В гору, братья

Шестеро людей медленно поднимались в гору. Подъём начался более двух суток назад, но несмотря на это раздоров в команде не было. В походочном лагере они провели трое суток, подготавливаясь к изменению давления, так что вполне были уверены в своих силах. Первым в цепочке идёт Лютер, как самый подготовленный физически, далее Диего, Эллисон, Ваня, Пятый, замыкает же колонну Клаус. Солнце только встаёт из-за гор, озаряя всё вокруг тёплым сетом. Ветер не сильный, так что ничего сложного нет. Подъём не самый сложный, поэтому два пика должны быть преодолены за неделю. - Осталось около часа до выхода на гребень. Погода хорошая, самочувствие у всех хорошее, - отрапортовал Лютер, достав радиопередатчик. - Зачем мы вообще сюда пошли? – подал голос Клаус. Ответа не последовало. Все прекрасно знали причину, так как обговаривали её на земле, сидя в тёплой гостиной. В детстве отец заставлял их подниматься на горы, так что это ребята умели. Подобные поездки воспринимались как очень экстремальный отдых. Отец постоянно повторял о том, что никогда не узнаешь, что понадобится в бою, но кто бы догадался, что именно навыки альпинизма станут решающими в одной из схваток. Именно на этой горе Бен сломал ногу. Казалось бы, обычное дело, но из-за этого парень в последствии погиб. Нога предательски напоминала о давнем переломе во время боя, от чего он просто не смог убежать, пропустив атаку. После этого случая горы стали ужасом всей семьи. Одна маленькая ошибка может столь печально отозваться в будущем. Медленно, но верно, ребята поднимаются вверх. Отвыкшие от нагрузок Ваня, Клаус и Эллисон страдают больше всего. Усталость, жажда и недостаток кислорода делают своё дело, влияя на настроение. – Привал, – объявил Лютер. Сил не хватает, так что нужно подкрепиться. Из сумки Пятого появилась небольшая плитка и банки с едой. Груз поровну распределён между всеми, так что нет ничего удивительного, что еда оказалась у Пятого. В перчатках не особо удобно что-либо делать, но без них уже через пять минут руки будут отмороженными. Трапеза проходила молча, впрочем, как всегда. Если кто-то начнёт говорить, то, скорее всего, уже через пять минут начнётся ссора. К тому же, когда ты устал, то не очень-то и хочется лишний раз открывать рот. Гора вызывала у всех смешанные чувства: с одной стороны – забытый азарт, а с другой – страх и обида. Тишину прервал смех Клауса. – Духи, – произнёс Четвёртый под недоумевающими взглядами, – они просят нас спуститься. – Что-то ещё? – выдохнул Пятый. Разговору о мёртвых не вызывали у него ничего, кроме раздражения. – Ну, ещё они травят байки. Очень обаятельные девушки, хочу вам сказать. – Так скажи им, что мы рады за заботу, но не отступим, – буркнул Пятый. Все понимали, что сложнее всего приходится именно Второму и Четвёртому. Четвёртому, так как он всё это время пробыл с Беном, а Второму из-за того, что именно он в тот день не удержал брата. Все эти годы Диего винил себя в произошедшем, верёвка выскользнула из рук, и если бы не Лютер, то Бен расстался бы с жизнью на склоне. – Готовы? – Лютер везде первый, так что не удивительно, что вновь взял роль лидера. Самая сложная точка маршрута – иксообразный переход. Два хребта соединены между собой так, что получается дуга, напоминающая верхнюю часть буквы X. День за днём ребята преодолевали вершину и свои страхи. Конечно, не обошлось и без казусов. Чувство обиды в Клаусе с каждым днём росло и росло. Духи упорно настаивали на спуске, но каждое его слово обрывал Пятый: «Мы уже почти на пол пути», «Прекрати свой несвязный поток идиотских предложений», «Никому не нужны твои высеры, Клаус». В какой-то момент это так его достало, что, пока Пятый спал, небольшие ботинки незаметно оказались на улице. – Кто из вас, долбоносиков тупорылых, выставил мою обувь? – в голосе Пятого читалась явная агрессия. Ботики замёрзли, а шнурки застыли в одном положении. Одежда всегда остаётся в палатках, ведь ночью температура падает. Подобная подлянка оказалась некстати всем. Проблему нужно решать на месте. Если ботинки поставить к огню, то лёд растает и они промокнут, а если ничего не делать, то ноги просто замёрзнут. Каждый килограмм – лишняя нагрузка, так что сменной обуви ни у кого не было. – Обмотай ноги во что-нибудь, теплее будет, – заметил Диего. К прискорбию, иных вариантов не было. С этого момента поход начал напоминать отвесной обрыв. Опасный и непредсказуемый, пропитанный страхом и запахом приближающейся смерти. На пятый день погода ухудшилась. – Видимость не более двадцати-тридцати метров. Нами принято решение остановиться. Палатки установлены, ждём указаний, – голос Лютера звучал встревоженно. – Подождите, пока ветер не стихнет. По радио объяснять не удобно, но переход идёт змейкой, так что при плохой видимости, лучше не продолжать путь, – радио искажает слова, но в целом всё предельно ясно. Мужчина по ту сторону не волнуется, всё же, команда вполне опытна. На шестерых у них было две палатки. В одной из них сейчас и сидят Первый, Второй и Пятый. – И что будем дальше делать, умник? – спросил Диего, заглядывая в карие глаза. – Ждать, не слышал что ли распоряжений? Делать больше нечего. Ситуация удручающая. Небольшая горелка не могла полностью согреть палатку. – А у тебе есть какие-то идеи? – спросил Пятый, глядя на Второго. – Нет. Но я же вас отговаривал. – Я же, я же, – повторил мальчик. – Это ради нас всех, а в частности ради тебя, и если ты, – речь прервал приступ сухого кашля. – Ты как? – поинтересовался Первый. – В норме, – бросил он. – А я так не думаю, – вмешался Диего. – Ты тряпки менял? Видимо нет, – догадался он по взгляду брата. – Они же промокли, вот ты и заболел, умник. Мокрые ноги совершенно вылетели из головы. Мысли были заняты расчётом времени пути и маршрутами, так что не удивительно, что данный факт забылся в суете подъёма. Пятый хотел возразить, но вновь закашлялся. Кашель – привычное дело на высоте, так что никто не обратил на это внимания, пока не стало поздно. – Одному из участников стало плохо, – достал радио Лютер. – Возможное обморожение ног и кашель. Мы будем продолжать ждать лучшей видимости. – Ждите, примите лекарства и отогрейте ноги, – последовал короткий ответ. Тем временем Диего стащил с ног брата обувь. Пальцы посинели, а местами даже почернели, появились волдыри, ногти же начали слезать. Картина не из приятных. Ноги в этот же момент поднесли к огню и начали растирать. – У нас проблема, – ворвался в палатку Клаус. Голос его дрожал, а глаза и руки тряслись. – Ваню тошнит, она думала это горная болезнь, но это происходит уже сутки. В этот же момент Лютер вышел из палатки. – Сможешь идти? – спросил Диего брата. – А куда денусь, - говорить не особо хотелось. – Как ты не заметил это? – задал логичный вопрос парень. – Это же, наверное, очень больно. – Я сорок пять лет прожил в апокалипсисе, я свыкся с болью. Да и затянул я ногу туго, так что было логично, что она заболит. Руки не касались мест, изменивших цвет, так как это вызывало невероятную боль. Но всё-таки нужно было разогнать кровь. Из рюкзака появилась аптечка. – Потерпи, – зачем-то сказал Диего, перед тем, как наложить мазь. Лечение нужно оказывать внизу, но начать нужно сейчас, так как, если обморожение перейдёт в четвёртую фазу, может начаться гангрена. Дверь палатки вновь расстегнулась. Лютер вернулся, сразу подойдя к передатчику. – Мы не знаем как распределить медикаменты, – сообщил он, поднеся рацию ближе к лицу. – Ваню тошнит, скорее всего, проблема серьёзная. Погода ухудшается. – Групп по близости нет. Сообщите о происходящем через три часа, возможно, погода успокоится, – волнение передалось оператору, но выхода не было. На походе настаивал именно Лютер. Панические атаки братьев знатно надоедали, а других вариантов, корме как посмотреть страху в лицо, у него не было. Бена не вернуть, но можно хотя бы закончить прерванный подъём. Ветер завывал, словно пытаясь что-то рассказать горе-путникам. Он умолял их вновь повернуть назад, но никто его не понимал. Кислородное голодание напоминало о себе ужасным состоянием. – Нужно распределить лекарства, – заявляет Лютер. – Но обезболивающих немного. – Отдай Ване, если всё настолько плохо, – отвечает Пятый, стараясь сохранять спокойствие. Ногу жгло, а под кожей ужасно зудело. Перемещения Лютера казались пыткой. Его большой объём не позволял нормально перемещаться с ним в одном помещении, а двигать ногу, когда ты сосредоточен на боли, ужасно неприятно. Атмосфера во второй палатке разительно отличалась. Лампа словно грела сильней, и вместо кратких ответов были настоящие разговоры. Всё бы было идеально, если бы не периодически выходящая на мороз Ваня. К тошноте добавилась повышенная температура и слабость. – Ничего страшного, Лютер принесёт лекарства – Улучшений не наблюдается. Мы готовы собраться за десять-пятнадцать минут, – передаёт Первый. Не проходит и получаса, как от него поступает следящее сообщение. – Мы решили продолжить путь. Уклон горы доходил шестидесяти градусов, от чего дело было не простым. Можно было бы рискнуть и начать спуск, но не малы шансы потерять всю команду, так что измученнее они продолжали идти почти что на ощупь. К Ване приставали Эллисон. Диего же следил за Пятым, теперь именно они замыкали колонну. Снег залепливал защитные очки, а ветер сбивал с ног. Они подходили ко второй вершине. Ужасно рискованное занятие, но спуск оттуда куда более пологий. Опираясь на ледоруб Пятый молился, чтобы это быстрее закончилось. Определённо он знал, что это не поможет, но так мысли хотя бы не зацикливались на ногах. – Мы добрались до второго пика, – сообщил Лютер. – Все на месте, состояние ухудшается. Начинаем спуск. Времени на перерывы не было. Да и воздух здесь совсем разряжен, чтобы делать остановку. Спускаться гораздо быстрее, но в такую погоду, когда всё играет против тебя невероятно тяжело. Рюкзак Клауса слетает с плеч. Парень чуть не падает, но Диего, успевает ухватиться за скалу, так что вся колона повисла. Пятый падает на него, перевешивая. Страховка держит их вместе. Путь продолжается. За следящие пять часов они лишаются ещё одного рюкзака при похожих обстоятельствах. Следующий проблемой стал разлом, лестниц оставалось две. Лёгкие, металлические лестницы висели у Вани. Но перебираться по ним в такой ураган было слишком рискованно. – Мы не пойдём дальше, – заявил Первый. – Тогда мы отстанем от графика, – заявил Пятый. – Но мы можем провалиться, – вмешалась Эллисон. – Мы не успеем, ураган усиливается, нам нужно спуститься как можно ниже, – подключается Диего. Ветер перебивает их, приходиться кричать. – Кто знает какой ураган будет дальше, нужно идти пока ветер не сменил направление. Сейчас нам выгоднее всего ползти, ведь если он измениться – нас сдует, - добавил Пятый. - До ругой стороны около трёх метров. Мы не знаем, что нам делать, мнения расходиться, но ветер усиливается, - вновь обратился к диспетчеру Лютер. - Как состояние больных? – отвечает радио. Ваня облокачивается на сестру. Силы на исходе, но хотя бы рюкзак забрал, потерявший свой Клаус. Если бы не очки и шарф, можно было бы увидеть как побледнела её кожа, и насколько разрослись мешки под глазами. Пятый же старался отдалиться от приставленного к нему помощника. «Я вам не ребенок», - повторял он, пытаясь справиться в одиночку. Ступни словно протыкали раскалёнными иглами. - Стабильно плохое, - отвалил номер Один. – Идти могу, но нужна поддержка. - Продолжайте путь. Рискованно, но раз ветер усиливается вариантов нет, никто не знает, когда он стихнет, а на вашей высоте лагерь опасен. Ребята переглянулись. Выбора не было. - Что делать с больными, - продолжил Лютер. - Пусть идут последними с сопровождающими, если что тяните, - завывания ветра, практически глушили звуки из динамика. - Понятно, начинаем. Лютер решил отправиться первым. Так он если что подтянет Клауса, в противном случае тот просто застрянет по середине пути. Лестница скрипела и прогибалась. Метал легкий, от чего не особо прочный. Плохо с учётом веса Лютера и шквальных порывов. Один раз лестница даже опустилась сантиметров на двадцать. Снег просел под неожиданной нагрузкой. Шох! Шох! Радостно приминался снег под ногами когда парень оказался по ту сторону обрыва. Далее последовала очередь Клауса. Тут было проще. Ловкости ему не занимать, так что тонкие пальцы крепко вцеплялись в метал. Шох! Вот и он уже ждал остальных. Эллисон лезла впереди, Ваня следом. Расстояние верёвки между больным и сопровождающим гораздо меньше, чем в обычном случае. Поэтому было проще контролировать второго человека. Переправа шла штатно, пока Ваня не остановилась. Верёвка натянулась, чувство угрозы нарастало. - Живот скрутило, - выдавила из себя Ваня. Девушки тряслись, не понятно от страха или холода, но от этого лестница начала ходить ходуном. Три минуты чистого страха смешенного с ужасам и Ваня смогла двигаться. Каждый скрип заставлял сердце пропустить удар. Но не смотря на это девушки смогли преодолеть путь. Как только ноги оказались на твёрдой поверхности Эллисон легла в снег, ноги отказывались работать от перенапряжения. Пятый с Диего выбрали другую Позицию. Так как проблема Пятого в ногах, то он бы не смог отталкиваться и все эти чёртовы три метра тянулся бы на руках. Глупо если даже прибавить помощь Диего. Залезать на спину Второму слишком опасно. В итоге мальчик схватился за рюкзак брата руками, он был словно хвост огромной ящерицы. Так нагрузка на Диего меньше. Первый метр прошёл не плохо, пришлось привыкать к новому центру тяжести, но в целом можно продолжать. На втором же лестница странно захрустела. - Это не к добру, - прокомментировал ситуацию Клаус. Сразу после метал согнулся. Лестница упала вместе с Пятым и Диего. Верёвка потянула вслед остальных, но не успели они опомниться, как карабин Вани, подобно лестнице, сломался. Повисла гробовая тишина. Не замолкала только вьюга. - Мы переправились, но в последний момент Диего и Пятый упали, - отрапортовал Лютер. Кажется на той стороне наконец осознали насколько же ситуация плоха. - Ниже будет проход этого пролома, провеете когда спуститесь, пока продолжайте путь. - Понял, - это уже не был «Есть» что звучало в самом начале. Печаль, удивление, страх – всё это смешалось и водном слове. - Они живы, - произнёс Клаус. - Ну если это говоришь ты то всё так и есть, - с чем-то на подобии иронии произнесла Эллисон. - Почему ты так думаешь? - спросил Лютер. - Не знаю, но я уверен, что они живы, - глаза парня скрывала маска, но на них выступили слёзы. - Они были за эту идею, за неё же и поплатились. Продолжаем путь, - постарался с наибольшим равнодушием произнести Лютер, но это было не просто. Конечно Пятый его раздражал, а Диего так откровенно выбеливал, но они всё равно его братья. Вновь из говорящих остался только ветер, неустанно читающий свою мантру.

***

Спуск далее оказался относительно прост. Тела привыкли к холоду, однако мороз ворвался в душу. Не отпуская даже, когда они вышли из метели. На крики у начало трещины никто не откликнулся. Сил на исследование просто не оставалось. - Мы не можем их бросить, - повторяла Эллисон. Но никто её не слушал. Идти на поиски Пятового с Диего – значило убить себя. Кто знает, живы они или разбились, что немало вероятно. Опираться на одни бредни Клауса – слишком глупо. Непонимание и гнев всё группе больше нарастал. Обида сочилась с каждым предложением. Ваня теперь покоилась у лютела на спине, обхватив брата руками и ногами. Рюкзак же в противовес висел спереди. - Речка! – закричал Клаус. В дали и правда бежал ручей. Не замёрзшая вода стала чем-то новым за долгий срок. Уже можно было снять куртки и маски с очками. Как же всё же хорошо дышать горным воздухом, если бы не потеря братьев, всё бы было вообще отлично. Потеря рюкзаков правила к крайне неприятным последствиям. Одна горелка, да маленьких фильтра для воды, три спальных мешка, одна палатка, одна пачка обезболивающего, пять консервов, литр воды, двадцать метров верёвки – вот всё то, что ребята смогли сохранить. Не много, даже очень мало. Ладно вода, её можно найти на такой высоте. С едой тоже не особо страшно. Человек может пережить много времени без неё, даже если учитывать нагрузку. Но вот потеря лекарств трагедия куда страшнее. Сложно представить как там Пятый с Диего если они ещё живы, так как набор у них явно не лучше. На ногах появлялись мозоли от слишком долгой ходьбы. Ребята спешили вниз, отдохнуть и сообщить точно, где искать братьев. Надежда на то что они ещё живы, теплилась внутри слабым огоньком.

***

Новая беда сообщила о себе заливистым смехом Эллисон. - Ещё одна, - безрадостно прокомментировал Клаус. Количество снега постепенно уменьшалось. Вскоре группа должна была выйти к отметке выше нуля градусов. - Как ты? – взволнованно произвел Лютер. Группа остановилась. Ответить Эллиисон не могла, ровно как не могла остановить смех. - Высокогорное безумие, - предположила Ваня. - Замечательно, - печально выдохнул Лютер. – Что дальше? Печальная болезнь начала проявлять себя давно. К сочленению на странные вопросы никто не обратил внимание. Долго оставаться на одном месте было нельзя. Нужно продолжать путь. Лютер шёл первым, дабы прокладывать путь. Клаус всё так же замыкал небольшую цепочку, всё же нужен был кто-то что в случае неожиданности постарается поймать улетевший предмет или что-то ещё. Не понятно Элиисон следила за Ваней или наоборот. Главное что девушки могли идти. В группе царила гнетущая атмосфера. Главная их цель – выжить. Однако обстоятельства давили, прожимая к гористой породе.

***

Как же ребята ликовали, добравшись до лагеря. Цивилизация встречала их тёплой едой и кровом. Просто лежать было невероятно приятно, а под тёплым, тяжёлым одеялом, что словно обнимает тебя, вдвойне. Всех четверых сразу забрали в больницу. Лёгкое и среднее обморожение конечностей, инфекция желудка, лёгкое голодание и истощение. Гора и в этот раз издевалась над ними. Диего и Пятый объявились больше чем через неделю. Всё это время Лютер, выписавшись из больницы первым, помогал волонтёрам и спасателям. Стыд за безразличие съедал его изнутрии. Куда более сильно искалеченные ребята выживали, греясь в одном спальном мешке. Удивительно как они друг друга не сгрызли. А что ещё более невероятно кажется даже наладили отношения. Встретилась семья в полном составе как раз в госпитале. Кровать Диего окружили со всех сторон, Пятый сидел на ней. Ноги его были перебинтованы. Рядом стояли две пары костылей. - Это было ужасно, - произнёс Клаус. – Извиняюсь если слишком грубо, но даже употреблять синтетические дешевые наркотики, не заплатив за них, да ещё и в присутствии полицейских, куда безопаснее. - Согласна, - сказала Ваня. Ей уже явно стало лучше. По крайней мере она перестала напоминать лист бумаги. - Я ведь сразу говорил, - продолжил парень. - А ещё ты говорил, что тебе идут платья, - перебил его Пятый. - Это правда! – возмутился Клаус. - Ага, - вновь согласилась Ваня. В семье снова наступил хрупкий порядок.