Без памяти

Весь следующий месяц Северус провел в томительном ожидании, но отнюдь не в бездействии. Пока настаивалось Зелье мужской беременности, он успел выполнить несколько министерских заказов, а также еще больше усовершенствовать некое таинственное снадобье исключительно для личного пользования. Теперь по вечерам у них с Гарри появилось новое занятие: Снейп, как по нотам разыгрывавший собственную партию, расспрашивал Поттера о своем прошлом. Рассказчик из Гарри получился весьма недурной. Он виртуозно чередовал правду с вымыслом и в результате нарисовал очень своеобразный образ строгого, но любящего детей профессора, не без странностей – чего только стоила любовь к переодеванию в женские наряды! – но, несомненно, отважного и внесшего огромный вклад в победу над Волдемортом. Мысленно посмеиваясь, Северус внимал байкам о том, что с самого начала войны был на стороне светлых сил, а уж после убийства Волдемортом своей подруги детства включился в открытое противостояние, чуть не закончившееся трагической гибелью от зубов Нагини. Не забыл Гарри и про их воображаемый роман. Оказалось, что нежные чувства вспыхнули между ними, еще когда Поттер учился на пятом курсе. Почти три года ценой титанических усилий им удавалось держать себя в рамках приличий. Но едва Северус выписался из Мунго после тяжелого ранения, они немедленно заключили министерский брак. – Почему же не магический? – безжалостно попытался застать Гарри врасплох Снейп. – На самом деле это была твоя инициатива, – нимало не смутившись, парировал тот. – Я даже слегка обиделся на тебя тогда, но позже рассудил, что тебе, как старшему, виднее. А потом ты сразу забеременел, и мне стало не до расспросов. О том, как им удалось зачать ребенка без помощи не существовавшего в ту пору зелья, Снейп тактично интересоваться не стал. Тем более что к тому моменту, когда фантазия Поттера практически иссякла, означенное зелье было готово к употреблению. *** В тот вечер Поттер возвратился со службы, по его меркам, довольно рано. Настолько рано, что успел почитать близнецам перед сном, попутно выслушав, какие потрясающие и увлекательные занятия были у них сегодня в лаборатории, а также какой Северус замечательный и как с ним интересно. – Вот бы он остался с нами навсегда! – мечтательно произнес Джеймс. – Папа, а может, ты расскажешь ему правду? – осторожно спросил Сириус. – Мне кажется, Северус так любит нас, что никуда не уйдет. – Боюсь, что, если к нему не вернется память, мне придется это сделать! – тяжело вздохнул Гарри, в отличие от своих наивных сыновей прекрасно представлявший последствия такого разговора. Подождав, пока дети задремали, он поднялся в спальню. Северуса в комнате не было, зато из ванной доносился плеск воды. Гарри по привычке протянул руку к кроватке Лили, но, ощутив под пальцами пустоту, вспомнил, что в прошлые выходные они по настоянию Северуса отселили малышку в отдельную спальню. – Лили уже полгода. Не годится, чтобы она делила комнату с двумя мужчинами, – резонно заметил он. – К тому же ты вернулся на службу, и тебе необходимо высыпаться. – Да, ты прав, – согласился с «супругом» Гарри, страстно желая, чтобы, помимо «необходимости высыпаться», у них была и иная, более интимная причина для перевода Лили в другую спальню под неусыпное око Кричера. Воспользовавшись гостевой ванной, Гарри надел пижаму, вытянулся на постели и закрыл глаза. «Мерлин всемогущий! Как сделать так, чтобы Северус узнал мордредову правду и при этом остался с нами? Остался со мной?! Кто подскажет, как решить эту неразрешимую задачу?!» Между тем плеск воды за дверью смолк. Гарри подавил стон и накрылся с головой одеялом. Выспаться! Как же! Когда каждая клеточка его несчастного, сгоравшего от желания тела жаждала обладать Северусом. – Гарри, – раздался негромкий голос Снейпа, – посмотри на меня! Просьба оказалась столь нетривиальной и произнесена таким умоляющим тоном, что Поттер вылез из своего укрытия и, как его и просили, уставился на Северуса. Открывшееся ему зрелище показалось столь необычным и возбуждающим, что Гарри часто заморгал, подумав, что от недостатка секса он, очевидно, попросту сошел с ума. На Снейпе не было ничего, кроме ажурного пояса и пристегнутых к нему плотно облегавших стройные ноги чулок. Член, который Гарри уже имел удовольствие лицезреть в Мунго, гордо возвышался над всем этим кружевным великолепием, покачиваясь и почти касаясь живота. Гарри судорожно сглотнул. Каким-то, вероятно, шестым чувством – не иначе! – Снейп безошибочно угадал его маленькую тайну. Чулки! Именно так бедной Джинни удавалось хотя бы изредка раскрутить безнадежно влюбленного в другого супруга на горячий секс. А уж увидев эту деталь гардероба на Северусе, Гарри окончательно потерял голову. Разум, осторожность, наконец, инстинкт самосохранения – все это отключилось в один миг, а в следующий Гарри, притянув Северуса к себе, покрывал жадными и страстными поцелуями его живот и внутреннюю часть бедер, одновременно пытаясь содрать с себя ставшую совершенно лишней пижаму. Избавившись от одежды, он сполз с кровати и, не дав Снейпу опомниться, взял в рот вожделенный член. Гарри отнюдь не мнил себя мастером минетов. Напротив, подобные запредельно откровенные ласки он видел только во сне, начитавшись весьма специфических книг из Запретной секции библиотеки Блэков. Но хотя практического опыта у Поттера не имелось вовсе, все с лихвой окупали энтузиазм и желание доставить Северусу удовольствие. И, кажется, его усилия увенчались успехом. Снейп сперва тихо постанывал, стараясь не слишком глубоко вбиваться в рот Гарри, но по мере того, как он терял контроль над собой, движения стали более размашистыми и резкими. Припомнив наставления из столь пригодившейся ему книги, Поттер с негромким чпоканьем выпустил член изо рта и начал вылизывать его по всей длине, уделяя особенное внимание головке и поджимавшимся яичкам. Руки Гарри, до этого ласкавшие лишь нежный шелк чулок на бедрах Северуса, переместились к промежности. Внезапно Гарри на ум пришла дерзкая мысль. – Повернись ко мне спиной, пожалуйста, – прохрипел он, не узнав собственного голоса, – обопрись на кровать. Снейп без вопросов выполнил его просьбу, выставив на обозрение Гарри бледные поджарые ягодицы с мелкой россыпью родинок. Потеревшись щекой о такую желанную задницу, Гарри смело раздвинул половинки и принялся кружить языком возле сморщенной дырочки ануса, ни на миг не переставая ласкать член и яички Северуса рукой. – Ты хочешь сделать мне римминг? – искренне удивился Снейп, отлично помнивший, сколько приходилось платить за подобное удовольствие хастлерам из Лютного. – Очень! – коротко ответил Гарри и в следующую секунду осторожно коснулся ануса кончиком языка. Снейп со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы и прогнулся в пояснице, еще сильнее раскрываясь перед Гарри. Тот воспринял это как призыв к действию и толкнулся языком в узкое, тесное отверстие. Снейп протяжно застонал. Гарри начал ритмично двигать языком, представляя, что если все продолжится в том же духе, то скоро он овладеет Северусом целиком и полностью. Член с готовностью отозвался на эту неимоверно приятную мысль, и Гарри пришлось пережать его у основания, чтобы не кончить раньше времени. Однако долго продержаться ему не удалось. В тот момент, когда Снейп вздрогнул и излился ему в кулак, Гарри испытал такой мощный оргазм, что у него потемнело в глазах. – Сев, – сказал он, привалившись спиной к изголовью кровати и поправляя съехавший чулок на ноге Снейпа, – думаю, что нам обоим на сегодня хватит. – Это почему же? – недовольно осведомился Северус. – Ты... мы... мы давно не занимались любовью, – произнес Гарри, уступая голосам разума и собственной совести, – тебе может быть больно. Кроме того, я опрометчиво выбросил тот лубрикант, которым мы пользовались до твоей беременности. Ты же сам говорил, что тебе разонравился его запах. – Ничего, – усмехнулся Снейп, – обнаружив исчезновение лубриканта, я сварил новый. Не волнуйся. Он извлек из валявшегося на полу халата палочку, призвал из ящика прикроватного столика маленькую баночку и отвинтил крышку. По комнате тотчас поплыл свежий аромат хвои. – Вот, – прокомментировал Снейп, – смазка с расслабляющим и заживляющим эффектом. – И ты действительно этого хочешь? – на всякий случай переспросил Гарри, отлично понимая, что долго не продержится. – И я действительно этого хочу, – эхом отозвался Снейп. – Очень хочу! Иначе зачем бы я стал соблазнять тебя? Отстегнув один чулок, он быстро стянул его с ноги и, набросив Гарри на шею в виде хомута, подтащил к себе и поцеловал. Да так, что последние сомнения напрочь вылетели у того из головы. – Кажется, кое-кто рвется в бой, – заметил Снейп, выразительно поглядев на прилипший к животу член Гарри. – Давай же, Поттер. Не заставляй меня умолять. Он перебрался на середину постели и призывно развел колени. – Не представляешь, как я тебя хочу! – честно признался Поттер, щедро зачерпывая лубрикант. – Вот сейчас и представлю! – коварно усмехнулся Снейп. Гарри закинул ногу в оставшемся чулке себе на плечо, поцеловал Северуса в обтянутую шелком голень и толкнулся в него. Смазка и в самом деле оказалась просто чудесной. Даже когда головка очутилась внутри, на лице Снейпа не дрогнул ни один мускул. – Не больно? – спросил Гарри, всматриваясь в любимое лицо с закушенной от напряжения губой. Снейп покачал головой и закинул вторую ногу на плечо Гарри, насаживаясь еще сильнее. – Двигайся, – подсказал он оцепеневшему Поттеру, – я в порядке. – Я хочу поцеловать тебя, – прошептал Гарри, чувствуя, как от нереальности всего происходящего на глазах наворачиваются слезы. – Я тоже этого хочу, – отозвался Снейп. – Иди сюда! – он протянул руки к Гарри. Этот секс – точнее, акт любви – Поттер запомнил навсегда. В его жизни еще никогда не было ничего подобного, нежного и одновременно страстного. Он боялся сойти с ума от восторга и причинить Северусу боль, но в ту ночь, очевидно, сама Магия берегла их от всего, что могло разрушить то потрясающее слияние тел и душ, которое спаивало обоих в единое целое. Двигаясь в унисон, они будто перестали быть Гарри и Северусом, а превратились в одно плавившееся от удовольствия тело. Не расплетая объятий, не разрывая поцелуя, они словно растворились друг в друге, с каждой фрикцией приближаясь к неведомому доселе пику наслаждения. Гарри потерял счет времени. Он не знал, сколько длилось их невероятное слияние. В какой-то миг удовольствие стало непереносимым, он вскрикнул и позволил волнам оргазма захлестнуть его с головой. А потом еще долго лежал на груди Северуса, доводя того до разрядки и ощущая, как громко стучит под ладонью его сердце. *** Гарри проснулся от того, что противный Темпус гаркнул ему в самое ухо: – Вставай, а то опоздаешь! – Отстань! – отмахнулся от него Поттер. Ему уже давно не было так хорошо! Он превосходно выспался. Тело словно налилось живительной силой, а в голую задницу упиралось что-то горячее и твердое. Голую задницу?! Сон как ветром сдуло. Гарри резко сел на кровати и тут же увидел валявшиеся на полу пижаму и белоснежный шелковый чулок. Заглянув под одеяло, он обнаружил, что второй чулок все еще обтягивал ногу Северуса, на котором из одежды, помимо уже упомянутого нами чулка, был только кокетливый шелковый пояс. – Мерлин всемогущий! – тихо, чтобы не разбудить Снейпа, застонал Гарри и закрыл лицо руками. Кожи коснулось что-то холодное. Гарри оторвал ладонь от лица и оторопело уставился на золотой ободок кольца с рунической вязью, а затем перевел полный ужаса взгляд на лежавшую поверх одеяла руку Снейпа, чей безымянный палец украшало точно такое же кольцо. – Нет, нет, нет, нет! – как в бреду зашептал Гарри. События сегодняшней ночи во всех подробностях всплыли в его памяти. Все оказалось куда хуже, чем можно было предположить: он не просто овладел Северусом, воспользовавшись его амнезией, но и каким-то непостижимым образом вступил с ним в магический партнерский союз. И одинаковые кольца являлись неоспоримым тому подтверждением. В порыве отчаяния Гарри попытался снять изящный золотой ободок, но не сумел этого сделать. Символ магического нерасторжимого брака будто намертво приклеился к пальцу. Не имея ни малейшего представления, как вечером посмотрит в глаза Снейпу, Гарри тихонько поднялся с постели, с несвойственной ему аккуратностью сложил на стуле пижаму, облачился в халат и, словно сомнамбула, отправился в гостевую ванную комнату, где вчера оставил аврорскую форму. *** Едва за Гарри закрылась дверь спальни, Северус, который до того момента успешно притворялся спящим, открыл глаза и с интересом изучил появившееся на безымянном пальце левой руки кольцо. «Любопытно! – подумал он. – Очень любопытно! Значит, магический нерасторжимый брак... Не ожидал такого от Магии. Оказывается, это не просто красивая сказка: она и в самом деле читает людские сердца. Именно поэтому у мелкой Уизли не вышло охомутать Гарри навсегда. Однако будет весьма забавно послушать объяснения Поттера по поводу этого феномена. Ведь по его легенде мы с ним уже больше десяти лет женаты. Почему же Магии только сейчас пришло на ум соединить нас навеки? Бедный Поттер! Не хотел бы я быть на его месте! Магический брак – это цветочки! Посмотрим, что станет с его совестью, когда через две-три недели выяснятся истинные последствия этой ночи. Лишь бы все получилось как надо! – Северус коварно ухмыльнулся. – А все-таки замечательно, что Поттер так и остался ужасающим профаном во всем, что касается взаимоотношений между волшебниками. Иначе он бы тут же догадался, что Магия признала наш союз именно благодаря обоюдной любви. А раскрывать ему свои подлинные чувства совершенно не входит в мои планы. По крайней мере, пока». Снейп потянулся и прислушался к собственным ощущениям. Да, сваренная им смазка, бесспорно, являла собой шедевр зельедельческого искусства! Почти никакого дискомфорта! И это при том, что до вчерашнего вечера он никогда не был в принимающей позиции. Впрочем, и любовник ему достался потрясающий: чуткий, нежный и, как ни странно, раскованный в постели. Снейп плотоядно усмехнулся. В ближайшее время, разумеется, нечего было и мечтать о повторении ночных безумств: Поттер скорее пустит себе в лоб Аваду, чем позволит себе дотронуться до него. Зато потом... Месяца через три, когда он наконец откроет Гарри правду... «Будем уповать, что беременность и неизбежно связанный с ней дискомфорт не убьют во мне желания!» – подумал Снейп, мысленно еще раз смакуя пикантные подробности и чувствуя, как внизу живота скручивается тугая спираль возбуждения. – Ну что ж, – негромко подбодрил он сам себя, направляясь в ванную комнату, – придется пока снимать сексуальное напряжение в одиночку. А там... надеюсь, и у нас с Поттером будет свое «долго и счастливо».