Букет из звёзд и полевых цветов

      На Мондштадт опускается закат. Несмотря на поздний час, солнце греет не хуже, чем днем, и слепит всё так же сильно. Ступни утопают в тёплом песке, до слуха доносятся крики пролетающих над самыми волнами чаек, а воздух пахнет солью и свободой.       Люмин стоит на мелководье, спиной к нему, и морской бриз треплет полы тонкого белого платья, так непохожего на ее привычный наряд. В лучах закатного солнца она особенно прекрасна: Венти готов любоваться ею хоть целую вечность напролет, смотреть и смотреть, запечатлевая в памяти милый сердцу образ до мельчайших деталей.       Её тихий смех, напоминающий перезвон колокольчиков, наклон головы, аккуратный профиль с чуть вздернутым носом, короткие пряди, тонкие мозолистые пальцы, так легко, играючи даже управляющиеся с мечом. Он любит её так искреннее и преданно, так же, как и она его, и им обоим не нужны слова, чтобы знать об этом.       — Ты чего там стоишь? — улыбается Люмин, повернувшись к нему вполоборота. Как будто знает, что всё это время он думал только о ней. — Иди сюда, смотри, как красиво.       Венти послушно подходит ближе, и набежавшая волна целует кожу холодом, заставляя вздрогнуть от контраста температур. Люмин запрокидывает голову, несколько мгновений вглядываясь в розовеющее на западе небо, а после прикрывает глаза и вдыхает полной грудью соленый морской воздух. В лучах закатного солнца ее светлые волосы отливают золотом. Венти вперед не смотрит — океан, несмотря на всю его красоту и великолепие, он видел бесчисленное множество раз. Венти смотрит только на Люмин, и в груди у него подобно первому весеннему цветку распускается чувство щемящей нежности.       Люмин редко можно увидеть такой умиротворенной и расслабленной, не обремененной грузом ответственности и проблем, с которыми нужно как можно скорее разобраться. Её глаза сияют расплавленным золотом, искрятся этим внутренним светом. В них не сыскать ни тоски, ни сожалений о прошлом, ни застарелой горечи, таящейся на дне зрачков. Сейчас она похожа на обычную девчонку, веселую и счастливую, совсем ещё юную.       — Смотри, там дельфин!       Она указывает рукой куда-то вдаль, на клонящееся к горизонту оранжевое солнце, и Венти, приложив ладонь ко лбу на манер козырька, смотрит туда, но видит лишь безмятежные океанские воды. Однако глаза Люмин сверкают неподдельным восторгом, когда она поворачивается к нему с широкой улыбкой на лице.       — Ты видел? Видел же?       — Конечно, — лукавит Венти, хотя на самом деле не видел ничего, кроме солнечных бликов на поверхности воды. Поддавшись внезапному порыву, он притягивает Люмин к себе за талию и коротко целует светлые волосы. Она пахнет ветром, морем и полевыми цветами, пахнет спелыми закатниками, которые принесла с собой в плетеной корзинке.       Так они и стоят — на мокром песке, в объятиях друг друга, слушая шум прибоя и глядя на необъятный, расстилающийся перед ними океан, в котором тонет закатное солнце. Венти улыбается своим мыслям, думая о том, что именно такие моменты, как этот, делают его по-настоящему счастливым.