испанская любовь пахнет цитрусами

      Эмити Блайт не любила жару, не любила море, не любила эту пропахшую солью и чем-то сладким Испанию. и уж тем более Эмити Блайт не любила отдых с семьей.       девушка усталым взглядом наблюдала за мелькающими за стеклом машины пейзажами, пытаясь держать себя в руках и не закричать на Эмиру и Эдрика, старательно пытающихся довести сестру до седины. Эмити, уставшая после двенадцатичасового перелета, не желала отвечать на их нападки. она даже не собиралась на них реагировать.       она, естественно, предпочла бы остаться дома, в городе, где у нее была бы хоть какая-то возможность сбежать от назойливых брата и сестры, была бы возможность скрыться от чужих глаз и спрятаться в своем собственном мире.       мире, созданном только для нее одной.       машина плавно остановилась возле небольшого каменного домика — совершенно непохожего на те здания, которые Эмити видела до этого. он казался таким невзрачным, таким обычным. однако, Блайт уже давно ничего не удивляло. они с семьей путешествовали довольно часто, исследовали каждый уголок мира, но то, где родители Эмити решили остановиться сейчас, выбивалось из рамок представления об отдыхе девушки. она нахмурилась, Эмира и Эдрик тут же вылетели из машины, крикнув что-то родителям, и скрылись в неизвестном направлении. хотя бы одной проблемой меньше.       Эмити вздохнула и осмотрелась по сторонам — солнце слепило, било пылающими лучами. девушка моментально захотела запереться в комнате с кондиционером. стояла невыносимая жара — Блайт казалось, что она плавится. в воздухе чувствовался горький запах апельсинов, сухой травы и моря. последнее девушку никак не удивило.       она вздохнула полной грудью.       пока отец выгружал чемоданы из багажника машины, мама Эмити разговаривала с незнакомой женщиной. она выглядела невероятно дружелюбно — Эмити окинула ее лишь скользящим взглядом, не задерживаясь. слишком устала.       женщина говорила с характерным акцентом, воодушевленно, тепло и открыто. Одалия кивала невпопад, иногда отвечая на задаваемые вопросы — она была не расположена к подобным диалогам. «любовь» к перелетам Эмити досталась от матери. — Эмити, дорогая, — окликнула девушку Одалия. голос мамы вывел Блайт младшую из раздумий. она повернула голову. — почему бы тебе не осмотреться? твои брат и сестра уже во всю исследуют новую местность! — устало и как-то отстраненно проговорила женщина, поправив лямку вечно сползающей сумки. — может, потому что они рады здесь быть? — слишком резко ответила девушка, не ожидав подобного тона от себя. лицо Одалии вытянулось от удивления, Эмити тут же опустила глаза. — хорошо, мама.       Эмити ненавидела жару. ненавидела солнце. она уже и не надеялась отдохнуть на этих каникулах.

***

— привет! — Эмити, испугавшись, чуть не вывалилась из гамака. но книгу она успешно уронила. девушка перед ней сияла даже ярче, чем палящее солнце над Испанией. — извини, я напугала тебя? — виновато проговорила она, поднимая книгу Блайт. Эмити на секунду перестала дышать.       девушка смущенно улыбалась, протягивая Блайт книгу. в темных глазах Эмити отчетливо видела отблески света, теплых лучей — они сияли словно теплая карамель. на ней была абсолютно нелепая футболка — с каким-то глупым, детским, совершенно несуразным рисунком и джинсовые шорты. Эмити закусила губу, осознав, что она слишком долго осматривала незнакомку.       в нос тут же ударил сладкий запах цитрусов. – н-ничего, — заикаясь проговорила девушка, аккуратно забирая книгу. — я не испугалась. — меня Луз зовут, — девушка переступила с ноги на ногу, наклонив голову, и чуть сузила глаза. Блайт показалось, что на улице стало еще жарче. — а тебя? — Эмити, — она улыбнулась. — Эмити Блайт.

***

      Блайт еле передвигала ногами — даже вечером здесь было невероятно жарко. Эмити просто была не в состоянии выносить такое пекло — ну не создана она для подобного климата. она медленно плелась позади Луз, бодро шагающей в сторону пляжа. вдруг, Носеда резко остановилась. не заметив этого, Эмити благополучно врезалась в нее. — ты чего? — возмущенно проговорила Эмити, потирая нос. — ты очень медленно идешь, carino, — Эмити выдохнула. она не знала значение последнего слова, но оно звучало так красиво и тепло, что девушка непроизвольно краснела каждый раз, когда Луз говорила его.,       а говорила его девушка очень часто.       Луз улыбнулась, засмеявшись.       она путала английский и испанский, смеялась звонким хрусталем, касалась огненно-рьяно и Эмити тут же забывала, как дышать. она не понимала, как Испания из ненавистной страны, из ненавистного места, превратилась в ее собственный мир, из которого она не хотела уезжать.       теплая карамель в глазах Луз ловила отблески уходящего солнца, легкий морской бриз подхватывал волосы, тонкую ткань белоснежного платья Эмити, и девушка, завороженная красотой передней, так и замерла, не желая двинуться.       Носеда тянула ее за руку, вела за собой — к морю, к ненавистному Блайт морю. и Эмити не сопротивлялась. смеялась, невпопад возмущалась, а Луз лишь улыбалась — и на душе так тепло-тепло. так ярко.       даже солнце горит не так ярко.       от нее пахло цитрусами, Эмити поняла это не сразу. не осознавала. или просто не хотела признавать, что сладкий запах апельсинов теплой патокой разливался внизу живота. — иди сюда! — радостно кричала Луз. брызгая холодными каплями, смеясь. она вдруг остановилась и обняла Эмити за талию.       вокруг взрывались звезды. — что? — Блайт неотрывно смотрела в глаза Луз. блестящие, яркие, манящие. чувствовала кожей обжигающие прикосновения. — te amo, carino.       и чайки бешено кричали. метались над головами двух девушек.       Эмити ненавидела море. ненавидела жару. ненавидела эту проклятую Испанию.       но губы Луз на вкус такие сладкие, сахарные. дурманящие, до безумия. слаще любых апельсинов. тогда Эмити поняла, что ее счастье пахнет цитрусами.