"Стренжер ин зе ку"...

      Невозможно яркое изумрудно-голубое море до самого горизонта режет глаз, отражая солнечные лучи, и травит душу. Из фонаря моего истребителя слышен вой вражеского бомбардировщика. Мы летим в одну сторону — к вьетнамской деревне, только цели у нас разные. Он несёт смерть детям и женщинам, а я несу смерть ему.       Нас восемь. Вэнь сказал, плохое число, но никто не стал отказываться лететь. Отказаться, значит обесчестить себя перед армией, перед страной, перед товарищем Мао, перед родом. Но восемь — плохое число — это два раза по четыре. Шлем давит виски, солнце слепит глаза. Идём над лесом, до берега ещё минут двадцать жизни. Надышаться бы успеть.       — Лю, как ты там? — это мой друг Янг Шенли, он мой ведомый.       — Всё хорошо, Янг, — мы никогда не называем личных имён в эфире. — Что там сзади?       — Пэнь и Вао прикрывают нас. Дальше чисто.       — Это хорошо.       Вот впереди отваливается влево двойка Чжао и Чанг, а вправо уходят Ван и Ли. Кого сегодня недосчитаются при посадке из восьмерых?       Внезапно вижу толстую задницу бомбардировщика! Ну, и вой! Он летит ниже нас с Янгом и пока нас не видит. Есть шанс сбить его прямо теперь!       — Янг, прикрой меня! Иду на «ты»!       — Я здесь, брат!       Я слегка наклоняю корпус вниз, чтобы поймать в прицел толстую задницу или хотя бы крыло напалмового монстра, боковой ветер меня слегка ведёт в сторону от курса, но я делаю выстрел и срезаю правое крыло почти посередине.       — Да! — кричит Янг. — Ты сделал это!       И через секунду я слышу стрёкот его пулемёта.       — Янг, что там?       — Лэй, братишка… Прощай! Я горю!       — Не-е-ет! Шенли-и-и!!! Не-е-ет!       Я поворачиваюсь назад и вижу уже только дымный след, а мне в хвост заходит звездастый полосатый «Скайхок». Я резко рву штурвал на себя, ухожу вверх, но не успеваю, и он режет мне хвост.       Неуправляемый «МиГ» ещё держится каким-то чудом за воздух, я успеваю расстрелять моего виз-а-ви, но…       Мне больно? Да, но это уже не шлем давит, а рвёт правый висок пуля. Чувствую, как течёт по щеке горячая струя моей крови.       — Я больше не в счёт, ребята, — успеваю прошептать в микрофон…       Красивый венок из тропических цветов лежит поверх пальмовых веток на холмике свежей земли. Они нашли наши с Шенли тела, они устроили нам похороны, хотя должны были выдвигаться на север.       — Они ушли достойно, — говорит шаосяо (капитан) Тян Джанджи, и мои однополчане гордо отвечают однократным салютом.       В следующий раз они взлетят вшестером. Шесть — счастливое число.