, что поступила, как дитя. И оправданий у нее нет. — Кэсс, я волнуюсь, что с тобой что-нибудь случится. — прямо сообщила она. Фрейлина замолкла, приготовив воду. — Прости, — молвила девушка, больше не найдя ни одного подходящего слова в свое оправдание, которого, собственно, и вообще не было. И больше ни слова. Теперь же девушке стало куда больше неловко от всей ситуации, нежели было еще несколько минут назад. Фрейлина расстегнула корсет, освободив принцессу от него. Девушка взяла губку, в попытке прикоснуться к принцессе, но ее перебил приказ: — Дай мне. Когда губка оказалась у нее, Кассандра вспомнила о том, что сейчас принцесса может спокойно сделать все самостоятельно, как и всегда хотела. От Кэсс ей нечего скрывать, и хоть фрейлина желала сделать все сама, помнила, что принцессе необходима свобода, особенно в замке, в котором ее только сковывают от мира. И сейчас Рапунцель имеет полное право самостоятельно принимать решения: будь то нарисованные мылом усы на лице, или же гигантский смайлик на животе. Странно как-то заниматься подобными художественными глупостями в восемнадцать лет, но именно этого принцесса была лишена всю жизнь, так чего же отказывать себе сейчас? Кассандра только наблюдала и не ожидала, что вскоре принцесса «чуток» переборщит с мылом и пеной да так, что пришлось разбрасываться ею, словно подушками, из которых вылетали перья. После веселья Рапунцель отправилась в комнату, Кассандра же успела пожалеть о сказанном. Как-бы они с принцессой не веселились, оно не стоило того, что фрейлине пришлось отделываться работой на неделю, которая, между прочим, оказалась почти бесконечной. И теперь девушку заменила другая фрейлина, Кассандра же исполняла иные поручения, которые не дали фрейлине возможности навещать принцессу. И все же ей повезло, что принцесса заступилась за нее, в ином случае все могло кончится куда хуже.

***

Два дня беспрерывной работы, а девушка до сих пор нормально не спала, не видела принцессу. Она давно выбилась из сил, но кто-то должен был выполнять работу. Сейчас девушка только и занимается мытьем замка и прочей уборкой, вот только он настолько огромен, что времени ни на что другое не остается. Последние несколько ночей девушка и вовсе не видела снов, зная, что время почти вышло, и, быть может, они с принцессой даже не попрощаются. Сегодня рабочий день прошел скучно, как и все остальные. Девушка без сил ввалилась на кровать, слегка ударившись лицом, ибо ее кровать не была особо мягкой, в отличии от принцессы. Каждый вечер девушка подумывала о том, чтобы сбежать, но смысла в этом и вовсе не было, ибо даже если бы совершила побег, она понимала, что принцесса осталась бы здесь, в замке, в котором ее в любом случае ждет несчастная судьба. И сейчас девушка даже не догадывается, что ее ждет уже завтра. В самый неожиданный момент фрейлина слышит стук. Слишком аккуратный, неторопливый. И почему-то Кассандра была уверена в том человеке, который находился за дверью. Только принцесса могла постучаться настолько аккуратно, дабы не помешать девушке. Это уже превратилось в чутье, нежели догадки. И, как оказалось, она была права. На лице заиграла улыбка, перебившая удивление, и сейчас намного больше хотелось обнять принцессу так сильно, как никогда раньше. — Фейт, можешь идти, спасибо. — Именно эти слова фрейлине довелось услышать первыми, в то время, когда принцесса говорила с ней, еще не войдя в комнату. И закрыв дверь, принцесса накинулась ее обнимать. — Я скучала! — заявила принцесса, хотя прошло всего-то два дня. Два дня, которые оказались самыми долгими в ее жизни. — Как тебе удалось сюда попасть? — Не то, чтобы фрейлина была шокирована видеть ее здесь и сейчас или сомневалась в способностях принцессы, скорее ее одолевал интерес. — Фейт сказала, что знает о том, что мы "друзья" и помогла мне. Я сказала, что мне плохо и она согласилась помочь. Для этого мне было позволено выйти из комнаты, но поскольку на самом деле со мной все в порядке, я могу позволить себе пойти к тебе. Кстати Фейт помогла и с этим, потому что я не знала... Кассандра улыбнулась, выслушав весь хитрый план принцессы, которая оказалась не такой уж "правильной", но это только обрадовало Кассандру. И сейчас девушка буквально за секунду изменилась в лице на грустное, отпустив Рапунцель. Ее мысли составляла лишь новость о последней их встрече, которая, скорее всего, проводится прямо сейчас. — Присядь, — сказала Кэсс, садясь на кровать и указывая на место рядом. Комната была небольшой, но уютной. Сравнивать с принцессой, конечно, глупо, но все же что-то в этом было. Рапунцель исполнила просьбу, заметив волнения фрейлины, которые, кажись, сейчас перейдут к принцессе. — Рапунцель, — прозвучало выжато, грустно и так, словно ее жизнь закончена. Хотя так и было, ибо помимо отца у девушки никого больше не было. Да и отец не был тем человеком, способным обнять, когда необходимо, хотя девушка в этом и не нуждалась, ее миром была Рапунцель, но теперь все будет иначе. — Я больше не могу скрывать этого от тебя. Завтра состоится твоя свадьба и, скорее всего, после этого мы больше не увидимся. — Она сказала прямо, а ведь зачем тянуть, дальше затягивать? Больше всего на свете Кассандра хотела поделиться этой болью с ней, с той, которая поймет, но только еще сильнее девушке было трудно смотреть на ее слезы. Слезы, которые затопили глаза, непонимающие, что фрейлина только-что ляпнула, посчитав, что это самый глупый и ужасный розыгрыш на свете. И сейчас принцесса не хотела обнимать, не хотела делать это в последний раз, не хотела говорить, потому что все слова она сглотнула, и они еще не скоро вылезут наружу. Рапунцель всего лишь ребенок, не готовый к такому. Не готовый покинуть человека, которого любит больше, чем кого либо. И она уж точно не готова выговорить то самое любимое слово, которое каждый раз греет душу. "Кассандра", и впервые не хочет говорить "Я тебя люблю.". Она просто не готова сделать это в последний раз. Больше всего на свете Кассандра боялась реакции принцессы. И теперь она даже не способна пойти на разговор. А о чем им говорить, если уже завтра они должны забыть друг друга? И не вспоминать все те времена, когда они были счастливы вместе. Теперь это должно стать только иллюзией, сном. Принцесса вытирала простыней слезы, и влажное лицо, которое словно стерли с лица земли и сейчас оно никакое. Девушка поднялась на ноги, без особого желания продолжать этот вечер. Она ушла, не оставив ни слова. Не желая запоминать, какой была их последняя встреча. И сегодня девушка точно останется без сна, ведь сегодня ей есть о чем подумать, о чем вспомнить, понять, что никого больше так сможет полюбить... И что ее также сильно никто не полюбит, как она.