Часть 1
10 февраля 2021 г., 06:27
Взглянуть на Ойкаву без слёз не представлялось возможным.
Лисий взгляд давно потух, веки не распахивались в искреннем удивлении и яром, детском восторге уже несколько лет.
Когда-то нежно-розовые, мягкие, притягивающие взгляд губы перестали увлажняться гигиенической помадкой со сладким вкусом и запахом. Приятный аромат персика будто выветрился, оставляя после себя хмурое, серое подобие губ, которое было настолько сухим, что малейшего натяжения хватало для того, чтобы пошла кровь из новой ранки.
Ойкава потерял в весе. Кожа до жалости во взглядах окружающих обтягивала его кости. Тонкие запястья хотелось обхватывать ладонями, целовать, тереть о собственные щёки, размазывая по ним ледяные слёзы. На выпирающие рёбра и ключицы, за которые так и цеплялся взгляд в раздевалке, смотрели все. А до безобразия тёмные мешки под глазами пугали прохожих.
Из еды в рационе не осталось даже крошки, лишь невкусный, горький кофе, купленный по акции, каждое утро и по ночам.
Тоору ходил по городу тусклой тенью. Скорее существовал, чем жил.
Не так отчаянно, но просил судьбу. Тело вместе с сердцем скучало по любви. Страдания выжгли след — вечное напоминание в душе, которое не скрыть даже от других. Просил хотя бы взгляда зелёных глаз.
Он не надеялся на чудо. Всё прекрасно понимал. Но продолжал с надеждой смотреть в любимые глаза и протягивать руку. Не важно где и как, с какой целью, и что этим говоря. Просто хотел хоть капельки тепла.
И получил в протянутую руку камень. Холодный, серый камень, разбивший и без того хрупкое сердце Ойкавы на части. Натерпевшийся и до пика раздражённый Ивайзуми обкидал Тоору камнями. В один такой же не прекрасный день в кафе, где работал Ойкава, посетители обернулись на гневное: «Отвали! Как же ты меня достал…» и «Ты настолько жалкий, что плакать хочется» адресованное Тоору.
Нет, Ойкава не просил. Хрипло, давясь слезами, молил о любви, уткнувшись в подушку. Срывал голос в горечи чувств, а после жил с тоской и лишь с надеждой смотрел в зелёные глаз.
