Часть 1
15 января 2021 г., 01:37
Утреннее пение птиц заглушала обыденная городская суета: Спешащие по разным причинам куда-то водители, в своих, наверняка купленных в кредит машинах, школьники и рабочие, которые не могут позволить себе ни кредит, ни машину, стояли на автобусных остановках, какие-то мажоры, кажущиеся такими в глазах людей, идущих пешком сквозь множество улиц, ожидали свои такси на уличных тротуарах, крича в телефон некие ругательства, то на офисных рабочих, то на ни в чем неповинного ребенка, забывшего вовремя сдать свой доклад, который теперь шел в школу где-то, видимо на другом конце города, и зазывающие купить свои овощи-фрукты странного происхождения люди, делая комплименты, кажись, всем подряд девушкам, проходящим мимо.
А в это время четверо первогодок, чья компания состояла из совсем недавно познакомившихся одноклассников, направлялась в школу.
И один из мальчишек не обращал внимание ни на что, пока в его голове происходил полный бардак, что был полной противоположностью тому порядку, который существовал там обычно.
Потому что Кэйа изменился. Эти мысли пришли к Итэру слишком внезапно, доходили долго, и, кажется, он поздно до этого додумался вообще.
И если бы у Итэра была возможность понять, что же конкретно в нем поменялось, он был бы согласен отдать за это абсолютно все. Ну, или ему только так казалось.
— Итэр? Хэй, ты меня слушаешь или как? Хотя бы постарался сделать вид, что тебе интересно! — Беннет щёлкнул пальцами перед глазами названного, вытягивая его из глубокой задумчивости. Где-то рядом, прикрыв рот ладонью, хихикнул Чун Юнь.
— Ааа, прости, задумался. О чем ты говорил?
— Он говорил, что, вроде как, звёзды преподнесли ему дар с самого космоса, и сегодня ему точно повезет, — голубоволосый снова хихикнул, но на этот раз уже с некоей иронией, все так же не отрывая ладошку от рта.
— Эй, я такого не говорил! Хоть кто-то в этом мире слушает меня? — Беннет прыгнул вперёд парней, загородив им путь, — Син Цю, хоть ты!
Парень поднял глаза и невинно улыбнулся. Его извиняющийся взгляд Беннет принял не сразу, ещё какое-то время просто тупо смотрел на него, пока наконец не сдался и расстроенно вздохнул. Он никогда не обижался на Син Цю за его молчание или игнорирование, ведь однажды Чун Юнь сказал ему, что даже если Син Цю читает, то все равно слушает тебя, и это откладывается у него в голове. Так что, он неосознанно все запоминает.
Беннет отошёл в сторону, открывая дорогу, и одноклассники уже в молчании продолжили путь к школьным воротам.
Син Цю вернулся к чтению, Чун Юнь изредка поглядывал то на его книгу, то на его лицо, а Беннет видимо о чем-то задумался, опустив взгляд на тротуар, а после и вовсе переведя его на других школьников, следя, кто и чем занят.
Итэр чуть не провалился в пучину бесконечного потока мыслей снова, откуда в этот раз его вывел громкий голос человека, что и стал причиной его задумчивости.
— Итэр, опять во снах летаешь, — с мягкой улыбкой Кэйа, разведя руки в стороны, отошёл от стены забора и приобнял друга за плечи. Син Цю и Чун Юнь молча кивнули в знак приветствия, покидая компанию. Итэр проводил их взглядом, прекрасно понимая, куда они отправились. Беннету удалось озвучить его мысли, но с неким противоречием.
— Снова за мороженым? Уже конец сентября, неужели этот парень не боится заболеть... — парень упёр руки в бока и покачал головой.
Но хоть сентябрь и кончался, лето в этом году решило продлить ощущение каникул. Вот только никакого положительного ощущения это не вызывало. Температура поднималась вплоть до 28 градусов, на улице стояла духота, почва, где на школьной территории росли маленькие кустики, местами потрескалась, ветер в последние недели видимо вообще решил взять отпуск, и даже сам Дилюк стал заплетать волосы в высокий хвост.
Дилюк...
На мгновение Итэру показалось, что он увидел копну красных волос. Рука, все это время обнимавшая его за плечо, отпустила.
— Мне нужно идти, — Кэйа виновато улыбнулся, погладив светловосого по голове, — Если что нужно, пиши.
Напоследок помахав рукой и подмигнув единственным глазом Беннету на прощанье, Альберих убежал.
***
Кэйа изменился. Эти мысли пришли к Итэру снова, прямо на уроке и все никак не оставляли бедного мальчишку в покое. Парни были знакомы давно. Ещё тогда, когда оба глаза первого были на месте. Итэр точно не помнил, как произошло их знакомство, кто заговорил первым, и что привело их к такой крепкой дружбе. Он смутно помнил когда и где это произошло, сколько обоим было лет, и какой длины были его волосы. Зато он четко помнил, каким был Кэйа. По словам матери, Итэру было, кажется, около семи, когда он впервые привел синеволосого друга на знакомство с родителями. Альберих был на два года старше, в полтора раза выше и, как считал тогда Итэр, намного круче. В детстве парень видел в Кэйе такого человека, к чьей обаятельности, красоте и уму нужно было стремиться. Однако старший всегда это отрицал, говоря, что "Итэр, да тебе любая стихия по зубам!" Но и не самые приятные воспоминания сохранились у него в голове. Когда ему было десять, он четко помнил, как на пару недель Кэйа пропал. Итэр не был глуп, поэтому понимал, что если Альберих куда-то собирается отлучиться, то обязательно сообщит. Но тогда он не сообщил. Когда ему было двенадцать, он четко помнил, как вместе с Кэйей заказывал в интернет-магазине, который отец Итэра им показал, глазную повязку, ведь несчастный случай, произошедший с синеволосым оставил свои следы. Когда ему было четырнадцать, Альберих, готовившийся к поступлению в старшую школу, наконец решился рассказать, что же с ним приключилось. Итэр был поражен отвагой и смелостью друга. Он всегда этим поражался. Но на этом характер Альбериха не заканчивался. Кэйа также был добрым и очень общительным, правда его шутки плыли по реке пошлости, а в разговоре место занимал даже не скрытый флирт. На вопросы он расплывчато отвечал "да" или "нет", был любителем лишний раз кого-нибудь обольстить, имел странный юмор и слишком дорожил Итэром. И, вроде бы ничего не изменилось, но Итэр был уверен, что что-то не так. Что-то, что-то точно не так, но он не понимал что. Это болезненно давило. Чтобы хоть как-то отвлечься от этих мыслей, Итэр опустил голову на ладонь и оглядел класс. Он не чувствовал себя здесь своим. Большинство его новых одноклассников перешли из средней школы сразу в старшую, ведь это учебное заведение рассчитано, как на средние, так и на старшие классы. Огромная территория, включавшая в себя два корпуса, несколько больших тренировочных залов, казалась со стороны чем-то нереальным. Итэр ещё не привык к такой, как он ее видел, гигантской площади, потому постоянно терялся, сливался с бесконечным потоком учеников и в поисках нужных кабинетов постоянно попадал не в те. Именно поэтому он был благодарен, что попал в класс, где нашел хоть какую-то поддержку. И хоть Беннет не был лучшим спутником или, если так можно сказать, гидом, Итэру все равно было спокойней от того, что он такой не один. Не один сталкивается со старшеклассниками, попадает в передряги, падает с лестниц, а потом по несколько уроков сидит у медсестры и выслушивает ее очередные поучения, одновременно с покачиванием головы ее помощницы и одноклассницы Итэра Барбары. Но они все равно различались. Если, по рассказам самого Беннета, для него это обыденные ситуации, то Итэр к такому не привык, поэтому часто искал поддержку у Кэйи, которую в последнее время, по какой-то причине перестал получать. Яркая вспышка промелькнула у него в голове. Точно. Внимание. Кэйа почти перестал уделять ему внимание.***
Сухие листья деревьев почти незаметно колыхались от совсем лёгкого теплого ветерка, и множество школьников сидели за уличными деревянными столами, увлеченно беседуя и поедая свой обед на большом перерыве. Итэр ковырял вилкой свою еду, пока рядом сидящий Беннет с улыбкой уплетал ванильный пломбир, давно покончив с основным блюдом. Забыл, видимо, что говорил с утра. Напротив, Син Цю, отложив книгу, медленно пережевывал пирожок, слушая об очередном сне Чун Юня. — Итэр, а ты чего не ешь? — Из-за спины появившийся Кэйа, видимо напугал Беннета, отчего тот уронил мороженное, издавая смирившийся вздох. — Задумался просто. — Он в последнее время такой, — Чун Юнь положил ладошки на стол, обращая взгляд к небу, — Раньше был более общительным, а сейчас, как с ним заговоришь, повторять приходится, даже бывает и по несколько раз. — Правда? — Альберих выглядел удивленным, но Итэр не мог этого видеть, а понять, по как всегда спокойному тону голоса просто не был в силах. — Наверное. Я не могу сказать точно, ты наверняка знаешь лучше, — голубоволосый слегка кивнул головой, как бы подтверждая собственные слова. — Вот как, — Кэйа перепрыгнул через скамейку, садясь между Итэром и Беннетом, — Расскажешь? — Да нечего говорить особо. Повисла тишина. Кэйа следил за движением руки Итэра с вилкой, потом перевел все ещё вопросительный взгляд на Чун Юня, но тот лишь пожал плечами. — Мы пойдем, — Син Цю поднялся, беря в одну руку книгу, а в другую ладошку друга. — Беннет, пошли. — А? Но я ещё... — Ты ведь хотел рассказать что-то утром, верно? Сейчас самое время, — синеволосый вышел из-за стола, потянув за собой Чун Юня. — Итэр, мы пойдем? — неуверенно спросил Бенни, наклоняясь вперёд, чтобы видеть выражения его лица. Но тот выглядел абсолютно нейтральным, и таким же тоном ответил: — Да, конечно. Син Цю оттолкнул поднявшегося Беннета в сторону, чтобы тот не наступил в мороженое, которое уронил всего пару минут назад и грациозно пошел вперёд, раскрывая книгу. Мальчишка последовал за ним, подмечая у себя в голове, что синеволосый все ещё держит Чун Юня за руку, но решил ничего об этом не говорить. Когда они полностью скрылись из виду, Кэйа спокойно, с некой просьбой в голосе, заговорил. — А теперь расскажешь? Итэр вздохнул. — Говорю же, нечего мне рассказывать. — Уверен? Светловолосый наконец удосужился посмотреть на друга. — Я думаю, это ты должен мне рассказать. Кэйа отодвинулся назад, упираясь локтем на стол, и положил голову на ладонь. Тёмно-синие волосы блеснули на солнце. Он слегка улыбнулся и какое-то время молчал, пытаясь понять, что же хочет услышать его друг, и в итоге сдался, так как абсолютно ничего не пришло ему в голову. — И что же? — Ну, например, резкие смены твоего поведения, — Итэр наконец отложил вилку в сторону, и всем торсом повернулся к Альбериху, заглядывая в единственный глаз, пытаясь найти там хоть какой-то ответ. Но Кэйа молчал, и его взгляд ни о чем не говорил. Парень вздохнул, но в этот раз удивленным не звучал и не выглядел, поэтому светловолосый просто продолжал следить за его движениями, все ещё в попытках что-то узнать. Но ничего. Кэйа выглядел таким же, как и всегда, вел себя, как и всегда, и тон его голоса был такой же, как и всегда. Итэр не знал, ошибся ли он, или все-таки в его друге и в правду что-то поменялось. Может он и впрямь просто слишком много думает? Как никак, Альберих уже третьегодка, уже нужно думать о поступлении и, навер— — Итэр, а тебе нравится кто-нибудь?
