Последствия долгой разлуки.

Надежда. Предчувствие. Радость. Волнение. Мисаки слегка подпрыгивая от нетерпения, пытаясь как можно быстрее открыть чертову дверь в квартиру. Он нервно покусывал губы в предвкушении крепких объятий, горячего шепота на ухо и легкого движения рук под футболкой. Вот уже две недели как он уехал навестить своего брата в Осаке и за этот небольшой промежуток времени Мисаки с лихвой понял всю свою привязанность к извращенному писателю. Наконец, дверь поддалась, и парень просто влетел в квартиру, на ходу сбрасывая куртку и обувь. Мысли метались в голове, не давая сосредоточиться, руки слегка подрагивали от волнения. Бросив рюкзак на пол, он влетел в гостиную. Квартира окружила его пустотой и тишиной. Окинув взглядом идеальный порядок на кухне, одиноко сидящего на диване Судзуки-сана и многочисленные пачки бумаг, расставленные вокруг стола, Мисаки удивленно моргнул. Может это была не совсем хорошая идея? Не предупреждать Акихико о своем приезде и вот так вот ввалиться сюда под вечер? Поджав губы, студент, перепрыгивая через ступеньки, взлетел на второй этаж квартиры и с грохотом ворвался в просторную комнату Усаги-сана. В ней витал легкий запах табака, а скомканное одеяло, кучей валявшееся у кровати, сообщало, что хозяин комнаты вновь был поднят силой и немедленно увезен по делам. Тяжело выдохнув, Мисаки вытащил телефон из кармана штанов, сразу же начиная бешено стучать по клавишам. «Усаги-сан, ты не дома?» Чего не занимать пальцам Акихико, так это проворности. И не только в наборе сообщений. Буквально через пару секунд мобильник подмигнул, намекая на присланный ответ. «Нет, Мисаки, я сейчас на презентации новой книги. Приеду домой глубокой ночью. Что-то случилось?» Вздохнув, Мисаки заваливается на кровать и вытягивает над собой руку с телефоном. «Сюрприз хотел сделать. Приехал, а тебя нет.» «Почему не предупредил? Я бы встретил. Или так по мне соскучился, что не было сил терпеть?» Прочитав сообщение, студент покраснел. В другой ситуации он бы возмущался от так подло поставленного вопроса, но отрицать он уже устал. «Мисаки? Соскучился по моим прикосновениям? Поцелуям… И по сексу соскучился, да?» «Усаги-сан!» Брюнет подтянул одеяло до живота, вдыхая легкий аромат тела Акихико. Пальцы сминают легкую ткань, как обычно сминают ткань рубашки на плечах писателя, и брюнет носом зарывается в одеяло. «Я скучал, Мисаки. Я очень хочу тебя, уже сейчас хочу. Ты же помнишь все мои прикосновения?» Студент вздрогнул, внизу живота разливается приятное тепло, как будто Акихико рядом и, дурачась, касается губами кожи, оставляя после себя горячие влажные пятна. Поддаваясь наваждению, Мисаки слегка погладил себя по груди, следуя невидимым касаниям писателя. «Хочу коснуться твоих губ, провести по ним языком, потом спуститься по шее вниз к ключицам», свободная от мобильника рука невольно повторяет описанные движения, заставляя слова Усаги-сана превратиться в восхитительную реальность. «Хочу целовать тебя, целовать в шею, коснуться языком бешено бьющейся жилки, спуститься чуть ниже, забирая в плен твой сосок. Приласкать его губами, после втянуть и слегка прикусить… Мисаки? Очень хочу тебя поцеловать.» - Целуй же… - брюнет приоткрывает рот и жадно облизывается, вспоминая, как Акихико крепко прижимает его к себе в такие моменты. Ладонь медленно скользит к краю джинс, подбирается под него и осторожно сжимает колом стоящий член. «Хочу коснуться твоего живота, обвести пупок и спуститься еще ниже, потрогать тебя там, такого твердого и горячего. Хочу это чувствовать: как ты хочешь меня, как у тебя стоит на меня. Хочу провести вдоль члена, задержаться на головке, размазывая капли смазки пальцами»,- брюнет глухо застонал и беспрекословно толкается в руку. «А после я бы легкими укусами спустился бы вдоль твоего тела и взял бы твой член в рот, начиная неторопливо ласкать тебя… И ты бы издал прекрасные стоны, заполняя ими комнату, от которых в моих брюках стало бы еще теснее». Ладонь с мобильником накрывает лицо, и Мисаки, постыдно истекая, ласкает себя, представляя, как его ласкает влажный рот Акихико, как горячий язык обводит каждую венку, задерживается на головке… Еще один стон срывается с губ студента, растекаясь по комнате. Мисаки крепко сжимает губы, думая о том, как похотливо и сексуально выглядит в такие моменты Акихико. «Хочу услышать как ты стонешь, как произносишь мое имя, выкрикивая его на пике наслаждения…» -Аки…Акихико… - хрипло, впиваясь зубами в пропахшую блондином ткань, Мисаки приподнимает бедра, надеясь получить те же ощущения, что и рядом с писателем. Но это все не то, этого всего ничтожно мало, недостаточно. Ему не хватает той тяжести тела, прохладных рук, похотливых слов шепотом на ухо. «Хочу лечь на тебя сверху, аккуратно прижимая своим телом к кровати и войти в твое такое горячее и податливое тело, прошептать тебе на ухо как люблю тебя, мой маленький, нежный мальчик». Телефон отлетел в сторону, громко выдохнув, Мисаки сковало напряжение. Еще несколько рваных движений вдоль члена, второй рукой до хруста в костях сжимая покрывало. Жалобно поскуливая, брюнету все не удавалось сбросить напряжение, не этого он хотел… Сильнее сжал руку, пара движений вверх- вниз и вот, наконец, долгожданная разрядка накрыла его с головой, окуная в водоворот ощущений. Тихий смешок раздается по комнате. Еле открыв глаза, Мисаки перевел мутный взгляд на вход в комнату. Акихико, захлопывая телефон и откидывая в сторону, скользнул по нему похотливым взглядом. Легкая улыбка блуждала на его губах. - Восхитительно…