Obsession

      Вики молча взирала на золотые лучи, пронзившие предрассветное небо. Слов не осталось. Да и к чему они, когда всё, чем она дорожила, чем жила — испарилось, растаяло, развеваясь на прохладном ветру. Опустила глаза на траву, еле колышущуюся от нежного дуновения, и провела пальчиками, словно запоминая еле уловимое, шершавое прикосновение.       На удивление, сердце спокойно билось в груди, и лишь прерывистое дыхание выдавало волнение девушки. Она сделала глубокий вдох, прикрывая веки. Губы дрогнули в едва уловимой улыбке, нежно подчеркнувшей очаровательные черты её лица.       Солнечные лучи играли в каштановых волосах, отливая медным блеском. Прикасались к молочной коже, желая отогреть душу, которая уже покрылась тонкой корочкой льда. Некогда горячее, доброе, нежное сердце невинной девушки сейчас будто окаменело, разрываясь от боли и, при этом, не чувствуя ничего.       Ещё недавно она умерла. Ещё недавно единственной надеждой в этом неизведанном мире для неё было отыскать мать. Но как бы Вики не билась, не старалась попасть к Серафиму, все были глухи и слепы. А может Ребекка и вовсе не хотела признавать дочь. Ведь кто она такая? Обычная Непризнанная…

***

      Бонт молча сжал кулаки, стоя в высокой башне Школы и взирая вниз на бесконечный сад. Его душа, не находившая покоя уже так долго, сейчас, кажется, готова была вырваться. Он наблюдал за красивой шатенкой, что стояла внизу, греясь под первыми лучами солнца. Её фигура словно светилась, а Бонт был не в силах отвести взгляда.       Свет. Она была тем самым светом, озарившим его душу с самого начала, стоило встретить её на лестнице в башне, служившей ему единственным пристанищем и темницей. Мужчина сжал кулаки, ощущая дикую, необузданную энергию внутри, которая рвалась наружу. Единственным желанием было — пробить стены крепости и вылететь на волю, прижаться к её полным тёплым губам и унести далеко, туда, где их никто не найдёт. Но он ведь был всего лишь другом. Мальчиком из башни, которому так желала помочь добрая душа Вики. И она попыталась. Вытащила его из заточения, правда ненадолго. Её сострадание было настолько велико, что Бонт наивно принял его за большие чувства. — Я верю тебе… Я помогу… — шептал эхом нежный голос Вики у него в голове.       Мужчина прикрыл веки, стараясь заглушить боль внутри себя. Ясные голубые глаза, смотрящие на него с такой добротой и искренностью, кажется, прожигали насквозь душу через пелену памяти. Он готов был выть, рвать всё вокруг, но мог лишь молча взирать в окно, за стеклом которого, высокая фигура демона направлялась прямо к девушке.       Бонт ощущал чувство вины, сжигающее его наравне с обречённостью и безысходностью. Он был её погибелью и тем, кто готов был продать душу Дьяволу за одну лишь улыбку Вики Уокер только для него. За одно лишь нежное прикосновение к лицу. За одну лишь ночь.       Но кто он? Всего лишь отверженный ангел с проклятьем на своих плечах, который никогда отныне не найдёт покой…

***

      Вики замерла, услышав тяжёлые шаги за спиной. Снова сделала жадный глоток воздуха, словно хватаясь за призрачное ощущение свободы, которое так быстро ускользало от неё. Она ведь только ощутила эту жизнь, дарованную ей после смерти. Ведь впереди должна была быть бесконечность.       Но время было на исходе. Девушка с тоской взглянула вдаль, туда, где по её воспоминаниям была Цитадель. И где, возможно, была мать, которую она потеряла так рано и не обрела вновь.       Шаги за спиной замерли, и ледяные мурашки побежали по шее. Склизкое прикосновение лап страха уже сжимало в тиски сердце, заставляя ощущать дрожь по всему телу. Хотелось убежать, взлететь, провалиться сквозь землю. Но нигде — ни на Небесах, ни на Земле, ни в Аду — ей не было места. Она была чужая повсюду, и нигде не могла уже скрыться. — Пора, — раздался суровый голос Геральда за спиной, и Вики спокойно обернулась.

***

      Дино ледяным взором буравил стену уже десять минут. Голова была, на удивление пуста, и лишь холодные руки выдавали напряжение мужчины. Он не испытывал злорадства или радости от совершённого поступка. Но чувство вины ещё не в полной мере завладело его сердцем. Ведь это было правильно. Он поступил как истинный ангел, сдав Вики Уокер в руки Совета.       Но неужели мотивы были именно в этом: в ангельской сущности и жажде справедливости? — Эта непризнанная погубит тебя… Она бросит тебя быстрее, чем из неё что-то выйдёт… — эхом отзывались слова отца в голове, наполненные злобой, яростью и чувством собственной обиды.       Забавно, что Дино всегда презирал намерение Фенцио отомстить Ребекке Уокер за всё. Но что же сделал сам, стоило Вики отказать ему? Выдал её и местонахождение Бонта, которого она так защищала. Глупая. Добрая. Вики Уокер.       Из уст мужчины вырвался мучительный стон и он закрыл глаза, откидываясь на кровать и зарываясь пальцами в светлые пряди волос. Её образ — прекрасного ангела с таким лучистым небесным взглядом, полными губами, блестящими длинными волосами — стоял перед ним даже сейчас. — Дино? — неверящий голос девушки, чуть дрогнувший от нахлынувших чувств.       Как она смотрела на него тогда, считая другом, а не отверженным любовником. Её взгляд, наполненный болью, презрением, отчаянием и сожалением. Даже тогда, когда он предал её. В ту самую минуту в голубых глазах он увидел жалость за ту боль, что Вики причинила его сердцу.       Рай. Обещали рай её объятия. Её нежные руки, касающиеся его лица. Её полные губы, которые были так близко.       Вся его жизнь — правильная и идеальная, выстроенная по своду и морали, трещала по швам при взгляде на Вики Уокер. Она была воплощением его желаний, грехов и терзаний. Вики — тот самый змей-искуситель, посланный ему для проверки, как испытание.       Он винил её, но осуждал самого себя. Как безумец, ослеплённый жаждой мести. Вики стала его проклятьем, а Дино её погибелью. Но даже сейчас, он готов был продать душу Дьяволу за одну лишь ночь с ней.

***

      Вики покорно следовала за Геральдом через светлые коридоры Школы. Напряжённая тишина ложилась тяжёлым камнем на сердце, и девушка бросила взгляд на учителя, который всегда был так добр к ней. Демон и добр. А ангелы — вынесли свой суровый приговор.       Она не решалась нарушить молчание. Казалось, что произнеси хоть одно слово, и вся хрустальная стена напускного спокойствия обрушится на неё, заставляя обессиленно упасть на землю, обливаясь горькими слезами и ломая ногти до крови об мрамор.       Предательство, разбитое сердце, чувство вины — всё смешалось внутри, выводя наружу лишь ощущение равнодушия. Вики было нестерпимо больно, настолько, что уже было практически всё равно.       Яркий луч света ослепил девушку, заставляя прищуриться. И сквозь оранжевое сияние она рассмотрела то, что было уже неизбежно…

***

      Снег медленно оседал на плечи и смольные пряди Люцифера, который сидел на обрыве скалы. Той самой, что помнила поцелуй с Непризнанной, который явно не входил в планы Дьявола. Он задумчиво смотрел в даль, встречая новый рассвет, ещё не очернённый и не осквернённый пролитой кровью.       Двумя пальцами поднёс сигарету к губам, вдыхая крепкий дым в лёгкие, полностью наполняя их ядовитым коктейлем. Но не он прожигал их. Демон нахмурился, раздражаясь от клокотавшего в душе чувства, такого несвойственного для него. Неужели он испытывал чувство вины? О, нет. Люцифер — безжалостный сын Сатаны, Дьявол во плоти, никогда не сожалел. Он упивался страданиями и муками других, презирая их слабости. Он сам был воплощением порока и искушения, и к нему в объятия, как мотылёк на яркое пламя, полетела когда-то Вики Уокер.       Такая наивная, добрая, приторно-сладкая. Непризнанная, чью слабость Люцифер презирал, если бы не восхитился однажды её стойкостью.       Он снова затянулся сигаретой и выдохнул густое облако сизого дыма, что мгновенно окрасило прозрачный воздух. Точно так, как Люцифер запятнал белоснежную, невинную душу. Ведь это его натура — искушать. — Ты пожалеешь об этом, Люцифер, — звучал в голове звонкий голос Вики, на слова которой Дьявол лишь рассмеялся.       Но яростный взгляд голубых глаз и внутренняя сила, затаившаяся в Уокер, заставили Люцифера на миг поверить в её слова. И этого было достаточно для того, чтобы он сейчас сидел здесь, выкуривая в задумчивости очередную сигарету.       Демон прикрыл веки, а перед глазами возникло прекрасное, обнажённое тело девушки под его горячими руками. Её сладострастные стоны разливались в памяти. Кожа ещё помнила прикосновения. Губы хранили отпечаток поцелуев. Дьявол всё ещё ощущал, как она извивалась в его руках, наполняясь истинным грехом.       И Люциферу этого было достаточно. Он брал то, что хотел. Всегда. А Вики просила большего, смотря на него с трепетом и восхищением, говоря о какой-то любви. Но слова эти ничего не значили для него. Сын Сатаны не мог превозмочь свою натуру, но зачем-то снова шёл в объятия этой девчонки, испепеляя её своим огнём.       Она стала его грехом и зависимостью, которых он не мог себе позволить. Не желал. И стал её погибелью. Являясь Дьяволом, забрал девичью душу. Но готов был продать свою, за ещё одну ночь в её объятиях.

***

      Непризнанная оглянулась по сторонам, встречая равнодушные лица ангелов и демонов, смотрящих на неё, как на истинный порок. Словно в этой войне, в своём высокомерии и гордыне, застилавших глаза небожителей, она — Вики Уокер — была главной проблемой и корнем зла.       Девушка вздёрнула подбородок и сделала смелый шаг вперёд, в то время, как ноги дрожали и отказывались подчиняться. Первая, вторая и третья ступенька, а сердце с каждым ударом проваливалось всё ниже. Ещё один шаг к своей смерти, и она горделиво выпрямляет спину, окидывая презираемые лица сочувствующим взглядом.       Она не раскаивается, не сожалеет и даже не ненавидит. Она жалеет их. И больше не винит никого.       Преклоняет колени перед плахой, но не преклоняет головы в ожидаемой покорности. Вики смело смотрит в глаза тех, кто так жаждет её смерти, а губы чуть изгибаются в мимолётной улыбке, ложащейся камнем на души бессмертных.       Широкое лезвие блеснуло под лучом взошедшего солнца, окрашивая кровавыми красками наступивший день.       И отныне, никто из них не найдёт покой.