Марша

Огромное помещение гудело словно улей. Люди входили, выходили, то по очереди, то группами через единственную дверь. Небольшое окно на противоположной стене выдавало неверную картинку с проблесками света. Основное освещение было представлено стенами потолком и полом, отчего теней здесь не виделось, а вот ощущение нереальности присутствовало. -Кто умудрился назвать её Маршей?- задумчиво спросила Впечатлительность, играя локоном светлых длинных волос. -Отец,- ответила Воля, слегка усмехнувшись, ведь именно он не давал ей захиреть,- Он у нее ещё тот затейник. -В него она и уродилась,- поддержала разговор совсем крошечная на фоне остальных Нежность. -Уродина,- ехидно вставил один из бесконечного сонма Комплексов. Как эта несчётная компания помещалась у женщины в голове, оставалось загадкой даже для них самих. Но, уживались, даже почти без драк. -Что там?- поинтересовался Здравый Смысл, поднимая голову от шахматной доски, где играл партию за партией сам с собой который день. Лень, выглянувшая в окно, отмахнулась: -Да как обычно, мужики кругом. В компании нарисовался паренёк в ушанке, фуфайке и валенках, весело жамкая в руках видавшую виды гармошку. -А вот он и я, здрасьте!- заявил он, обдав окружающих застарелым перегаром. -Я бы удивился, если бы ты не появился,- проворчал Опыт,- Опять выпивши? -А ты его другим видел?- усмехнулось Ехидство. -Снова мужики?- залихватски заломив ушанку, Хмелёк выглянул наружу и, улыбнувшись во все тридцать два, констатировал,- Они, родимые! Опыт тяжело вздохнул, проведя ладонью по тронутым сединой волосам. -Да вокруг неё всегда мужики. А того, первого, помните?- обратился он к присутствующим. -Это которого?- гармошка пискнула в руке хозяина. -Ты не знаешь. -Я всех её мужиков знаю!- гордо заявил Хмелёк. Самонадеянности у него было хоть отбавляй. Ещё бы. Всю жизнь море по колено. -Склонность к тебе у неё появилась гораздо позже,- не нравился Опыту этот персонаж, однако избавляться от него Марша не спешила. К разговору присоединилась Страсть. Вполне себе такая обычная девушка, но её взгляд говорил о многом. Он просто манил, обещая бессонную ночь и безумный день, сладкий вечер и томное утро. -А тот первый не то, что расслабить её не мог, даже не возбудил. Да так насухую и... -Ой...- Впечатлительности стало нехорошо. Здравый Смысл подставил ей плечо, за которое она благодарно уцепилась. -Формально не он первый был,- услужливо подсказала Память. -Заткнись!- приказал мужчина, но её уже было не остановить. -Попытка изнасилования. Сколько ей было? Тринадцать, четырнадцать? Друг семьи... -Она сказала родителям?- спросил Хмелёк, подрастерявший свой алкогольный азарт. Опыт отрицательно мотнул головой. -Но почему?! Всё покосились на Стыд, забившийся в один из углов и увлечённо что-то царапающий на стене. Что с него взять? Дитя дитём. -Раньше он гораздо крупнее был. Слушая такие новости про привычно-разбитную Маршу Хмелёк, сдулся. -Странно, что она после этого вообще мужиков до себя допускать стала. Страсть отвела взгляд от Стыда. Раньше он мешал ей очень, а сейчас даже жалко - не в себе парень. -Перерыв на несколько лет,- пояснила она,- Третий честно пытался её расшевелить. -Хорошенький мальчик был. Глазки голубые, кудри тёмные, мягкие,- напомнила Память, ласково улыбаясь. Его появление в жизни Марши было мимолётным, но запоминающимся своей нежностью и юношеским задором,- А ты боялась проснуться,- укорила она Страсть. Тем временем свет стал немного тусклее, скрадывая геометрию комнаты. На стенах зашевелились непонятные тени. -А четвёртый её любил. И даже больше, чем выпить. Тайком она с ним встречалась - мать против была,- Скромность тихо вздохнула,- Потом жалела. -Тайком от матери она и курила,- подсказало Ехидство. Хмелёк наконец-то улыбнулся, отпустив ситуацию: -Я помню брата Никотина. Классный он мужик, компанейский. Жаль, что ушёл. Здравый Смысл усмехнулся почти как Ехидство: -Да уж, вы давали джазу в каждой тусовке. -Тогда-то Скромность и села на диету,- Опыт потянулся,- Что-то кости ломит. -Поначалу тяжело давалось,- девушка опустила глаза,- Но Хмелёк мне помог. -Сколько их было до того, переломного?- в разговор втягивались всё новые участники. Это вклинился Интерес – юный паренёк с копной торчащих во все стороны кудрей. Опыт прищурил глаза, вспоминая. Он взрослел за счёт воспоминаний, только вот неугомонный Хмелёк зачастую их стирал, даже не отдавая себе в этом отчёт. Стоит только гармошку растянуть и понеслось. -Не так много. Хотя, я не припомню никого из того промежутка. Память! Всеми забытая, она подошла к компании и гневно взглянула на мужчину. -Кто-то мне велел заткнуться. Он примирительно поднял руки ладонями вперёд. Давно прекрасно знал, что с женщинами ругаться не стоит. С Памятью особенно. -Обиделась? -Я вам сейчас в красках напомню того, в которого она влюбилась,- мстительно прошипела женщина. -Бля! Всё присутствующие прижмурились в ужасе. Тени по углам зашныряли в два раза быстрее, перемежая показываемый Памятью диафильм своим присутствием. -Ты где была тогда?- наехал Здравый Смысл на Гордость. -Там же, где и ты. В коме. Не помнишь? Пришла Любовь. -И что?- выпучив глаза, орал он, едва сдерживая от гнева набегающую слюну. -Да вот, собственно говоря, и всё,- высокая, стройная до хрупкости женщина сначала раскинула руки, а потом в одном движении загородилась от мира сгибом локтя и, развернувшись, стукнулась лбом в стену Позорные картинки появлялись одна за другой. Женские тела, нависшие над лицом мужские причиндалы, завязанные глаза. Принуждение, боль... Всё взгляды присутствующих при этом общественном бичевании устремились к Боли. Эту мерзкую тётку не любил никто. Но, она лишь криво усмехнулась и демонстративно укусила себя за палец. Как бы не сопротивлялись остальные этому знанию, но Марша после того мужчины получила, как последствие, лёгкую степень склонности к мазохизму. -Он был садистом,- наконец-то вымолвил Опыт. -Да. И физически и морально,- подтвердил Здравый Смысл. Голос у Хмелька опять прорезался: -Как можно любить садиста?! -Любовь зла... Тем временем мстительная Память заставляла всех переживать ужас не зарастающих язв, лечение ран в нежных местах, лёгкие касания его чувственных губ ступней Марши, нежные поцелуи. На этом диссонансе Впечатлительность хлопнулась в обморок. -Я сейчас придушу тебя!- к Памяти бросился Здравый Смысл. Боль опять усмехнулась - с этой они часто шли рука об руку. Но обе отшатнулись, ибо сейчас мужчину затмевал Страх – мятущийся подросток, в руках которого оказывался то нож, то кусок стекла, то верёвка. А в данный момент юношу поддерживало ещё и Отчаянье. -Всё хорошо,- между ними встало Миролюбие и Страх исчез сразу – переместился к Стыду, помогая тому рисовать странные картинки. Здравый Смысл ударился об Отчаянье грудью и рухнул вместе с ним под ноги Боли. Миролюбие увернулось, и вскоре подало руки обоим, помогая подняться со странно потеплевшего пола. Инцидент был исчерпан – и не такое бывало между ними всеми. -А тот офицер, какой миленький был,- улыбнулась Страсть, стараясь разрядить обстановку. -И опять...- Здравый Смысл с укором посмотрел на Гордость. -Да такое ощущение, что со мной кто-то считается!- возмутилась статная женщина, поправляя чёрный в тонкую полосочку пиджак. Воля поморщилась, от того, что её опять попирают: -У неё вообще слабость к военным. -И татарам,- подсказала Память,- Он же той национальности был? Два в одном. -Ах какой кобелёк подворачивался. До сих пор помню. Высокий, молодой, с тёмными волосами и глазами-угольками,- голос плывуще-нежный, призывный, как и взгляд изумрудных глаз. -Этого в постели не было!- заявил Здравый Смысл. -А мог бы быть,- вздохнула Страсть. Она была куда сдержаннее, чем её сестра, которая только-только собиралась проснуться,- Как они обнимались! Он подолгу прижимал её спиной к груди и дышал в затылок. А однажды даже поцеловал. В губы, а не в щёку, как все остальные. -Вообще, скажите спасибо, что я вас всех убедил, что не надо его в кровать! Иначе бы пришла Любовь, и опять в жизни бы настала жопа,- Здравый Смысл сейчас уже пытался компенсировать своё давнее бессилие нападками. -Она была на грани. Балансировала на краю пропасти,- сказал Опыт и неожиданно сменил тему,- Вы мне надоели. -Иди отдохни. Ты ж тогда сил набрался,- Сарказм тёк густыми струями слизи, прилипающей ко всем. И эти все посторонились, чтобы лишний раз не испачкаться,- У неё был сезон отчаянного блядства. -Сколько их потом было?- смиренно спросила анорексичная Скромность. -Я не всех их помню,- призналась Память и оправдалась,- Я же не виновата, что для неё ночь, проведённая вместе - ещё не повод для знакомства. Честно сказать, опять Хмелёк постарался. -Мимолетные встречи, невпечатляющие перепихоны,- возвышенно послышалось откуда-то издалека. Это был полукровка – сын умершей Романтики и изредка приходящего Реализма. -А тот татарин?- томно послышалось с огромного ложа, где с чувством просыпалась ярко накрашенная девушка. Она сладко гладила себя по бёдрам, расправляя шёлковый пеньюар. -Помню. Какие чудеса он вытворял пальцами, хотя и был скорострелом. Но, кого это волновало, если она кончала, забывая себя,- поддержала сестру Страсть. Глаза её затянулись поволокой. -А я вот на него злой. Единственного кореша лишился,- это ожил Хмелёк и, рухнув рядом с Похотью на кровать, от души поцеловал её в длинную лебединую шею. -Шалун,- девушка слегка, скорее даже призывно ударила его пальцами по губам. Здравый Смысл цыкнул, едва дёрнув губой: -Да, именно для него она и бросила курить. -А потом он бросил её. И она долго по нему скучала,- печально ответила Гордость,- Я в то время была с ней. -Сама виновата. Что он должен был подумать, когда она уехала в гости к другу?- поинтересовалась Скромность. -Например, что друг – гей,- Ехидство далеко не отходило. Оно прекрасно знало, что как бы ни звучало, каждый понимает по-своему. Опыт приподнял левую бровь, опираясь о стену и сложив руки на груди. -Это для неё сношающиеся мальчики в порядке вещей. Для нормального мужика это дикость. -Окстись, когда у неё нормальные мужики были?- хохотнуло Ехидство. -Были. Вспомни парнишку со свадьбы друзей. Чем не вариант? Противоречию тоже стало интересно: -Отношения на расстоянии? Не смеши. Встречи раз в год в отпуске? Пффф! -Да она, вообще, с его другом переспала,- поддержала Скромность, тихо пискнув чуть не придавленная ногой протопавшего мимо Комплекса. Их немало здесь водилось. Кто-то дикий. Кто-то до приторности ручной. -Это я немного виновата,- поморщившись призналась Скука,- Всё равно бы ничего не получилось, а дружба не пострадала. Но, вот если бы тот друг не побежал с весёлыми воплями радовать всех впечатлениями о безумной ночи, всё было бы гораздо проще. -Всех решили перебрать?- спросила Память,- А одного из самых главных забыли. Потягивающаяся Похоть даже не позаботилась о том, чтобы одёрнуть задравшийся подол ярко-алой шёлковой сорочки: -Ммм. Что они творили вместе! -Он её даже любил, наверное,- перебила сестру Страсть,- С ним она могла быть собой. А он научил её любить секс и получать от него наслаждение. Целых полгода Марша была счастлива в постели. Нормальный же мужик был. -Нормальный,- подтвердила Память,- Поэтому женат и с тремя детьми. Как и многие из них. -Ну и где ты была?- Здравый Смысл грозно зыркнул на Совесть. -Спала,- честно ответила женщина,- Ну а что? Вот объясни мне, пожалуйста, почему я должна была в этом участвовать? Это он жене изменял. Вот пусть его Совесть его и грызёт. -А то, что у неё параллельно ещё один парень был тебя не волнует?- что-то он завёлся. Возможно, сгущающиеся сумерки и появившиеся вокруг разноцветные огоньки давали о себе знать. -А я за равноправие,- заступилась Справедливость,- У них по двое женщин было. У неё двое мужчин. -А самое смешное это её любовники врали своим жёнам,- поддержала Совесть, облизывая острые, правда, уже чуть затупившиеся зубы,- А она с ними была честна, между прочим. Они знали друг о друге. -Ловко ты себе оправдания находишь,- Здравый Смысл так и не мог успокоиться. -А помните, помните, она два года с коллегой встречалась,- встряла Впечатлительность. Здравый Смысл лишь снисходительно усмехнулся: -Да уж, когда он овдовел, она думала, что у них всё могло получиться. -Ничего бы у них не получилось. Они были хорошими друзьями. А про постель? Да это даже сексом по дружбе не назвать. За два года переспать три раза и ни разу не поцеловаться?- поддержал Опыт. Миролюбие пожало плечами, приглаживая встопорщившиеся после сна волосы Похоти: -Просто отношения не на сексе строились. -Были у неё и похлеще отношения. Допустим, когда за гея замуж собиралась. На этого она года полтора угробила. И чем закончилось?- спросил Здравый Смысл. К компании подбежал лохматый длинноухий щенок, заглядывая каждому в лицо трогательными пуговками крупных карих глаз. -Отойди, Верность, не мотайся под ногами!- досадливо поморщился Опыт. -Вот я о чём и говорю,- поддержала Совесть,- Она никому не нужна. Опыт почему-то скатился к прежним ошибкам: -Ты не должна так рассуждать. -Оставь ты её в покое,- заступилась болезненно распухшая тётка, колыхаясь всем своим огромным складчатым телом. -Поддерживаю Доброту,- это второй такой же кусок жира появился рядом. -Вот ты сейчас, Жалость, помолчи! Ваша парочка когда-нибудь окончательно сломает ей жизнь,- раздражённо ответил Здравый Смысл. Доброта подхватила под брюшко щенка и, неуклюже переваливаясь, поковыляла к клетке, где, охраняемые одним из Комплексов, томились Таланты. -Иди, посиди с ними. Здесь безопасней. А то эта истеричная толпа тебя затопчет ещё. Верность была помещена в клетку, где надёжный, бессонный, хорошо откормленный Маршей страж строго следил за неугодными ему заключёнными. Сегодня Память было не угомонить. -Братьев вспомните. Всех четверых. -А что их вспоминать?- спросил Здравый Смысл,- Двое женаты, третий был влюблён в другую, а младший - просто мудак, который трепался на всех углах, как имел её. -Групповуха?- с ужасом спросила Впечатлительность. Её часто замыкало так, что она ничего и не помнила. -Да нет, по очереди,- Похоть окончательно проснулась, снова потягиваясь, привлекая внимание переливами почти невесомой ткани. -А самый старший её звал недавно,- задумалась Память. Брови Хмелька вздёрнулись: -А что не пошла? -Так вон она явилась,- Опыт кивнул на свою тётку. Мудрость пожала плечами. За её спиной маячила Лень. -Кто её только по второму кругу не звал!- низкий мурлыкающий голос Похоти разнёсся по помещению, от чего у всех мужчин без исключения побежали мурашки. -А этот...- попытался сгладить эффект Интерес,- Что она сказала, когда его первый раз увидела? -Что столько не выпьет,- рассмеялось Ехидство,- Выпила, зараза! -Такие затрахи были!- улыбнулась Пошлость и шлёпнула девушку в красном по филею, потом поднялась пальцами по позвоночнику до самых волос, где, схватив за корни, потянула на себя. -Вот это я старалась!- заявила Похоть, призывно изогнувшись и бесстыдно выпятив грудь, которая вставшими сосками чуть ли не рвала ткань маленького чёрного платья. Вот когда только эта дрянь умудрялась переодеваться? Миролюбие попыталось отвлечь всех от откровенно похабной сцены: -Да и смеху хватало. Чтобы она в постели и не смеялась? -Ну а что? Не встал - похохотали и баиньки,- ввернула Пошлость, отрываясь от девушки. Здравый Смысл поморщился: -Где Марша её подцепила? -А это когда Наивность разлагаться начала, как следствие вот эта завелась. Тут целый сонм ей подобных. -Мы должны смутиться?- уточнил Сарказм. Стало ощутимо теплее. Многие списали это на собственную реакцию на извивающуюся Похоть. Скромность попыталась отвлечь мужчин: -А один даже замуж звал. -Её регулярно замуж звали,- вздохнул Опыт,- А как не звать было? Молода, красива. С нами ещё тогда были Наивность и Нежность. -Две дурочки,- зло усмехнулся Сарказм,- Наивность! Ты где-е-е-е?- он махнул рукой,- Можешь не появляться-а,- он тянул последние буквы, играя на публику,- Опыт уже объяснил, что она не нравилась ему. Просто было удобно. Тепло, сытно и с сексом. Доброта возмущённо колыхнулась своим необъятным телом. Её не любил никто – слишком много проблем она приносила. -Это было жестоко. Наивность… -Когда было не жестоко, идиотина?- огрызнулся Сарказм,- Как будто, в юности её жаловали? -Красивый он был,- мечтательно сказала Впечатлительность. Здравый Смысл кивнул головой: -Очень. А потом он спёр телефон и исчез. -Я тебе больше скажу,- напомнила Память,- Опять вернулся, спёр очередной телефон и исчез. В этот раз навсегда. -Часто её замуж звали когда-то,- повторился Опыт. Ехидство хмыкнуло: -И в своём большинстве, мудачьё. -Бывший одноклассник, ммм,- задумчиво потянул Сарказм,- Недалёкий распиздяй. «Мечта» всех женщин. -Погуливал от неё,- вздохнул Здравый Смысл. -Она тоже,- заступилась Справедливость. Её оппонент почти физически ощетинился, смахивая со лба пот: -А ты бы не погуливала, если бы содержала здорового мужика, который бы только жрал, бухал и пропадал неизвестно где? -А почему она его содержала? Из-за неё?- недавно появившаяся Недоуменность кивнула на томно прогнувшуюся Похоть. -Не впутывай меня,- девушка провела по каскаду тёмных волос пальцами, от шеи к затылку, оставляя на голове ещё больший беспорядок,- Не так уж он и был активен в постели. -А это вон к тем двум жирным сукам,- указал Опыт на двух подружек, не сильно увлекающихся здоровым образом жизни. -У него не было семьи,- отозвалась Доброта. -И он был никому не нужен,- поддержала Жалость. Опыт горестно покачал головой, поправив седые пряди: -Ну, да. В итоге он ей выломал дверь, а она ему разбила черепушку. -А был и из параллели,- горько усмехнулась Память. Кого только не было в жизни Марши,- Тоже жениться хотел. -А ним что не так?- спросила Гордость, прекрасно зная ответ на этот часто риторический вопрос. С мужиками всё всегда было в той или иной степени не так. Миролюбие глянуло на несчастный Опыт, нередко попранную Гордость, готовый разразиться тирадой Сарказм и ответил: -Весело им было вместе. Но, она не нравилась его маме. Сынок маменькин. Классический. -Сексом занимались они тайком,- подначило Ехидство. -Только соседи были в курсе,- мурлыкнула Похоть, аккуратно закусывая напомаженную губу,- Слишком она громкая с ним была. -А у неё всегда всё тайком,- махнул рукой Здравый Смысл, не понимая, почему потеет,- На нынешнего посмотрите. У них за жизнь аж несколько периодов совместных ночей было. Он всегда потом предпочитал её подруг. -Да, в этот раз что-то надолго задержался,- Сарказм даже кончик языка высунул, улыбаясь. Он прекрасно знал, что и это закончится. -Да кому он уже нужен? Такой же, как и все. Профессионал,- Опыт постучал по шее костяшками пальцев,- Наш Хмелёк лишь бледное подобие его. Гармошка с обидой взвизгнула, но парень сник, поняв, что есть к чему стремиться. -Он опять ею пользуется,- сказал Здравый Смысл. -Она им тоже,- заявила Справедливость. Ехидство усмехнулось, внутри стоя помянув погибшую Наивность: -Научилась наконец-то. -Что-то меня в сон потянуло,- Здравый Смысл согнал с кровати Похоть, скинул пошлое атласное покрывало и устроился на многочисленных подушечках, не накрываясь – было очень жарко. Хмелёк многозначительно посмеивался, прижимая к себе эффектную, до обильного слюноотделения податливую девушку. Когда Марша была в таком состоянии, только Похоть активизировалась, да Доброта с Жалостью не спали. Ну, конечно, Пошлость и Ко изволили разворачиваться во всей красе. -Подъём!- Воля потянула мужчину за руку к окну,- Проконтролируй хотя бы напоследок. Покачиваясь, Здравый Смысл выглянул наружу и сонное оцепенение как рукой сняло. Он бросился к двери, на ходу ругаясь не хуже самой Пошлости. Дверь была заперта. Мужчина забарабанил в железо, отбивая кулаки: -Похоть, мать твою! Дрянь ты паршивая! -Да я, вообще-то здесь, дорогой,- вкрадчиво простонала она и нежно коснулась плеча ухоженной маленькой ручкой. -Что происходит?- загомонили Комплексы. На окно опустилась бронированная заслонка. И тут все внезапно замолчали, прислушиваясь. Где-то отбойным молотком бУхало сердце. -Нет, только не это!- Здравый Смысл отшатнулся от двери, как будто она раскалилась добела. С той стороны кто-то поскребся коготками. Уверенно звякнули цепи. -Вы здесь, сладкие мои?- слащавый голосок звучал в разы стервознее, чем у Похоти. Впечатлительность рухнула как подкошенная. Воля прикрыла рот ладонью, зная, по кому в первую очередь плачут кандалы. -Любовь,- обречённо сказала Мудрость. Здравый Смысл сел на пол, обнял руками колени и зарыдал.