The Boomerang of Hatred.

      Кэтрин сидела за своим рабочим столом и уже два дня монотонно заполняла различные отчеты, чтобы как-то отвлечься от того, что Джоанна до сих пор не пришла в сознание. И даже с учетом того, что Кэт приходила к своей девушке каждый день и ночевала в ее палате, только у нее все равно наливались слезы, видя Джо такой беззащитной и сломанной, а самое главное Уокер очень хотела снова услышать ее голос с легкой хрипотцой, который присущ ей. Она очень скучала.       Уокер заполнив очередной отчет, отложила его в одну из огромных стопок документов, которая стояла на столе Дуглас, ведь места на столе Кэтрин не было. Посмотрев на все проделанную работу, громко выдохнула и уронила голову на руки, прикрывая глаза, чтобы немного подремать, все равно ей ни кто ничего не скажет. Хотя кто-то все равно решил потревожить детектива, аккуратным стуком об стол.       Девушка, даже не отрывая головы от рук, подняла красные глаза на гостя. Перед Кэтрин стоял Адам Харт, который выглядел так же плохо, как и его подопечная. Даже, кажется, у него прибавилось еще морщины на лице и седых волос. Капитан с такой грустью и понимаем, смотрел в глаза Кэт, он даже поддерживал стремление Уокер о заваливание себя работай. — Добрый вечер, сэр, — поздоровалась рыжеволосая, попытавшись натянуть улыбку. — Здравствуй, Кэтрин, — усталым голосом поздоровался в ответ мужчина. — Ты сегодня поедешь к Джо? — Да, сэр, — ответила Кэт, выпрямляясь и потирая глаза. — Вы хотели бы поехать со мной? — Нет, — произнес Адам, убирая одну руку в карман, доставая из него свернутую бумажку и какие-то ключи. — Эмили написала небольшой список вещей, которые нужно привезти в больницу. Вот ключи.       Капитан Харт положил перед детективом ключи и список, по которому Кэтрин сразу пробежалась глазами, где кроме перечисленных вещей был написан адрес Джоанны. Сложив листок и убрав во внутренний карман пиджака, куда тоже были убрана связка ключей. Затем по непонятным причинам загорелся экран телефона Кэт, где на заставке стояла фотография Дуглас, нежно целующая Уокер в щеку, от чего вторая счастливо улыбалась. И это фотография заставила, мистера Харта стиснув зубы, развернуться и бросить через плечо: — Кэтрин, ты свободна на сегодня.       Девушка проводила взглядом капитана, который понурив голову и сложив руки за спиной, шел в сторону своего кабинета. Как только мужчина скрылся за дверью, Кэт сразу встала и начала собирать вещи. Накинуть пальто на плечи, завязать ярко-красный шарф на шеи и, конечно, стащить папку с делом Гарольда Джонсона. Быстро выйдя из участка, заранее пряча папку под пальто, чтобы ни кто не заметил и не начал расспрашивать, Уокер двинулась на парковку, где стояла старая машина Джо.       Отворив ключом дверь машины, потому что сигнализация сломалась, как раз когда у детективов появилась новый автомобиль, поэтому ни кто не собирался ее чинить. Закинув на переднее пассажирское сиденье папку с делом, Кэтрин сама уселась за руль. Девушка за все время использование транспорта даже не стала убирать вещи, которые напоминают ей о Джоанне. Будто она сейчас откроет водительскую дверь, сгонит Кэт на пассажирское место, ведь только она может управлять этой машиной, хотя рыжеволосая периодически водила «Ford», затем взяв пачку сигарет, лежащую на приборной панели, закурит и наполнит салон едким запахом табака.       Кэтрин стиснув зубы, чтобы снова не расплакаться второй раз за день, поэтому она пыталась абстрагироваться от всех проблем, вспоминая счастливые моменты из детства. Например, первая шляпа, которая на самом деле была украдена у отца и, который, ругаясь, бегал за маленькой Кэт. С этими мыслями детектив завела машину, которая все еще работала словно часы, и, выехав на дорогу, двинулась в сторону жилища Джо.       Уже через десять минут детектив припарковала машину рядом с домом, где была квартира Джоанны. Выйдя из машины и даже не успев закрыть машину, как девушка наткнулась на пожилую женщину. Старушка сначала смотрела на Кэтрин глазами наполненные гневом, но уже через секунду женщина смотрела на Кэт не понимающие, собственно как и Уокер. — Ты не Джоанна, — произнесла женщина, рассматривая рыжеволосого детектива. — Где она? — уже угрожающе произнесла старушка. — Она в больнице, — ответила девушка и, увидев растерянный вид знакомой Джо, поэтому молча, обошла ее и двинулась к входу в здание.       Дойдя до входной двери, Кэтрин только дотронулась до дверной ручки и немного потянуть, как старческая ладонь захлопнула дверь обратно. Уокер перевела взгляд на женщину, которая выглядела по-настоящему обеспокоенной и испуганной, что снова удивило Кэт, ведь она часто слышала от Джоанны о миссис Кимбелл, которая по какой-то причине невзлюбила Джо и пыталась ей насолить. Сейчас же она стоит и по взгляду видно, что она беспокоиться за свою соседку сверху. — Что с ней произошло? — спросила старушка, продолжая держать дверь, чтобы детектив не сбежала. — Неудачная погоня за преступником, — ответила Кэтрин пытаясь скрыть дрожь в голосе и казаться для окружающих сильной. — Боже, — сказала миссис Кимбелл, прикрывая рот ладошками. — Она в порядке? — Уже вторые сутки, как не приходит в сознание, — ответила Кэт, пожимая плечами, будто сказала ничего удивительного. — Врачи говорят, что травмы хорошо заживают, но они не знают, когда точно она придет в сознание. Вы меня извините, но мне нужно собрать вещи ей в больницу.       Уокер все-таки открыла дверь в здание и вошла в него, на ходу доставая из пиджака бумажку со списком нужных вещей, где так же можно было узнать этаж и номер квартиры Джоанны. Пробежавшись глазами, детектив, убрав листок уже в карман пальто, пошла на второй этаж в поисках двести пятой квартиры, что не составит труда.       Поднявшись на этаж практически в два шага, Кэтрин стала шагать по коридору, всматриваясь в номера квартир на дверях, которые по какой-то причине отсутствовали, лишь на одной двери присутствовала дешевая табличка со вставленным листом А4. На бумаге была надпись: «Если ты попытаешься ограбить меня, знай, у меня есть пушка и я детектив в полиции. С любовью, детектив Джоанна Дуглас.»       Кэт улыбнулась, видя знакомый корявый почерк Джо, и то закорючки детектива очень сложно назвать подчерком, но Кэтрин видела этот подчерк миллион раз и уже научилась его читать. Уокер не став рассматривать долго табличку, вынула из пиджака связку ключей и понимает, что у нее в руке сейчас пять ключей, а значит, нужно несколько минут подбирать нужный ключ.       Наконец-то открыв дверь, детектив убрала ключи в карман, попутно входя в квартиру. В нос сразу ударил затхлый воздух с примесью табачного дыма, который был более резкий и едкий, заставляя любого инстинктивно закрыть нос и открыть рот, а это ни говоря о Кэтрин. Из-за спертого кислорода у Уокер загудела голова и даже немного закружилась, поэтому рыжеволосой ничего не оставалось, как быстрым шагом войти вглубь квартиры, чтобы поскорее открыть окна и пустить немного свежего воздуха.       Распахнув все окна в квартире Джоанны, Кэт повернулась и поняла, что находиться на кухне, на очень маленькой кухне. Чистая металлическая раковина с легким налетом у основания крана, столешница, на которой расположились тостер, микроволновая печь и пустой электрический чайник, а углу помещения уместился низенький холодильник, на дверце которого были развешаны различные магнитики и фотографии. Над столешницей висел небольшой гарнитур, состоящий всего лишь из двух ящиков, хотя больше бы здесь не уместилось. И это была вся кухню, на которой не было даже стола или стула, а это не говоря о плите. Сейчас, Кэтрин интересовало не отсутствие стола, а фотографии на холодильнике, к которому она сейчас медленно двигалась.       Уокер стала внимательно рассматривать фотографии и так сильно удивилась, увидев маленькую Джоанну, которой на фото лет десять. Длина волос за девятнадцать лет не поменялась, как и привычка собирать в хвост лишь волосы с макушки. Кэтрин улыбнувшись этой милой особенности, продолжила разглядывать любимого человека и любоваться самыми прекрасными карими глазами. На носу у девочки сидели очки в довольно толстой оправе, но они делали малышку Дуглас лишь милее, и Кэт уже мечтала увидеть когда-нибудь Джо в очках.       В объятиях у шатенки стояла маленькая Оливия, которая крепко прижималась к груди сестры, счастливо улыбаясь, что даже прикрыв глаза. Эти две девочки были счастливы вместе, как и на остальных фотографиях развешанных на дверце холодильника и все эти фото отличались разницей в возрасте девушек, их позами, а иногда присутствием, возможно, других членов семьи Харт.       Еще немного рассмотрев фотографии, Кэтрин все-таки вспомнила, зачем она сюда приехала, поэтому оторвавшись от холодильника, девушка достала из кармана список, в котором было всего три пункта: удобная одежда, зубная щетка, очки. Подняв взгляд и посмотрев на двуспальную кровать, ведь кухня и спальня в квартире Джо была одним помещением, разделенным небольшой перегородкой, Кэт увидела разбросанные по спальне вещи и открытый шкаф, а значит, одежду уже можно вычеркивать.       Дойдя до шкафа, чтобы поискать в нем, то во что можно собрать вещи, что снова не составило труда, ведь на дне шкафа рядом с обувью лежала черная спортивная сумка с желтой надписью «Департамент полиции Бостона». Вытащив сумку, девушка наугад сложила в нее какие-то спортивные штаны, две майки, толстовку и ботинки. Кэтрин застегнув сумку, накинула ремень себе на плечо, двинулась к одной единственной прикроватной тумбочке, где надеялась найти очки.       Подойдя к самой дешевой тумбочке, на которой кроме зарядки для телефона и пары центов ничего не лежало, поэтому детектив открыла один единственный ящик, в котором был еще тот бардак. Фантики от конфет и жвачки, несколько пишущих ручек, даже шурупы и, конечно, еще монеты. Под ними лежали различные газеты с решенными сканвордами, а рядом с ними лежал потрепанный временем очечник с выцветшими наклейками «Hello, Kitty» и «Batman».       Не успела Уокер взять его в руки, как в кармане пальто зазвонил телефон, чем сначала испугало девушку, которая уже покрывало надрывающийся аппарат трехэтажным матом. Вытащив адское устройство, рыжеволосая увидела на экране имя Оливии, которая очень редко звонила детективу, что заставило ее приподнять бровь. — Слушаю, Оли, — сказала Кэтрин. — Она очнулась.