Четыре дня рождения любви

      Кай полистал бумаги, прочитал всё, что там было написано и проявил соответственную реакцию. Препод забрал их с собой в дом, там он проверил конспекты, выкурил одну ментоловую сигарету и выпил немного виски.

***

      На следующий день, удивительно, но Кай приехал на работу намного раньше. Точнее — за час до начала занятий. Он сидел на мягком кресле, составлял электронную таблицу успеваемости и пил свой кофе, по канону яблочко держа на столе.       Кирилл проснулся, вспоминая, что вчера, вернувшись, так и не написал ни одного стиха. Только он хотел достать бумажки, сразу же почувствовал что-то неладное. Найдя похожие листы, он готов был проклянуть себя за то, что это были именно те бумаги, что нужно было передать Каю. —А что тогда у… Чёрт, — выругался вслух Гелль, вспоминая записи последних стихотворений, наброски рисунков, что по количеству было намного меньше, чем стихов, и оставленное среди листов одноимённое перо, что парень лично красил в синий цвет.       Тут же он собрался и выбежал из дома с бумагами в сумке через плечо, даже не позавтракав по наставлению матери и не попрощавшись с котом.

***

      Уже подходя к нужной аудитории, парень облокотился о стенку, сползая вниз от мыслей о том, что препод всегда опаздывал, однако, потерев глаза, Кирилл заметил свет в окнах аудитории астрономии. Всё же, зимой и осенью были тёмные ночи и такое же утро.       Обрадовавшись, Гелль немного отдышался, а после постучал в дверь, войдя: — Я виноват! — Выкрикнул он не так громко, кладя перед Каем те самые бумаги от куратора. — Почему ты так рано? Аа… Ясно, уже не нужно… Я сделал в электронном варианте.       Парень встал из-за стола, документ был отправлен по почте куратору, кофе наполовину выпито, а яблоко так и не тронуто. Рядом лежали упаковки из-под тех же злаковых батончиков которые так любил преподаватель астрономии. — По суии, я обязан отдать тебе твои листы, но я оставил их дома… Можем съездить за ними…       До занятий оставалось около 45 минут, Кай стоял в таком же прикиде, что и вчера, но рубашка уже была светлее — скорей тёмно-серая.       Он сделал пару глотков кофейка и посмотрел на студента.       Парнишке совсем не показалось странным то, что препод забыл такие бумажки. Он думал, что наверняка астрономик не интересовался внутренним миром тех листочков.       Всё же, как бы неудобно не было в этот момент — Киря не мог оставить всё так, ведь каждое творение для него было важно. Да и восстановить эти стихи он в голове не мог. Обычно было так, что взглянет и скажет — да, мой стих… Но чтобы учить наизусть… Было лишь два-три раза ради оценки по литературе. — Пожалуйста, — так звучало мягкое «хорошо» Кирилла, — мне важно содержание той бумаги.       Он облегчённо вздохнул, рукой пригладив свои волосы назад. — Отправляемся прямо сейчас?.. Простите, если тороплю.       Гелль немного замялся, отводя взгляд от глаз Кая. — Да, пары скоро начнутся…       Кай быстро подошёл к вешалке, на которой висело пальто и накинул его на себя. — Пойдём…       Они вышли из аудитории, Макгрегери выключил свет и, спустившись вниз, стал торопливо искать в карманах пальто ключи от машины. Достав ключи, раздалось заветное «пик-пик». На этот раз, это был не красный форд, а Mercedes-Benz. Да, новая машина.       В салоне чёрная кожа, которой обиты сидения в машине, затонированные окна, мультифункциональный спортивный руль и тот приятный запах одеколона, которым постоянно пользуется преподаватель астрономии.       Кирилл последовал за Каем, после садясь в автомобиль. Он кивнул ему и достал один наушник AirPods.       Включив песню, он достаточно неловко облокотился на спинку кресла, устало смотря на дорогу.       Ещё момент и Гелль нахмурился, сделав глубокий вдох. «Снова этот аромат… Чёрт.»       Он положил руку на лицо, перекрывая немного нос и рот. Зрачки заметно расширились, но такого дикого вчерашнего возбуждения уже не наблюдалось.       Кай остановился возле большой… Огромной многоэтажки. В этажей 30 точно. — Мы приехали…       Кай вышел из машины и дождался, когда Кирилл покинет салон. После Макгрегери закрыл машину и забрал ключи.       Они зашли в дом. Внутри были светло бежевые стены, лампы дневного света и отдельно стояли стойки с пепельницами, но, на удивление, дымом от сигарет совсем не пахло. Наверное, из-за вытяжки рядом. Низ лифта был сделан из металла, а вот оставшаяся половина обделана зеркалом. Кай нажал на кнопку 26, лифт тронулся, а парень сразу приготовил ключи, а, точнее, карточку, которая висела на ключах от машины.       Макгрегери упёрся правым боком в стенку лифта и выдохнул. — Да. Наделал же я вам проблему.       Кириллу было неловко и он не мог понять, какого чёрта этот препод так часто берёт Кирю в смущениях за содеянное. Конечно, он был «лошком», но не до такой же степени.       Когда лифт приехал на нужный этаж, парень вышел первым, хоть сам не зная, где именно живёт препод.       Когда он оказался в коридоре среди квартир, то был достаточно рад сочетанию цветов, однако не подавал виду восхищения. — Так… Где бумаги? — Тихо спросил он, будто боясь кого-то спугнуть. — Да подожди ты…       Кай прошёл по небольшому коридору, в котором было всего 4 двери, он жил в 23 квартире.       Парень приложил карточку к датчику, зелёный свет и дверь открыта. Оставив так дверь для Кирилла, парень первый прошёл в свою берлогу. — Проходи…       Квартира была выполнена в светлых тонах, проходя коридор в ней, на стене можно было увидеть 3D графику космоса, звёзд, комет и чёрных дыр. Мебели было мало — небольшой белый ковёр, диван из замши и стеклянный столик с кучей бумаг.       Кай присел и начал искать те самые листки, в этот момент из соседней комнаты выбежал чисто чёрный кот и начал тереться о Кая. — Аметист, мне не до тебя сейчас…       Кот запрыгнул на плечи Кая и начал тереться уже о его голову. — Чёрт… Этот кот. Кай убрал пушистое чудо с себя и впихнул его в руки Кирюши. — Подержи его немного…       Преподаватель вернулся к бумагам и, спустя 3-4 минуты, нашёл эти 3 листа.       Тут в дверь постучалась девушка и без разрешения вошла, она была вульгарно одета и попросила соли.       Кай поднялся с пола и взглянул на неё, всем видом показывая, что дамам тут не рады: — Вы вчера у меня соль просили…       Девушка прикусила нижнюю губу и, немного помявшись, спросила: — Кай, может быть мы сегодня вечером сходим в ресторан и возможно наш вечер…       Тут Кай громко выдохнул: — Извините, я гей… Вы меня совершенно не интересуете…       И тут, как в какой то романтической новелле — Кай показательно засосал Кирилла в губы и с презрением взглянул на девушку, одновременно целуя своего студента.       Девушка пулей вылетела из квартиры за дверь.       Гелль на тот момент рассмотрел каждую деталь помещения. Особенно приглянулся необъятный и прекрасный космос.       Кириллу стало как-то скучно, пока Кай искал его драгоценные бумажки. Но тут к нему подкинули чёрного котика, которому парень был бесконечно рад.       Он начал гладить котика, уделяя внимание мурлыкающей мордашке с усиками и ушкам, что были прижаты к голове, полные непонимания, кто такой его гладит.       Всё же, Киря очень любил животных, но сильно их не доставал. Может, поэтому к нему ещё ни разу не было агрессии.       Тут вошла какая-то девушка… На вид «лёгкого поведения» и сказала о соли. Киря, конечно, вначале подумал: «Тётя, идите нахуй», а потом и вовсе: «Нехер соли просить. Примета плохая».       Дальше, не намеренно слушая их диалог, Гелль был поражён действиями своего препода после слов «я гей».       Он покраснел, а внутри так всё и забушевало. Парень понимал, что это могло быть чисто для «показухи», поэтому Кирилл сразу же оттолкнул Кая, прикрывая свой рот рукой сразу же после того, как вышла незванная гостья. —…Вы хотя-бы знаете, что украли мой первый поцелуй? Мистер гей.

Тем временем кот благополучно свалился на четыре лапы, грациозно уходя подальше от этих двоих.

— Так уж и первый?       Парень вручил эти три листка ученику и, уже молча, пошёл к выходу.       А в душе он был вполне доволен, может быть потому что и правда ему очень даже приглянулся этот малец.       Что ж, до начала пар оставалось меньше 20 минут. Во всяком случае, у Кая пар не было, на работу он припёрся лишь ради отчёта.       Кай остановился в коридоре смотря на своего кота, который уже был не на кровати в комнате, а на диване в гостиной. — Спасибо, — парень забрал свою драгоценность, достав среди них большое перо размером где-то в 20 сантиметров.       Он мягко улыбнулся, успокаиваясь от вида этого пушистого отростка, но было ещё одно созданьице-пушок… Гелль подошёл к коту и погладил его лапку. — Пока, пушиночкин, — Киря счастливо улыбнулся, чувствуя как сердечко бешено колотится.       Внешне его выдавало лишь какое-то подрагивание, когда он выпрямил спину, возвышаясь над кошкой, но не над преподом… Рост не позволял. Гелль подошёл к Каю и не сдержался… — Под любым предлогом, в любой ситуации… Хоть апокалипсис, где твой дом ближе всего… Больше не зайду сюда. Мало ли кто за солью ходит, — он потёр виски, думая, что он не зря выговорился, — спасибо, что передали мне мои стихи. Благодарю… Да, — вновь не заметил этого «твой» и выдохнул, будто через силу, от осознания этого.       Он убегал глазами от взгляда Макгрегари, нервно сминая уголок одного листочка.       В общем, Кай ничего не ответил и молча вышел за дверь, а там эта девица стоит: — И… извините, Кай, но вы… Вы правда? … М, то есть я правда вас…       Кай мягко улыбнулся девушке и произнёс: — Не думаю, что у нас с вами что-то могло получиться, всего хорошего…       Кай дождался, пока Кирилл покинет его квартиру и закрыл дверь.       Прошёл в лифт, нажал на 1 и, спустя пять минут, он уже сидел в машине. Парень расстегнул пару пуговиц и сжал руки на руле. Всю дорогу Кай молчал, будто бы обидевшись, возможно его задели слова Кирилла.       Кирюша заметил непонятное состояние Кая и мягко улыбнулся, ничего не сказав. Он смотрел на дорогу, а после и на время. — Знаете… Раз мы сблизились до поцелуя, — Киря улыбнулся немного шире, смотря в боковое стекло, — не хотели бы Вы сходить со мной в один торговый центр?       Гелль нервно сглотнул, достаточно подготовившись для отказа, но он надеялся, что его не отвергнут. — Молодой человек, у вас пары…       Тут резкий дрифт на повороте, через минуты 2 уже они уже будут около университета. После этого Кай всё так же молчал, ногда переключая коробку передач. — Прости.       Кирилл прерывисто вздохнул, поворачиваясь к окошку всем своим туловищем, чтобы Кай его не видел. Он начал вытирать рукавами толстовки выступившие слёзы.       Сам себя всегда винил за то, что может так легко расплакаться, хоть даже если всё будет хорошо, а «птичку жалко»… — Значит… Тот поцелуй ничего не значит?       Кай снова, как в прошлый раз, довольно громко выдохнул, резко опустил руку с руля и моментально переключил передачу, нажал на педаль газа и через минуту остановился около университета, точнее, на парковке.       Он заглушил двигатель, чуть поднявшись, левой рукой повернул лицо Кирилла к себе, правой схватился за его плечо и поцеловал в губы, а если быть точнее, то в засос. После довольно продолжительного поцелуя он отстранился и сел на место, положив руки на руль — Значит, но это не означает, что Вы должны пропускать пары, а теперь на выход, занятия начнутся через минуту…       В голосе Кая слышалась явная строгость преподавателя.       Кирилл смотрел удивлённо на него, на поцелуй которого Гелль отвечал… Пытался отвечать только миг назад. Тут парень как-то смутился, осознавая, что ему это вообще не было каким-то чужим… Поцелуй, да.       После слов препода Киря не мог вымолвить и слова. Лишь кивнул и, забрав сумку с листами, вышел из автомобиля, «пулей» мчась, скорее не от Макгрегари, а на пару… Хотя, и от преподавателя тоже в какой-то степени, ведь Гелль терпеть не мог, когда кто-то доводил его до такого… Стыда? Скорее всего. Но то, что сделал препод, казалось не таким ужасным.

***

      Вот, Кирилл уже сидел на занятии, но сосредоточен не был вовсе. Всё произошло всего лишь полчаса назад, а парень лишь сейчас вспомнил о своей разбитой губе и тихо хмыкнул, мягко облизывая её и вспоминая недавний поцелуй. Точнее, один за другим.       И как он мог не заметить покалывания во время поцелуев? Науке неизвестно.       Он не хотел бежать от того, что происходило в его душонке. И не желал не думать об этом. Лишь сидел тихий и задумчивый, не обращая внимание на «придуряния» со стороны Никиты, что, видимо, обиделся от такого «игнора» и начал сидеть так же тихо.       Прошла пара, а за ней и другая. Сегодня, по-сути, не было занятий с Каем и сам Кирилл видел в этом, как говорилось в одной песне, «свои минусы и плюсы».       На занятиях физкультуры, по-сути последней паре, Гелль вновь начал вспоминать о поцелуе.

Тот ещё мечтатель.

      Жаль, что вспомнил он не вовремя… Нелепо улыбнувшись, в его голову влетел баскетбольный мяч, отчего парнишка совсем «расклеился».       Конечно, это было не в первый раз, но не хотелось повтора, ведь голова от такого тяжёлого мяча болела по-адски.       Выпив таблетки, что парень всегда носил с собой, он слегка взъерошил свои волосы, думая, будто это хоть как-то должно помочь. — Ты в порядке? — Спросил моментально «подкативший» на гладком полу Никита. — Да, дружище. Всё нормально, — ответил Гелль, мягко улыбаясь своему товарищу. — Не забудь о дополнительных занятиях по астрономии, — с такой же ответной улыбкой сказал Никита, продолжая игру в баскетбол.       А Кирилл же и забыл о том, что здесь есть допы, на которые студенты ходить чуть ли не обязаны. — Я приду, — тихо сказал он, но друг уже наверняка не слышал Кирю, который отправился в раздевалку.

***

      В привычной аудитории была какая-то странная аура, а Кирилл, в свою очередь, старался избегать зрительного контакта с преподом, думая о том, что он должен быть сосредоточен на астрономии, пусть до этого лишь и мечтал о Кае.       Тут Гелль «случайно» посмотрел в глаза наставника, а когда их взоры «соприкоснулись», то резко положил голову на скрещённые руки, смутившись.       Сегодня студенту было немного теплее, чем раньше. И он же не мог сопоставлять это на все 99% с тем, что происходит между ним и шикарным астрономиком.