Желание

Шикамару не нравилось в Академии. С самого начала их грузили тайдзюцу, что никак не могло понравится Нара. Бегать пять кругов вокруг Академии? Упаси Ками-сама, ему было слишком лень. Его бы воля, он просто лег где-нибудь под кустом и заснул, глядя на небо. Но его желанию не суждено было сбыться — Наруто, чертов энерджайзер, никогда не оставлял его в покое. Шикамару чуть ли не слезно умолял оставить его, но Наруто был непреклонен — они должны были добраться до финиша вместе во что бы то не стало. И добирались же. Потом они должны были учиться и Шикамару был рад, что хотя бы в одном они с Наруто были согласны — учеба это отстой. Скучно, муторно и слишком проблематично — спать было гораздо полезнее. Только Чоджи иногда пытался что-то записать, но объяснения Ируки-сенсея были столь непонятны, что и он терял веру хоть что-то понять. Немного интереснее было наблюдать за другими учениками. Уже через месяц было ясно, кто стал негласный авторитетом. Среди мальчиков явно выделялся Саске Учиха. Он не был гением, в отличии от своего старшего брата, но уже сейчас он показывал прекрасные результаты во всем, чего касался. Странно, но он никогда не был собой доволен. Лучший табель в Академии, а на лице такое кислое выражение, будто вместо оценок тухлую рыбу подложили. Ну и, конечно, у хорошенького наследника самого именитого клана в мире образовался неплохой такой фанклуб, руководила которым Ино Яманака. Она не отличалась особым умом или способностями, но ее веселый и задорный характер привлекал много девчонок, особенно неклановых. Так неожиданно среди девочек стала выделяться еще одна — Сакура Харуно. У нее была отличная память, но стоило ей увидеть Саске, и она становилась визгливой дурой. Но Наруто она нравилась, и почему-то Шикамару это раздражало. Вот и сейчас, сидя на галерке, Наруто мечтательно вздыхал, смотря на «любовь всей своей жизни». — Ах, какая же она красивая, даттебайо, — с восхищением протянул Наруто. — У нее такие красивые волосы… Не зря ее Сакурой назвали. — Какой же ты противный, — буркнул Шикамару, не в силах слушать влюбленный бред друга. — Жаль, что Сакура-тян только на этого глупого Саске-теме смотрит, — будто и не слыша, продолжил Наруто. — И что она в нем нашла? — Если хочешь — спроси. Только не уверен, что ответ тебе понравится, — вздохнул Шикамару. И почему Наруто была важна эта заурядная девчонка? Она даже не разговаривала с ним никогда нормально! Только била, если Наруто загораживал ей обзор на ее кумира. — Шикамару, как думаешь, если я стану Хокаге, Сакура влюбиться в меня? — серьезно спросил Наруто шепотом. Шикамару подавился воздухом. Откашлявшись, он в шоке уставился на своего друга. — И как тебе такое в голову только пришло? — Ну Шика-а! — законючил Наруто. — Что я такого сказал? — Ничего существенного, — пробормотал Нара, но увидев непонимание в голубых глазах, решил, что лучше все сказать как есть. — А ты сам подумай — будешь ли ты счастлив, если Харуно будет с тобой только из-за денег, власти и статуса? — Ой… — Звучит плохо, верно? — хмыкнул Шикамару. — И на деле плохо. Обычно браки на такой основе не счастливые, и все стороны потом страдают. — Не знал, что ты столько понимаешь в таких делах. Я думал, что тебе вообще безразлична эта тема. — Ну, для этого много понимания не надо. На мой взгляд, любые отношения, строящиеся на лжи и выгоде, не могут привести ни к чему хорошему. — Глубоко, — многозначительно кивнул Наруто. — Но она все равно красивая. Как никогда Шикамару захотелось стукнуть Наруто чем-то тяжелым. Но, немного подумав, решил обойтись без насилия — ему было слишком лень.

***

— Чертов Саске! Он опять победил! — А был шанс на другой исход? — Ну Шика-а! Наруто и Саске снова сделали партнерами по спаррингу. Тайдзюцу Наруто было уже на приемлемом уровне, но Саске… Этот парень уже давно их всех перегнал в своем обучении. Шикамару думалось, что если бы не мирное время, он через год другой мог претендовать на генина. — Он каждый раз выигрывает! Сегодня он вообще использовал ниндзюцу! — обвиняющим тоном продолжил Наруто, вспоминая тот огненный шар. — Это так-то опасно. Нормально ли вообще ученику Академии применять такие техники? — хрустнув чипсиной, задал вопрос Чоджи. — В правилах спарринга это не было обговорено. Наверное, учителя и сами этого не ожидали, — ответил Шикамару. — Какой же он выпендрежник, — фыркнул Наруто. — Но ничего! Я обязательно смогу победить Саске-теме, если выучу какое-нибудь крутое стихийное ниндзюцу, даттебайо! — Наруто, сначала нужно довести до совершенства тайдзюцу и выучить базовые ниндзюцу, — напомнил ему Шикамару. — Шикамару дело говорит, — кивнул Чоджи. — Какие же вы зануды, даттебайо. А почему вы не расстроены своими проигрышами? — Ну, Киба-кун мне не по силам. Он слишком быстрый, а я нет. Поэтому я был готов к проигрышу с самого начала, — пожал плечами Акимичи. — А ты, Шикамару? Ты даже и минуты не продержался, — спросил Наруто. — Ммм, слишком проблематично, — отозвался Шикамару. — К тому же это девчонка, а девчонок я не бью. Тем более таких, как Хината Хьюга. — Эй, не говори так о Хинате-чан! — возмутился Наруто. — У нее классное тайдзюцу! — И она была готова упасть в обморок, когда нас вывели на площадку, — дополнил Шикамару. — К тому же, если бы я выиграл, то сделал бы только хуже. — О чем ты? — не понял Наруто. Чоджи нахмурился, ожидая ответа. — В клане Хьюга строгие порядки. Для них честь семьи — дороже всего. К тому же она из главной ветви, а значит, что любая неудача несет для нее наказание. Вы разве не заметили? После каждого проигрыша в спарринге она едва ли на ногах стоит в следующие несколько дней, — пояснил им Шикамару. — Я никогда этого не замечал, — сказал Акимичи, покачав головой. — Но я слышал, что ее отец — не самый приятный человек. — Ага. Как и все остальные Хьюги, — хмыкнул Шикамару. — У них либо ты, либо тебя — другого не дано. А ты чего молчишь, Наруто? Наруто едва ли пошевелился после услышанного, чем немного насторожил Шикамару. А потом он резко усмехнулся, будто услышал смешную шутку. Но только глаза оставались холодными, как лед — Я всегда хотел семью. Но я никак не могу принять, что родители могут так плохо обращаться со своими собственными детьми. Шикамару вздохнул. Для Наруто тема семьи всегда была острой. — Но знаете что? Когда я стану Хокаге, все изменится, даттебайо! — сказал Наруто, одаривая друзей своей лучезарной улыбкой. Шикамару просветлел лицом, услышав слова Наруто. Даже ему захотелось верить, что все может измениться.