Чувствуй дождь на своей коже

POV Алина – Куда мы едем? – я была удивлена, когда увидела, на чем приехал парень. Это был черный лексус. Ни разу еще не видела у него такой машины. Да и любой другой, за исключением его мотоцикла. – Сюрприз, – улыбнулся он. Минут через тридцать мы въезжали в коттеджный поселок. Я понятия не имела, куда мы приехали. – Объяснишь, куда мы идем? – спросила я, пока он тащил меня по оставшемуся на земле снегу к двухэтажному коттеджу. Заканчивался февраль, и снега практически не было. Не верилось, что уже скоро начнется весна. Припарковав машину у темных железных ворот, мы зашли во двор. Проходя по дорожке к дому, я по пути осматривалась. Во дворе стоял небольшой фонтан, который сейчас был запорошен снегом. По всей территории стояли насаждения елей и других деревьев. Также было несколько пристроек. Сам дом был выполнен из красного кирпича. Зайдя внутрь, Ян помог мне раздеться. Видимо на шум, в прихожую вышла женщина в джинсовом сарафане с фартуком поверх него. – Привет, милый, – она поцеловала брюнета в щеку. – Ты почему не предупредил, что будешь не один? – она заметила меня и приветливо улыбнулась. – Марк, отвлекись от своей работы и выйди к гостям. К тебе сын приехал и не один, – крикнула она вглубь дома. – Знакомьтесь, это Марк Викторович и Виктория Максимовна – мои родители. А это Алина, моя девушка, – после того как из глубины дома вышел мужчина, повзрослевшая копия Яна, представил нас он. – Очень приятно, – я улыбнулась. Женщина с интересом смотрела на меня, а после пригласила нас пройти. Боже, я была готова прибить Яна. Он даже не предупредил меня куда и для чего мы едем. Наверное, думал, что я откажусь. И был бы прав. – А Лиза со Славкой где? – Они остались дома с Алисой. Решили пока повременить с поездками. Позже за ужином, началось то, чего я так боялась. Вопросы. Ян же был совершенно невозмутим. – А как вы познакомились? Ты выглядишь совсем юной, – с улыбкой произнесла Виктория Максимовна. Смущенно улыбнувшись, я посмотрела на Яна, боясь ответить что-то не то. Он подмигнул мне и невозмутимо ответил: – Восемнадцать. Она моя ученица. За столом повисла тишина, а затем отец Яна рассмеялся и похлопал парня по плечу: – Отличная шутка. Я всегда знал, что у него есть чувство юмора. – Это не шутка, – тем же тоном ответил Ян. Его отец перестал улыбаться и мать тоже. Атмосфера разом перестала быть для меня легкой, и стало нестерпимо тяжело находиться в этой комнате. Мать Яна, уловив мое настроение, позвала помочь ей на кухне, за что я втайне была ей благодарна. – Не переживай так. Просто мы родители и переживаем за своих детей, какими бы взрослыми они не были, – она тепло улыбнулась мне. А я совершенно не к месту подумала: и почему моя мама не может быть такой? – Я понимаю. – Если и не понимаешь, я тебя не виню. Когда у тебя появятся свои дети, поймешь. Скажу по секрету, ты первая девушка, которую сын привел к нам в дом. Мы не раз пытались с отцом поговорить с ним насчет его несерьезного отношения к его женщинам… Но неважно. Я хотела сказать другое. Раз он привез тебя сюда, значит ты ему небезразлична. Я вижу по тебе, что ты сомневаешься в его чувствах. Такие вот мужчины. Многие боятся признаться в своих чувствах, чтобы не показаться слабыми, – мне хотелось верить, что все, что она говорит, так и есть на самом деле. После ужина с семьей Яна, я даже успела посмотреть детские фотографии парня и послушать о том, каким задирой и хулиганом он был в детстве. Да и сейчас он не намного лучше. Попрощавшись с нами, родители Яна приглашали меня приезжать к ним еще. Хоть с парнем, хоть без него, на что я смеялась. По пути к дому он пытался со мной заговорить, но я упорно молчала. – У тебя замечательные родители. Но я все равно на тебя обижена. – За что это? – не отвлекаясь от дороги, спросил он. – Ты даже не предупредил меня, – возмутилась я. – Ты бы испугалась и не поехала, – пожал плечами он. В этом он был абсолютно прав. Когда мы приехали к дому, я повернулась лицом к нему и смотрела на него. Протянув руку к его щеке, я провела ладонью и погладила: – Я люблю тебя, – четко произнесла я. Я больше не могла молчать, мне хотелось, чтобы он знал это. – Я знаю, – он повернулся ко мне и улыбнулся. Попыталась скрыть разочарование. Честно, не тот ответ, который я ожидала. Кивнув, я вышла из машины и, не оборачиваясь, пошла в подъезд. Не выйдет. Не догонит. Уедет. Секунда и послышался звук открывающейся двери, две и слышен звук шагов, три и меня разворачивают к себе и прижимают за талию ближе: – Значит, слушай и запоминай. Да, я не кричу на каждом шагу о любви и не буду. Это ничего не значит. Поступки говорят громче слов. Если бы ты мне была не нужна, я забил бы на тебя еще тогда в школе. Я ни за что и на метр не подпустил бы тебя к себе и наоборот. У меня нет привычки связываться с малолетками. Да, может ты считаешь меня бабником, сволочью, но я никогда не соблазнял невинных дурочек ради игры. Для меня все изменилось с момента поцелуя в классе. Я пытался тебя оттолкнуть, но ты сама каждый раз тянулась ко мне. И если ты думаешь, что после всего сказанного сможешь просто уйти, ты глубоко заблуждаешься. Я просто тебя не отпущу, Романова. Я слушала его затаив дыхание. Я понимала, что едва ли не единственная слышу от него подобные слова. В душе царила эйфория. – Я хочу домой, – пересохшими на холоде губами, произнесла я. Он кивнул и отступил на шаг назад. Притянув его за руку, я уточнила. – К тебе домой. Сев обратно в машину, мы поехали к нему. И спустя час я сидела в одной черной мужской футболке в ставшей уже такой родной комнате. – Чем займемся? – спросила я Яна. После меня, он сразу же пошел в душ и сейчас возвращался с мокрыми волосами. – Не знаю. Может, фильм посмотрим? Ты что хочешь? Задумчиво, я пальцами выводила круги у него на животе. Сейчас он лежал рядом в одних джинсах. Под своей рукой я чувствовала, как мышцы его тела напрягаются. – Алин, не провоцируй, – хрипло проговорил он. Мне нравилось, какой эффект я оказываю на него. Значит, не он один так на меня действует. – А если я хочу? – я забралась к нему на колени, отчего футболка задралась, оголяя бедра в кружевном белом белье. – Значит, сама нарвалась, – он сделал устрашающий вид, а я сделала вид, что испугалась и вскрикнула. Долго мне наслаждаться своим триумфом не дали и мгновенно подгребли под себя. Уже поздно ночью, когда парень спал, я повернулась в его руках и посмотрела на его лицо через свет уличных фонарей, пробивавшийся через окно. Кончиком пальцев я ласково провела по его скуле и тут же одернула руку, боясь разбудить его. Кожа до сих пор горела от недавних прикосновений, вызывая вслед за собой табун мурашек по коже. Вспомнилось, как в детстве папа учил меня плавать. Я все время боялась уйти ко дну. Было страшно. Но такое, конечно, бывало. Разве возможно за всем уследить? Помню, однажды я заплыла далеко и ушла ко дну. Я прекрасно помню все те ощущения. Страх. Безысходность. Смирение. Посторонних звуков не было слышно, а под водой лишь мутная вода. Я пыталась вспомнить, как меня учили плавать: двигай руками и ногами. И я двигала, барахталась, но ничего не выходило. И когда уже думала, что это конец, меня тянули наверх. Любовь к нему – то же погружение. Очень страшно и неизвестно, но жизненно необходимо. Хочется стать ему ближе всех. И если плавать я так и не научилась, то от своих чувств к нему я не откажусь. Я больше чем уверена, что где мы не были через год или десятки лет, мои чувства к нему никогда не пройдут. И вспоминая его слова, я понимала, что мои чувства не безответны. От этого становилось тепло и спокойно. Вместе мы со всем справимся. Я верила, что именно сейчас наступила та самая светлая полоса в моей жизни, несмотря на разлад в семье. Покрепче прижавшись к сильному родному человеку рядом, я незаметно уснула с улыбкой на губах. Ведь в тот момент я не предполагала, что эта «светлая полоса» совсем скоро станет самой черной в моей жизни…