Важный день

Девушка стояла у зеркала, залюбовавшись своим отражением. На ней было лёгкое шёлковое платье нежно-розового оттенка. Оно переливалось на её теле, играло с изгибами, дразнило, будто завлекая в свой плен. — Какое красивое… Вики покрутилась и подмигнула самой себе. — Тебе нравится? Мужчина лежал на постели, распластав красные крылья, его взгляд блуждал по девушке и говорил: я не вижу это платье, я вижу тебя. Ещё секунда - и она будет в его объятиях. — Люцифер? — Ты прекрасна. — Я спросила про платье, — девушка рассмеялась, демонстративно надув губы. Но демон видел — ей понравился ответ. Она играет с ним, а он всегда проигрывает. И сейчас проиграл. Люцифер крепко прижал её к себе. Вдохнул запах волос, провёл пальцами по руке, при этом нежно отстукивая ими, будто играя мелодию на её коже. Он чувствовал мурашки по всему телу. И это так ему нравилось. Чертовски нравилось. Девушка утонула в его руках, прильнув ближе к его груди. Он ощущал, какая она маленькая, хрупкая рядом с ним. Ему пришло осознание: он ничего не боится. Лишь сломать её, дотронуться слишком сильно, увидеть, как она рассыплется под его руками. Разобьётся о его любовь, а он не знает, как собрать её вновь. И остатки былой нежности будут осколками лежать на его ладонях. Люцифер, хватит нести чушь! — голос Сатаны звучал в его голове, громом отбивая воспоминания. — Мне плевать, что ты вычитал в своих книгах! Быть может, преподать тебе урок? Удар. — Если я ещё раз услышу от тебя нытьё, то буду лично тебя учить. Ты меня понял? Маленький Люцифер нахмурился и сжал кулачки. — Я не виноват! Это на уроке в школе об этом заговорили! — Не перечь мне! Ты должен расти мужчиной, а не тряпкой! — Я. Не. Виноват. — отчеканил он, готовый стойко выдержать следующий удар, — на уроке мы читали книгу, и Мисселина спросила: «Что вы знаете о любви?» А потом сказала: «Любовь спасает и нас, и людей.» Сатана на удивление смягчился. Бросив на сына взгляд, в котором что-то было, но Люцифер не понял что. — Любовь делает тебя слабым, жалким. Влюбленным не завоевать миры. Запомни это. Никогда не завоевать. Счастья не существует. Оно эфемерное, временное. В наших реалиях это лишь миг, и он не стоит вечности властвования, трепета, уважения. Сатана первый и последний раз говорил это Люциферу. Он всё запомнил. Но книгу, что они читали на уроке про неизвестную ему любовь, он так и хранил, тайно пряча её в комнате. Пока не вырос. Пока не перестал нуждаться в любви. Ты ошибался, отец. Ты ошибался. Мужчина прильнул к губам Вики, в полной мере ощутив их вкус: мята, первый выпавший снег, нотки воздушных облаков и лёгкий привкус клубники. Будто для него. Она создана для него. — Тебе не страшно? Она положила ладонь на его грудь. Такой обыденный для неё жест. И такой наполненный нежностью и теплом миг для него. Её касания делали из демона кого-то другого. Кого-то, кто был ему не знаком. Совладать с такими незнакомыми чувствами и ощущениями было сложно. Порой ему было стыдно за своё счастье. Он — демон. А любовь — придуманная история для книг и сказаний. Тогда почему он готов умереть за неё? Видимо вечности не хватит, чтобы найти ответ на этот вопрос. — Мне не страшно. И ты не должна бояться, Вики. Он обнял девушку за талию и наклонился к её шее, сдерживая порыв укусить за мочку уха. Не сдержался. — Ай, больно! Девушка рассмеялась и чмокнула его в щеку. Сердце сделало лишний кульбит. — Нам уже пора, да? — Да. Сегодня важный день. На совете собрались Серафимы, восседая за своими престолами. Их золотые крылья кричали о значимости, величии. Битва закончилась, но ничего не поменялось, кроме одного. Больше они не совершат ошибку. Оступиться — значит потерять часть власти. А власть — это всё, что у них есть. — Люцифер, Вики. Вы готовы? Вики улыбалась и держала за руку Люцифера. Если бы они знали, как она счастлива в эту минуту, то не бросали бы на неё такие жалостливые взгляды. Люцифер же лишь усмехнулся. Они восседали на троне и всем видом говорили о своей значимости. Но сейчас он ощущал себя выше самого создателя и, ответив им, убедился в этом чувстве. — Да. — Жаль, что ты не передумал. — Огласите приговор.

Все дети Мальбонте будут изгнаны. Шепфа не доверяет им. И, дабы избежать повторения истории, совет вынужден принять эти меры. Лишь одно важно: безопасность и равновесие. Вики, Шепфа милостив, поэтому ты не будешь казнена. В наказание за родство с Мальбонте, связь с ним и ему подобным, участие в ритуале по его освобождению, лояльный взгляд на его существование и деяния, тебе вырвут крылья и сошлют на землю. Люцифер, ты сам избрал этот путь.

— Самая скучная речь, что я слышал в своей жизни. — Как ты смеешь? — Передайте Шепфа, что он осёл. — Уведите их! Пара переглянулась. Вики старалась сдержать смешок, а Люцифер и не пытался. Видеть раскрасневшееся от злости лицо Серафима было чересчур забавно. — Если нам вырвут крылья сейчас, — шептала Вики на ухо мужчине по пути к ангелу, что вырвет им крылья, — то мы успеем заглянуть в одно кафе до его закрытия. Я так скучала по бургерам. Ты просто обязан их попробовать. — А кофе там подают? Обожаю кофе. Я тебе не говорил?