Смертельная любовь

Юнги открыл глаза и, как сквозь туман, увидел средних лет бету в белом хала- те, которая сидела напротив него и встряхивала градусник. Заметив, что он хочет что-то сказать, она приложила палец к губам. -Вам ещё нельзя разговаривать, тихо сказала медсестра. — Где я и сколько времени здесь лежу? — с усилием спросил Юнги. — Потом, потом, дорогой, — замахала руками женщина. — Врачи запретили Вам разгова- ривать… Юнги закрыл глаза и попытался собраться с мыслями. И не мог — в голове стоял какой-то непрерывный нудный звон, который никак не давал ему сосредоточиться. «Где я? Сколько времени здесь лежу?» — задавал он последовательно себе вопросы и ни на один из них так и не мог ответить. Через полчаса в палату вошел парень в рваных джинсах и клетчатой рубашки и когда, альфа поднял голову и посмотрел на его лицо. Его сердце бешено билось, все тоже лицо. Пухлые гулы и щеки, и этот взгляд виноватый, печальный. -Уходи- прошептал Юнги и отвернул голову, чтобы не видеть любое лицо. -Юнги, я знаю что сделал тебе больно. Я знаю, что ты можешь послать меня, но прости меня. Я люблю тебя… -Чимин к чему ты клонишь. Ты сам сказал, что я для тебя обуза, моя любовь для тебя омерзительна. -Я знаю, ты можешь послать меня. Ты чуть не умер, у меня на руках. Твое сердце не билось, ты был на волоске от смерти и нихуя не подумал обо мне. Я все эти месяцы ждал тебя и вот тебя привозят в крови и переломах. Ты подумал о моих чувствах, так что отвечай за последствия. Как говорится: «мы ответите за тех, что приучили». И ты отвечай. Юнги слушая омегу, понимал его он сам страдал все месяцы. -Подойди поближе. -омега подошел ближе к кровате, где лежал его альфа. Юнги схватил, его за руку и повалил на себя и обнял за талию одной рукой. У Чимина расширились глаза от шока. -Ты идиот, у тебя швы, а если бы они открылись. Раз о себе не беспокоишься, то хотя бы обо мне подумай… Юнги надавил на затылок и поцеловал, поцелуй был нежным. Чимин сел на край кровати и более страсно отвечал на поцелуй. -Я рад за вас.- прервал голубков Джин и ухмыльнулся смотря на красного Чимина, который спрятал лицо на груди альфы. -А как же я рад, я тоже по тебе скучал.-улыбнулся Юнги и обнял омегу одной рукой. -Шутки на потом оставим, я получил твои анализы и твою карту из Америки. Твое состояние ухудшилось и Доктор Мерфи, обрал осколки, но трещины некоторые останутся на всегда. И если пересадку сделать, тебе придется ходить в очках.-Джин посмотрел на голубков, вздохнув и вышел из палаты. Когда дверь закрылась, Юнги посмотрел на омегу. Захочет ли, Чимин с ним таким. Когда таким я стал -Эм Чими…-Омега накрыл ладошкой его рот и посмотрел на альфу. -Заткнись, и слушай меня. Мне похуй, в очках ты будешь или нет, хотя ты в очках очень сексуальный. Юнги ты мой дом, мы с тобой как большая семья, и я надеюсь что смогу стать членом твоей семьи-говорил Чимин, обнимая Юнги. Юнги до сих пор слышал, как сердце того чересчур громко и быстро билось о ребра. Юнги не мог не радоваться этому, что эта булочка хочет быть частью его семьи. -Что угодно, но ты еще не знаком с Намджуном и он еще та заноза в заднице.-Юнги наклонился ближе к лицу омеги. Чимин дрожит в предвкушении. Его губы ждут поцелуя, и Юнги дарит его, касаясь мягких губ так нежно, как только может. Юнги не углубляет поцелуй, лишь касаясь к губам, но Чимин дрожит. Юнги хочет разорвать поцелуй, но Чимин хнычет в мгновение, Юнги приживается сильнее. Спустя месяц — До президента проще дозвониться, чем до тебя! — у Сокджина голос измученный, уставший, но вполне довольный, отчего Пака значительно попускает, и он, наконец-то, может сделать один глубокий и полноценный вдох всей грудью. Уж было хочет вякнуть «да кто бы говорил», но быстро себя останавливает, вскакивая со скамейки. -Хен, где Юнги-хен? Что с ним? — Чимин готов услышать любой ответ, однако жмется к стене, как испуганный котенок. Слишком страшно услышать то, с чем он не сможет справиться. -Операция прошла успешно, вот жду, пока придет в себя. Я почти насильно его собирал, он чуть ли не в драку со мной полез и все твердил, что ты мудак. -Просто, я хочу кота, а он против.- Ведь нужно бежать, нужно успеть оказаться рядом, когда хен придет в себя и наконец-то увидит свет за долгое время. Это немного эгоистично, но Чимин и правда хочет, чтобы Юнги первым делом посмотрел на него. У Пака сорванное дыхание, миллион отговорок перед расстрелом и стоящий рядом Сокджин. Чимин обещает, что непременно расскажет все потом, и старший почти уверен, что скоро врача придется вызывать не Юнги, а гранатовой макушке. Того гляди в обморок упадет. Сокджин смотрит через толстое стекло на лежащего в больничной койке Мина, а у того бинты на глазах, и едва ли вздымается грудь в циклах дыхания. У Чимина же все внутри сворачивается в тугой узел при взгляде на беспомощного и такого хрупкого Юнги. -Ему сегодня повязки снимут? Я думал, должно пройти время. -Врачи слишком долго боролись за его зрение, им нужен немедленный результат. Если все хорошо, то его выпишут, и придется еще какое-то время походить с бинтами, чтобы все зажило, — Сокджин вздыхает, доставая из кармана телефон и быстро набирая сообщение. Чимину думается, что Намджун-хен тоже волнуется. Из палаты выходит доктор и улыбается омегам. -Через месяц можно снять бинты, хоть зрение будет с ним, ему придется носить очки и капать капли. Чимин вошел в палату и сел на стул и звял его ра куру и переплел пальцы. -Хен, я с тобой и всегда буду рядом- Юнги повернул голову на родной голос. -Юнги, я доверяю тебе, слышишь. Доверяю именно тебе! Только попробуй смотреть на других омег, мы будем жить друг друга и воспитывать детей и заведем кота. -У меня аллергия на шерсть. Чимин нежно поцеловал губы мужчины, аккуратно сминая их, когда Юнги наконец-то отвечает. Мин не хотел оставлять это сокровище.