Часть 1
17 января 2021 г., 11:11
Она стоит в лёгкой белой рубашке, едва ли достающий до колена и смотрит вдаль, на звёзды, на небо и такую огромную, манящую луну. Холод гуляет по полу прямо из открытого окна и заставляет девушку съёживаться, но она упорно стоит. По настоящему вздрогнуть её заставляют тёплые руки коснувшиеся бёдер. В её шею, в области загривка, закрываются носом, оставляют лёгкие поцелуи и обдают неестественно горячим дыханием. Её медленно разворачивают и приподняв, под ягодицы, усаживают на подоконник. — Ты чего не спишь, малыш? Бессонница? Девушка кивает и неопрятный пучок, державшийся на честном слове рассыпался. Водопад укрыл некогда открытый загривок и плечи. Парень вновь уткнулся ей в шею и провёл дорожку поцелуев до самого ушка, а потом жарко опалил мочку и прошептал. — Может пойдём в спальню? Она лишь обвила ногами торс парня и крепче вцепилась ему в голые плечи.
Сидя за дальним деревянным столом в "Лукоморье" Влад разглядывал сказочный патруль, сидящий за барной стойкой и болтающим о чём-то с Котом. А если быть точнее, его одинокий взгляд скользил по телу одной очень взрывной девчушки. Её глаза поблёскивали на свету ярым пламенем, в котором плясали чертята. Ей стоит лишь чуть повернуть голову в сторону и она замечает его сияющие тьмой топазы, он не заметил, что она уже просто наблюдает за его взглядом, он задумался и разглядывал её уже чисто машинально, но... Ей до безумия нравилось это. Просто взгляд. Другие скажут, что ей показалось, это просто случайность, но сердце не обманет. Хотя у кого ещё взрывной характер это надо бы поспорить. Влад вспыльчив. Сильно. Ей плевать, она видит в нём человека, а не князя тьмы или Морока, он это ценит, но как бы он не пытался переступить через себя невозможно. Все по сто раз задались вопросом почему они встречаются, как они вообще могут быть вместе?! Но всё гладко, они ладят, они были лучшими друзьями как никак. И всё таки без ссор никуда. И ладно просто из-за чего-то серьёзного, как это раньше было, но сейчас... У них ссора на ссоре, просто так, даже почти без видимой на то причины. Влад бесится он не может полностью завладеть ей. Она его, но он чувствует, что что-то ускользает, её частичка ускользает от него. И они снова мирятся. Он стоит у открытого окна и смотрит на небо, пытается остыть, убивает в себе уже четвёртую сигарету за последние пол часа. Она тихо подкрадывается к нему и обняв за торс, обнимает и прижимается к широкой спине, что-то шепчет, он почти не слышит, а она снова забыла, что просто на голову ниже него. Она замолкает и уткнувшись носом между лопаток, глубоко вздыхает. Он разворачивается и опирается тазом о подоконник, сложив руки на груди, наблюдая за рыжей макушкой. Она отпускает его и смотрит себе под ноги, он тоже смотрит на них и тяжко вздыхает: "Снова босая. " Она теребит края его рубашки, которую бессовестно утащила у него с полки. Она закроет глаза на все его слова, будто он молчал, не кричал. Ей дорого всё что с ним связано, как и ему всё что связано с ней. Он ещё какие-то минуты наблюдает за ней и наконец встаёт во весь рост и подходит к ней. Он аккуратно берёт её руки в свои и просит поднять голову, но она не слушается и ему остаётся только самому это сделать. Он рукой за острый подбородок приподнимает её взгляд на себя, она стоит не шелохнувшись, а он медленно приближается к ней, останавливаясь в тот момент когда их губы в паре миллиметров друг от друга, когда сбитое и горячее дыхание обдаёт новым потоком. Он наклоняется, разорвав расстояние. Выпивается глубоко, нежно, скользит горячими руками по талии, не позволяя зайти дальше. Она оглаживает его плечи и обнимает за шею, приподнимаясь на носки из-за разницы в росте. В итоге тяжело терпеть и держать себя в руках, он подхватывает её под ягодицы, а она обхватывает своими ногами его торс. Чуть позже они скрываются за дверью их уютной комнате. Огненные волосы разметаются по подушкам, молочная кожа станет ещё белее под светом луны. Для него она луна. Для него. Зверя. Вечно одинокому. И тем не менее напряжение растёт.***
— Алёнка, оставь в покое окно! Ты уже всё в этом доме разрисовала своей гуашью! В ушах стоит гул собственного сердцебиения, заглушающего все звуки из внешнего мира. — Это успокаивает... Она совсем затихла, всё таки откладывая краски и опустив голову стала их собирать, аккуратно закрывая каждую баночку, одна укатилась, упав на пол, но она махнула на это рукой и продолжила свою дело, пока, её пальцы не переплелись с чужими, перепачканными чем-то. Влад стал водить по стеклу свой и Алёниной рукой, вырисовывая причудливый узор. Сначала она просто наблюдала за ним, за его чёрными отросшими волосами, которые он постоянно смахивает с лица, дабы не мешались, за его небесной голубыми глазами, такими сияющими, глубокими и такими прекрасными, в которые она давно влюбилась, её взгляд опустился на шею, прям под воротом футболки веднелось баороватое пятно, от его шумных вздохов было видно как дёргается жилка, за теме же руками, которые с нежностью держали и её руки. Она повернула голову и тоже начала вырисовывать узоры. — И в правду успокаивает... Его затуманенный спокойствием взгляд опустился сначала на рыжую макушку, потом на поднявшиеся глаза, затем взгляд съехал на её искусанные губы, которые он с нежностью поцеловал.***
Что ж... Вот она и здесь. Во дворце. Влад ушёл, он больше не рядом и без него жизнь в этой грязной роскоши становится невыносимой с каждым днём. Терпения у неё много, она поклялась ждать. Но сломалась. Сегодня... Ей представили её будущего жениха. Знаете то самое чувство когда мир рушится по кусочкам? Вот это оно и есть. Сегодня у неё снова была истерика, месяц выдержки псу под хвост. Она лежит на кровати и содрогается от рыданий, лицо красное дышать нечем, но вот уже через пару часов, она остывает, даже выгорает, ни одной слезинки больше не скатывается по белым, теперь уж заалевшим, мокрым щекам. Она тихо встаёт, волосы водопад почти до колена, белое лёгкое платье шуршит по полу и развеивается от любого дуновения ветра, она подбирает белую ткань и садиться на мраморное перило балкона и смотрит на луну, её глаза сияющие пламенем, почернели, в них уж нет былого света, единственный свет, который сейчас ей нужен залег в небесно голубых глазах. Она собирается уйти и кинув последний взгляд на небо замирает, а потом оседает на ледяной пол, прижимается к мрамору и снова плачет, что-то бормочет, шепчет. — Вернись... Прошу... Влад... Вернись... Ты же обещал... Рыдания накрывают её с головой, она открывает рот в немом крике, но не может выдавить и звука, кроме тихого воя. Где-то рядом разносится тихое: — Ну же, не плачь, малышка. Она замирает, всё ещё делая рваные вздохи, рядом на коленях сидит Влад и обеспокоенно смотрит ей в глаза. Она делает ещё один, более голубой и спокойный вздох и спешит к нему. Прижимается. Обнимает. Руки трясутся, она вся трясётся. Шепчет его имя и просит больше не оставлять одну. — Тише, зайка, всё хорошо, я рядом. Он прижимает её к себе за талию и гладит по плечами, подтягивает, усаживает на колени, слушает тихие всхлипы. Чуть попозже она совсем успокаивается и они встают, только ноги у неё подкашиваются, он подлавливает её и прижимает к себе, бережно - бережно. Потом он относит её на кровать и ложится рядом, чтобы защитить от ночных кошмаров, успокоить истерику и поцеловать такие родные губы.
