Что ты натворил?

Ванечка гремит ключом в замке и напевает что-то под нос.В руке пакет из продуктового, а в наушниках играет бодрый хопчик. Сейчас он зайдёт, переоденется, поцелует Ваню и будет готовить.Ваня сидит на диване и играет в плойку.На полу стоит пустая бутылка пивчика.Светло снимает всю верхнюю одежду и идет к нему.Тот улыбается и откладывает джойстик.  — Привет, что сегодня покушать готовить? Ванечка проводит рукой по пепельно-блондинистым волосам и целует его в лоб.  — Солянки хочется — Мечтательно произносит Рудбой и притягивает к себе ближе. Дома хорошо и уютно.Дома его любят и ждут.Почти полгода совместного проживания и до этого столько же отношений.Ванечка любит Ваню, а Ваня любит Ванечку. Но сейчас все не так. Рудбой сидит за компом быстро что-то печатая. Светло тискает Гришу и мнёт щечки смотря какой-то глупый сериал.Подходит к Ваньке со спины и кладет голову на плечо. — Что делаешь? — Проводя ладонью по предплечью поинтересовался Светло и аккуратно поцеловал в щеку. — Не мешай… Пожалуйста. Тут с мерчем пиздец. — Евстигнеев повел плечами невзначай намекая чтобы Ванечка отвалил. — Как закончишь, приходи ко мне в ванну — Светло включает водичку, наливает жижу чтобы пенка была, немного сыпет соли и ложится в горячее.Тело моментально превратилось в пластилин, а мысли в голове такие вялые.Когда Ванечка позвал Евстигнеева в первый раз, тот не отозвался.Второй тоже.Светло выполз из ванны, наспех вытерся и пошел в комнату.Там только в гордом одиночестве лежал Григорий и компьютер был переведён в спящий режим.Ванечка взял телефон и набрал его, но абонент был недоступен или вне зоны действия сети.Может по поводу мерча что-то решать уехал? Но он бы предупредил.Странно. Светло не спал, хотя очень хотелось.Входная дверь тихонечко щелкнула и хлопнула закрываясь. Евстигнеев как мышка пробрался обратно в комнату, снял всю одежду, заполз под одеялко к Ванечке и обнял.А Ванечка и не заметит запах сладковатых духов.Чужих. Рудбой стал пропадать регулярно.На звонки не отвечал, не писал.Ванечка пытался закатить ему скандал, но тот только улыбнулся и к губам своими прижимался.Назвал Светло ревнивым дурачком, а после Ванечка еще пару часов не мог сдвинуть ноги. Становилось все хуже и хуже. В последнее время тот стал огрызаться и хамить.Но что Ванечка сделал? Попросил носки в стиральную машинку убрать, или посуду помыть.Это разве преступление? Рудбой пришел пьяным.Шатался и лыбился.На часах было три часа ночи.Светло сонный вышел в коридор и смерил его взглядом который был полон вопросов.Тот перестал улыбаться и как-будто в миг протрезвел.Прошел мимо слегка задевая плечом.Сложил все вещи на место, упал на кровать и уснул.Тяжело вздохнул и откинул уголок одеяла якобы приглашая к себе.Придвинулся ближе греясь как от печки. — Вань, я сегодня на работе задержусь- Уставше пробурчал Светло и отпил из чашки. — Ладно — Слегка прибавив грусти в голосе сказал Евстигнеев. 00000х Ванечку отпустили на пару часов раньше, чему он был несказанно рад.Он зашел в продуктовый, купил Грише корма, Ване его любимую шоколадку и бутылку вина.Заплатил картой и убрал все в рюкзак.Поднимаясь по лестнице, Ванечка снова думал.Как его сегодня встретят? Ссутуленной спиной, молчанием, и нечитаемым пустым взглядом.Светло чувствует как с каждым днем он гаснет.Гаснет когда Ваня на него орет, когда ему не отвечают на поцелуй, гаснет когда… Ванечка заходит в квартиру и прислушивается.Кто-то хихикает, а потом в голос стонет.Звуки разрезают тишину.Стоны, шлепки, и голос… Ванин голос. — Андрюша, тебе же нравится когда в тебя кончают да? — Глухо донеслось из комнаты. Светло тихо прошел в комнату и замер.Вцепился в косяк пальцами. — Вань? — Парень на нем дернулся и обернулся. Потряс Рудбоя по плечу и сполз с него. — Ты же говорил что никого нет у тебя! — Пробубнил Андрей. — Дак нету… — Ваня приподнялся и поймал бегающий ванечкин взгляд по комнате.- Блять Светло быстро прошел к столу, достал переноску. Андрей напяливал футболку, а Рудбой сидел на краю кровати закрывая лицо ладонями.Уже в штанах. Ванечка затолкал Гришу в переноску, взял самые нужные вещи и ушел.Слезы сами текли, а Ваня так и остался сидеть на кровати закрывая лицо руками.  — Что же я натворил…