Ты такой идиот...

Поступок Фуюхико посчитали безумием. Вскрыть себе же живот, дабы извиниться перед кем-то, чем еще может удивить якудза?! Если бы тогда никто во время не среагировал, то юноша мог бы просто на просто умереть, а не лежать здесь на больничной койке, смотря на захватывающий все небо мрак, показывая красоты ночного времени суток. Было немного холодно. Кузюрю не ждал к себе никого, все еще позволяя совести с безумием рвать душу за убийство Махиру, хоть и не собственными руками. Чувство мести за младшую сестру сильно поглотило его, и теперь он остался без родного человека и доверия остальных. Хотя и по началу его шибко не было. Парень хотел было перевернуться на бок, как сразу почувствовал сильную боль в области живота, тут же сквернословя себе под нос. Уложив голову на ледяную подушку, он постарался аккуратно укутаться в одеяло, дабы согреться, как услышал тихий скрип двери. Сразу насторожившись, он бросил усталый взгляд на дверь палаты, как увидел знакомое лицо, которое показывало волнение. - Какого черта ты в такую темень ко мне явился? - Тихо спросил было Фуюхико, видя, как нервно треплет в руках пакет с чем-то Казуичи. Хоть не так давно и прозвучало сообщение о наступлении десяти часов вечера, но все же Кузюрю посчитал, что Сода поступил в очередной раз глупо. Что и раньше, когда оба друг друга злобно подкалывали, абсолютный якудза считал Казуичи идиотом, что и сейчас он вновь подтверждал свою теорию. - Решил навестить. Все-таки, я не хочу услышать еще одно сообщение о трупе... - С неуверенной улыбкой на губах ответил абсолютный механик, ставя к койке поближе стул и садясь. Он сразу протянул в руки Фуюхике пакет, говоря, что, хоть Микан, наверняка, кормила парня, но все же побаловать себя иногда стоит. Кузюрю взглянул в пакет и, увидев там каринто, тут же обернулся на Казуичи, чувствуя гнев. - Блять! Откуда ты, нахрен, узнал об этом?! - Фуюхико никому не говорил, что являлся тем еще сладкоежкой, не хуже Хиёко. Считал, что подобное якудзе не свойственно и еще, ой как сильно, боялся появиться в магазине даже в паре метров от прилавка со сладостями. Сода сразу изменился, довольно улыбаясь такой реакции, говоря, что ему лишь птичка напела о такой новости. Быстро перескакивающий с эмоции на эмоцию Кузюрю был забавен и мил. Фуюхико по началу медлил, да затем все-таки раскрыл упаковку с жаренным печеньем, начиная его охотно есть, позволяя однокласснику за собой наблюдать. Казуичи, подперев голову рукой, сохранял улыбку на лице, теряясь в собственных мыслях при наблюдениях. Как тот мазал пальцы и губы в сахаре, как тот сам начинал довольно улыбаться от вкуса жаренных печении. Да не заметил, как ему почти под нос пихнули одно печенье, пытаясь обратить на себя внимание. - Все-таки ты ж мне все это набрал, а сам сидишь, наверняка, голодный. - Добавил парень, заставляя румянцу появиться не только на своих щеках, но и на чужих. Сода довольно перехватил печенье и сразу его съел, решаясь переключиться на рассказ о жизни за окнами больницы. Кузюрю был не против данной темы, сразу подключаясь к беседе, продолжая опустошать пакет.

***

В один момент оба абсолютных просто молчали. Фуюхико, удобно устроившись на койке, вновь созерцал звезды на небе, не зная, да и не желая произносить хоть какое-либо слово. Нарушило бы идиллию, тишину, что довольно устроилась в помещении. Да и не было того напряжения, которое часто охватывает собеседников при паузе, так что разговор был бы лишним. Похоже, что и Сода так считал, изредка меняя положение ног на стуле, да так же глядя в окно. Только вот он иногда поглядывал на юношу в больничном одеянии. Его сердце в очередной раз заныло, заставляя вспомнить, как тот, превозмогая боль, пытался выговорить извинения за все, что только было на втором суде и в той проклятой игре, а главное - за себя. Тихо вздохнув, он аккуратно прикоснулся к чужой ладони, аккуратно обхватывая ее и чувствуя холод. Кузюрю сразу обернулся, но не убрал ладонь, с вопросом смотря на Соду. - Я за тебя чертовски испугался тогда, - шепотом, почти не слышно, говорил Казуичи, поглаживая кожу большим пальцем на чужой ладони, опустив взгляд в пол. Фуюхико тяжело вздохнул и отвел взгляд, вновь чувствуя, как совесть окутывает его уставший разум ледяной водой. Абсолютный механик крепче сжал чужую ладонь, поднимая голову и смотря на Кузюрю, тот посмотрел в ответ, - ты бы только знал, как я себе места не находил из-за тебя. Какого хрена тебе вообще взбрело разрезать себе живот? - его голос дрогнул, тем самым обнажая еще большее беспокойство за юношу. Якудза лишь прикусил губу, тихонько накрывая ладонь Соды своей. Тепло чужой руки его хорошо грело, заставляло немного отвлечься. - Ты же понимаешь, что я не собираюсь отвечать на это... - Абсолютный механик нахмурил было брови, чувствуя резко накатившую усталость. Будто та передавалась лишь в одно касание. Аккуратно подвинул стул, да убрал руку от чужих ладоней, сразу обнимая Фуюхико. Резкий приступ нежности удивлял не только больного, но и самого зачинщика. Он с таким трепетом в сердце сидел и рассматривал его, с такой болью видел, как он вновь удаляется от всех. Даже симпатия к Мисс Сони не сравниться с этим. Кузюрю сначала удивленно смотрел на прижавшегося к нему механика, затем аккуратно смыкая руки за его спиной и еле еле улыбаясь. Так тепло. -Ты такой идиот... - Произнес Казуичи, заставляя Кузюрю усмехнуться. Но каким бы он идиотом не был, как бы только не грубил, уже не утаить того факта, что он мил его сердцу.