se'lamore

Был обычный вторник. Такой же обычный как и всё вокруг. Я покидала университетскую мастерскую последней. Как всегда. Я уже направлялась в сторону выхода, как вдруг услышала мелодию, которая заставила меня замереть на месте. Мне снова будто стукнуло 17 лет и я как завороженная побрела на звуки фортепиано. Оказалось, здесь еще шла лекция, я прошмыгнула в аудиторию и села на заднюю парту. Студенты как и я с наслаждением слушали произведение исходящее из под рук их преподавателя. Я в этот момент открыла давно запертый на сто замков ящичек моей памяти, понимая, что позже скорее всего буду умирать от душевной боли. Ну и пусть. Сейчас я перенеслась на пять лет назад, в дом моей итальянской бабушки, а рядом сидел тот, чьё имя нельзя называть и играл для меня… Но тут мелодия оборвалась, а с ней и всё моё счастье, вся моя жизнь. «Итак, это был Вальс ля мажор «Прощание» Шопен» Сказал преподаватель, на которого я только что обратила внимание. «Кто ответит мне, кому посвятил Фредерик данное произведение?», обратился он к аудитории, на вид ему было не более тридцати. Дальше я не слушала, просто сидела и наблюдала, как он болтает со студентами, после чего играет, а потом снова болтает, отбрасывая свои кудри, которые то и дело падали ему на лоб. Этого мне только не хватало, пора домой. Преподаватель как раз собирался прощаться со студентами, я покинула аудиторию так же тихо, как вошла в нее, надеясь, что меня никто не заметил, но как оказалось, зря. -Mademoiselle! Постойте. Я замерла посреди полутемного коридора. -Bonsoir. Я не напугал вас? -Bonsoir. Нет, что вы, не беспокойтесь, просто я спешу. Я стояла сжимая в руках сумочку и не осмеливалась смотреть ему в глаза, он был высок. -Извините, не хотел задерживать, просто никогда раньше не замечал вас на моих занятиях. -Да, вы правы, я не ваша студентка, учусь на изобразительном. -Что ж, очень польщен, что смог привлечь ваше внимание. Он улыбнулся.- Могу ли я надеяться увидеть вас снова? Готова поклясться после этих слов мое сердце пропустило удар, а после забилось с такой скоростью, словно я пробежала десятикилометровый благотворительный марафон. -Конечно, с удовольствием. «Не дай мне уйти», тут же пронеслось у меня в голове. Что за черт? -Элио. Он протянул руку. -Адриана. Я нерешительно её пожала, стараясь не выдать свое волнение. -Вы итальянка? -Моя мама итальянка. Вы бывали в Италии? Мне вдруг стало интересно, бывал ли он там же где и я? Видел ли те же пейзажи? Пил ли такой же ликер в небольших прибрежных кафешках? -О, да, там я провел бо́льшую и точно самую значимую часть моей жизни. Может, если вы не возражаете, я провожу вас туда, куда вы так спешили? -Знаете, на самом деле, я никуда не спешу. Я покраснела, но мне хотелось быть с ним честной. -Тогда, буду рад составить вам компанию. Он улыбнулся. Как насчет ужина? -Я всеми руками за. Только сейчас до меня дошло, что я с утра ничего не ела. Мы вышли под руку из университета и направились ужинать. Как оказалось, ему было 29, он был молодым профессором и преподавал в Париже уже 3 года. Слушая его, мне казалось, что я с кем-то впервые говорю по-настоящему за последние несколько лет, меня действительно интересовало сколько часов в неделю он преподает историю музыкальных жанров и что по его мнению вишневый чизкейк в университетской столовой один из лучших, что ему когда-либо приходилось пробовать. -Ну, вот мы и пришли, надеюсь это не слишком старпёрское заведение для тебя? Спросил он. -Если ты считаешь «старпёрским» всё, что открывается раньше девяти вечера, то да, это довольно по старпёрски. Он хихикнул и снова поправил волосы, кажется я схожу с ума. Официант принес нам меню. -Ты не против белого сухого? -Нет, будет в самый раз. -Я прихожу сюда каждый вечер после занятий, пропускаю пару бокалов одного и того же вина и заказываю на ужин одну и ту же еду. Он выжидающе посмотрел на меня. -Ты даже в меню не посмотришь? -Нет, я закажу то же, что и всегда. А что будешь ты? -Закажи мне то же, что и себе. Он как-то печально, так мне показалось, улыбнулся и кивнул. Пока мы ужинали, я заметила, что официанты то и дело поглядывают на наш столик. -Я никогда не приходил сюда с компанией, они удивлены. Как бы извиняясь сказал Элио. -Я удостоилась великой чести? Интересно, он понял, что я пытаюсь флиртовать? -Если кто-то из нас и удостоился какой-либо чести, так это я. Он сказал это слишком серьезным для флирта тоном, что я растерялась. -Почему? Он отпил вина и облизнул губы. Боже, поцелуй меня. Тут он поймал мой взгляд и улыбнулся. Надеюсь, я не выгляжу слишком глупо. -Потому что я сижу в прекрасном баре, с прекрасной девушкой, пью прекрасное вино и чувствую себя… -Прекрасно? Перебила я его. Он усмехнулся над своей тавтологией и кивнул. Мы закончили ужин. Выпили еще пару бокалов и решили, что нам пора. Мне ужасно не хотелось возвращаться домой, «Пожалуйста, давай пойдем в следующий бар и будем пить вино или кофе, пока не появится солнце?» но сказать ему это я, конечно же, не могла. -Я живу недалеко отсюда, идти минут 15, так что я пройдусь. Я улыбнулась ему отходя в сторону дома. -Я провожу. Он как-то машинально ступил вслед за мной и потом замер, вдруг вспомнив что-то. -Если ты не против, конечно. Снова эта грустная улыбка. Мне захотелось погладить его по щеке, провести рукой по его волосам, утешить. -Конечно же я не против. -Скажи, всё-таки что тебя так заинтересовало, что ты решила присоединиться к занятию? Любишь музыку? -Ну, я слушаю музыку, но предпочитаю ей тишину. -Теперь я окончательно запутался. -Просто то произведение, что ты играл, мне очень знакомо. -У тебя хороший вкус. Он взял меня за руку, это был такой легкий и обыденный жест, словно он делает это уже в сотый раз. -Не совсем у меня, у того, кто играл мне его. Только ничего больше у меня не спрашивай, прошу, это выше моих сил, даже слушать это произведение. Но я рада, что теперь ты идешь рядом. Меня поразило это внезапное откровение, дура, идешь с малознакомым мужчиной и говоришь ему то, что даже с близкими обсудить не можешь. -У всех нас есть то, что доставляет боль. -И у тебя? -Да, и в этом нет ничего необычного. Напротив, я удивлен, что у тебя есть то, что причиняет боль одним воспоминанием. Ты так молода. Это только внешняя видимость, дорогой, подумала я, в душе мне давно перевалило за семьдесят. -Возраст всего лишь цифра. Да и ты не намного старше меня. -С тобой я чувствую, будто мне снова двадцать. Мы подошли к моему дому, зашли в подъезд, я вызвала лифт. -Поднимешься? Небрежно спросила я, чтобы так же небрежно пожать плечами, когда я услышу отказ. Он поднял моё лицо за подбородок так, чтобы я смотрела ему в глаза. -Боюсь, если я сейчас поднимусь, мы можем поспешить и всё испортить, а я очень этого не хочу. Я кивнула. -Какие у тебя планы на завтрашний вечер? -Никаких. У меня никогда нет никаких планов. Он усмехнулся, подумав, что я шучу, но это была чистая правда. -Тогда я приглашаю тебя на вечер чтений в книжном N., ну если это не слишком по старпёрски для тебя. Мы засмеялись. Элио наклонился и чмокнул меня в щёку. Мне так хотелось большего, хотелось ощущать его губы на моих, вдыхать его запах, зарыться волосами в его волосы… он словно услышал мою мольбу и прижал к себе, столько отчаяния было в этих объятиях, будто утопающий цепляется за спасательный круг. Мы стояли так некоторое время, что мне стало казаться, что мы всегда здесь были. Не было никого и ничего другого, не было моей квартирки на пятом этаже, не было университета и моих картин, не было Парижа, не было Франции. Были только я и Элио. Мы разорвали объятия просто потому, что нам пришлось, а не потому, что кто-либо из нас хотел этого. Элио пожелал мне спокойной ночи и вышел на улицу. Мне с трудом удалось себя заставить остаться на месте. Той ночью я плохо спала.