Тебе, кстати, не идёт без меня

      — кузнецова, блять, вставай, подруга! мы проспали, — хватаясь за край длинной футболки бэллы, кричала петрова в ухо малышки которая сладко спала.       — отъебись, — сквозь сон крикнула словетская и оттолкнула от себя подругу. чуть позже, придя в себя, девушка перевела взгляд на злую петрову, которой не понравился жест подруги.       — беллка, ты обещала лики, что наконец-то возьмёшься за учёбу, помнишь? и сказала мне лично, что если я тебя не разбужу, то ты набьешь мне ебало, — слово в слово проговорила неспеша Настя, поправляя свои длинные темные кудри, которые падали на плечи.       — давно пора, а что, ещё позже не могла разбудить? — переведя взгляд с насти на будильник, стоящий на тумбочке, сонно зевнула кузнецова, — ты сучка, настюх, теперь лика точно бросит меня.       — если ты продолжишь валяться на кровате, и смотреть так на меня, то конечно, — засмеялась петрова, — бэлл, не обижайся, без обид, ты сама виновата. нечего было вчера бухать и играть в карты на раздевание с какими-то подозрительными типами. кстати, бэлл. ты обещала ей не пить и быть паинькой, а ты...       — да знаю я, насколько я хуевая как девушка, и как человек. бля, как же голова раскалывается и ноги болят. блять, как же хуево себя чувствую. настюх, нет тех таблеток, что вчера дала? я ничего не помню, лишь тот момент, когда лика меня поцеловала и когда я пообещала ей не пить… насть, ну блять. что мне теперь делать? — невинными лазурными глазами посмотрела на настю бэлла, что подруге даже стало жаль девушку. видно, что она раскаивается в случившемся, и ей безумно стыдно перед своей девушкой анжеликой, которая вчера чуть не разорвала с ней связь. она же ещё ребёнок. и лика, и сама настя прекрасно знали, что хоть они были одного возраста, бэлла выглядела молодее их, и вела себя глупее остальных. ошибок естественно, принцесса сделала больше и главная её ошибка состояла в том, что она не могла отличить «любовь» от «симпатии» и наоборот, и поэтому все её пассии, с которыми она когда-либо встречалась, были её лучшими друзьями.       настя петрова была первой любовью бэллы, их любовь закончилось трагично, но безболезненно. она прошла так же быстро как и началась. у них была страсть, момент, буря эмоций, настоящие чувства. все это было до того, пока настя не сходила в долбанный клуб, где познакомилась с розоволосой девушкой по имени Ника, которая стала её новой любовницей. тогда они окончательно поняли, что не созданы друг для друга, они схожи с характером, но это им и мешало. они обе не хотели подпускать друг друга близко к себе.       теперь они лучшие друзья, и эта роль им подходит куда больше. у них получается прекрасно прикрывать жопу друг друга и поддерживать во всём. сегодня они ночевали вместе в одной кровате, так как обе были пьяны и это было их обоюдное решение. бэлла в розовой пижаме, которая прикрывала все интимные места девушки, а настя в уютном, бархатном халате.        заспанная кузнецова, с растрёпанными волосами и неизменным чувством омерзения к самой себе, даже с утра пораньше.       собирая волосы в хвостик, белокурая смотрела на себя в зеркало, охая от разочарования. ей никогда не нравилось свое тело. может бэлла поддалась обществу, а может сама специально искала в себе изъяны. а может все вместе. девушка изначально была довольно хрупкой и стройной, из-за чего её оскорбляли одноклассники и прохожие, называя «скелетом». бэлла росла и её телосложение менялось, она стала намного крупнее, чем была ранее, но без лишних килограмм. оскорбления в адрес словетской уменьшились, но появилась новая проблема — бэллке стало не нравиться свое новое тело. смотря на себя новую, она сравнивала себя со старой дистрофической бэллой и одарила себя новым комплексом — «толстая»       — настюх выйди, я переоденусь, — вздохнув, попросила девушка. ей не хотелось переодеваться при насте. более того, кроме нее самой, ещё никто не видел обнажённое тело девочки кроме ее девушек. разве что в состоянии алкогольного опьянения девушка могла показать себя голую.       — чего я там не видела, — бурчит петрова, одергивая тонкую ткань халата, но все же поторопилась удалиться, — я пошла готовить сырники, а потом пойдём в школу, как раз ко второму уроку подойдем.       — иди уже, — махнув рукой, жаждая чтобы петрова быстрее убежала, девушка поспешила снимать с себя комфортные розовые в полоску штанишки, футболку, надевая на это место капроновые колготки, которые, как назло, всегда рвались. стоило блондинке зацепить их за край карты, они приносили большой дискомфорт, так как она надевала всегда на размер меньше, чтобы ноги выглядела тоньше, ведь колготки сжимали нежные ноги девушки. лике нравится женственные девочки. кому такие не нравится. и бэлла пыталась соответствовать. достав из шкафа темно-каштановую, в черную клетку, юбку, девушка надела ее. кузнецова старалась выбирать юбки, как можно длиннее, чтобы закрыть все недостатки, а именно её псариаз и синяки которые полностью покрывало её стопы, и юбка-карандаш длинны миди, идеально на ней сидела, прикрывая все проблемные места, дав надежду дышать девушке слободно. последней штрих, белая блузка, что подчеркивала стройную талию блондинки, которую девушка никак не могла разглядеть.       — я готова настюха, ты будешь переодеваться или прямо так в школу пойдёшь? — намекая на внешний вид девушки хмыкнула бэлла, — твоя дорогая ника точно упадет к твоим ногам.       — нарываешься белла. ника не такая, она кому попало в койку не ложится, у неё мозги в отличии от некоторых имеются ещё, — акцентируя на имени девушки проговорила петрова.       — тогда что она в клубе делала? – пройдя в кухню и вальяжно раскинувшись на кресле, пробормотала словетская.       — отдыхала, бэлл. культурно отдыхала с друзьями. она устала. расслаблялась. ты не понимаешь, и не поймёшь. да и, тебе понимать не нужно, мелкая ещё, чтобы такое понимать, — в голосе насти послышалось почтительность и невозмутимость.       — бесишь, иди меняй свой халат на спортивку, ты у меня найдёшь что-нибудь подходящее. только мою любимую олимпийку не трогай, это святое! — холодным тоном заявила, всеми любимая, бэллочка.       — времени нет. что будет первое будет лежать на твоем стуле, то и надену.       — даже будь это крохотным лавандовым платьем? — усомнилась белокурая, спешно взглядывая на часы.       — даа, но блять. надеюсь, ты сейчас прикалываешься, — с лёгким гневом проговорила настя, — у тебя на кровати лежит синее платье сарафан с ремешком, возьму?       — быстрее, скоро уже третий урок будет. ты обещала, — жалобно простонала словетская.       — всё, — выскакивая с белоснежной комнаты бывшей девушки, петрова надела на себя темную куртку, без которой никуда, в такое холодное время года, как зима. — ты поела?       — да, — сорвала малышка, отводя взгляд в сторону. она умела врать и вывести её на правду было сложно. на самом деле, к сырникам девушка не прикоснулась, а пока Настя переодевалась, подруга успела выбросить и спрятать продукт питания.       — бэлла, одевайся блять, я че постоянно тебе напоминать должна, что нам стоит торопиться. что ты, Бэлла выбрала себе в девушки самую правильную и примерную девушку в мире.       — пошла она нахуй, заткнись петруха. некуда торопиться, моя зая меня не бросит, все ровно это я её наркотик, и никак по другому.       — поэтому ты, делаешь все, лишь бы угодить своей крошке? — усмехнулась настя, направляя свой взгляд на ножки бэллы, которые девушка успешно пыталась скрыть, — все для неё делаешь.       — завали, это не для неё. так нужно просто, я же девушка, — разочарованно выдохнув, откинула голову назад.       — ты никому ничего не должна. пойдём бэлл, правда не стоит опаздывать, — прижав свою горячую ладонь к холодной руке кузнецовой, девушки направились на выход.        — в натуре. что, ждёшь не дождёшься, когда можешь прикоснуться к губам нике? — усмехнулась белокурая.       — даже если и так, то че? скоро твоя сестра наркоманка придёт и бабуля, так? поэтому нам пора отсюда…       — митронина мне не сестра, дура. моя мать использует её отца, чтобы выжить деньги, и сейчас они наверно где-то на мальвидах сосутся, а свою шлюху нам с бабулей отдали. ненавижу пиздецки как её. заебала со своими проститутками, — пустив еще пару грязных фраз о своей сводной сестре, закрыла на ключ квартиру. девушки побежали в школу, где их ждал весьма неприятный сюрприз, который изменит буквально все в жизни словетской, хотя что-то все ровно останется не изменным.