Подросток и жизнь

      Уже с минуту Осаму и Чуя идут по улице, полной свежего утреннего воздуха, и совсем пустой, потому что кроме них не было ни души. Они проходят мимо ещё закрытых магазинов, лавочек. Кажется, как будто что-то случилось, что заставило людей покинуть город, и он остался таким, каким его и оставили.       Но вот и та многоэтажка, в которой живёт Чуя. Она также кажется пустой. Мертвенная тишь поглотила этот дом, как и весь город.       Пятнадцатый этаж. Тишь обволакивает лестничную площадку, лифт. Осаму доводит до двери еще совсем пьяного и еле держащегося на ногах Чую.       — Открывай дверь, я буду должен убедиться, что ты в кровати и спишь, — сказал Осаму и хитро улыбнулся.       — Я и сам в состоянии! Мне пришлось согласится, чтобы ты довел меня до дверей, но дальше уже я тебя не пущу, ублюдок!       — Ай, ай, ай, как невежливо. Ты должен был благодарить меня, а теперь… — Осаму взял руку Чуи, лежавшую еще на его плечах и шее, заломил её у Чуи за спиной, и прижал его лицом к стене, — Открывать по-хорошему будешь или нет?       — Пусти, придурок!       Дазай склонился над ухом Чуи и произнес еле слышно:       — Будешь плохо себя вести, я сделаю с тобой что-то о-о-о-очень нехорошее.       Холодок пробежал по телу Чуи. Он испугался. Удивительно, что будучи в полном опьянении, он понял слова Осаму.