Моя личная горничная

— Господин Хитоши, здравствуйте. Я хотел сказать, что больше не буду следить за вашим сыном. Я больше не буду выполнять эту грязную работу. На том конце трубки было тихо, пока Хитоши, ни с того ни с сего, громко не закричал на него. — Что это значит, Накахара? Ты забыл наш договор? — Я всё помню и договор сдерживал, но меня всё равно нашли и чуть не. забрали. — Этого не может быть. — Верьте или нет, но это последний наш разговор. Отныне я не работаю на вас. — Ты, наверное, не совсем понимаешь. Что будет, если ты откажешься. Хочешь повторить судьбу тех, кто попадает в лапы Мафии? Ты будешь молить о смерти. — Это уже вас не касается. И отключился. Чуя быстро выключил телефон, достал сим-карту и сломал. Придётся купить новую. И квартиру поменять. Особо много мест у него не было, где можно было бы спрятаться. Но нужно было переждать пару недель, месяцев. Хитоши его обязательно сдаст. Но для начала нужно кое-что сделать. Чуя посмотрел на экран телефона и с неким волнением вошел обратно в дом. Сначала он прошел в ванную и умыл лицо холодной водой, а после посмотрел в зеркало, обдумывая то, как он попрощается с Осаму. Трудно уходить от человека, к которому ты привязался, не признаваясь себе в этом. Обдумав, как Накахара это сделает, он пошел в кабинет Хитоши, где и находился его сын. Пассия сначала теребил перед дверью юбку от волнения, но потом спокойно вздохнул и, поправивив её, постучал в дверь, для предупреждения, а после прошел в кабинет. Дазай, после стука в дверь, перевёл взгляд на вошедшего Чую. Старший поднялся и подошёл к нему, ибо тот смотрел в пол, а не него. Парня это напрягло. — Чуя, что-то случилось? — Осаму взял его за подбородок и приподнял его голову, дабы взгляд Накахары был направлен в его глаза. Мальчишка лишь промолчал, но все-таки поднял свои прекрасные голубые глаза на сына хозяина дома. Из-за разницы в росте, младший взял того за ворот рубашки и притянул к себе, а после нежно коснулся своими губами чужих губ. Это был простой легкий и нежный поцелуй на прощание, который продлился от силы секунд 10. Сердце Чуи в этот момент колотилось достаточно сильно. Дазай же стоял в неком негоовании, или же, по-другому, это можно было назвать шоком. Он размышлял о содеянном его личной прислугой во время столь быстрого для него поцелуя. Осаму хотел углубить поцелуй, как вдруг Накахара отпрянул от его губ и хотел было уйти. Но он взял собеседника за руку и потянул на себя, прижимая к себе, обхватывая при этом талию уже покрасневшего Чуи. Старший посмотрел в красивые глаза младшего и затянул его в долгий поцелуй. Как же долго он этого ждал. Хоть, он и мог это сделать сам, но не очень хотелось вынуждать при этом самого Накахару. А тут такая возможность появилась, что очень даже кстати. Теперь Чуя пребывал в шоке из-за сложившейся ситуации. Было и приятно, и грустно на душе. Он закопался в своих мыслях, подальше от реальности. Их языки сплелись в жарком танце. Пока прислуга пребывал в негодовании, Осаму воспользовался моментом и подхватил его за бедра, не прекращая целовать, а после понёс к себе в комнату. По дороге они никого не встретили, что несомненно радовало обоих. Было бы очень неудобно встретить кого-то в таком положении. Дойдя до комнаты, встала одна проблема, в виде закрытой двери. Опустив Чую, он одной рукой прижимал к себе парня, а другой открыл дверь. Войдя в комнату, Дазай прижал Накахару к двери и снова поцеловал. Их охватила страсть и они не могли оторваться друг от друга. В планах рыжика не было всего этого. Но видимо судьба решила всё за него. Оторвавшись от припухших от поцелуев губ, Осаму сказал: — Ты уверен, что хочешь этого? Глаза цвета океана в солнечный день столкнулись с глазами цвета лучшего коньяка или вкусного тёмного шоколада с ликёром. Они наслаждались этим мгновением, друг другом. Сердце Чуи делало кульбиты, стоило карим глазам метнуться с глаз на губы и обратно. Не смог выдавить из себя хоть какое-то слово, он просто кивнул. Живём один раз поэтому свой первый раз рыжик хочет провести с любимым человеком. Да, с любимым. Чуя наконец-то признался себе в этом. Особенно повлияла вчерашняя ситуация. Но даже, во вроде хэппи энде, есть один недочёт. А именно — мешающая жизни Мафия. Это огромный минус и он перекрывает всё счастье. Но сейчас нужно было следовать своему плану. Поэтому Чуя подался вперёд и впился в губы шатена. Он обхватил руками шею и запустил ладонь в тёмные волосы. В это время Осаму прижал парня и потащил к кровати. Легонько толкнув рыжика на матрас он сразу припал к шее. Чуя в это время чувствовал самые смешанные чувства. Ему определённо было хорошо, даже очень. После поцелуев кожа приятно покалывала и расцветала красными пятнами. Найдя застёжку на костюме, Дазай потянул её вниз, оголяя спину. Вторая рука тем временем забралась под юбку и оглаживала бедро. Ему чертовски нравился Чуя в таком наряде. Кто ж знал, что у него появится такой странный фетиш. При том что на девушках этот фетиш не работал. Но Чуя лучше девушек. Дазай быстро стянул форму и начал зацеловывать грудь, при этом одной рукой теребя сосок, а другой стягивая чулок. Сверху послышался тихий стон. Рыжий прикрыл глаза одной рукой, а второй сжимал простынь. Отбросив ненужную сейчас ткань на пол, Осаму начал сам расстёгивать свою рубашку. Заметив это, Накахара убрал его руки и сам расстегнул и отправил вещь к форме. Голубые глаза удивлённо распахнулись, смотря на грудь покрытую бинтами. Белые ленты были аж на запястьях. В некоторых местах без бинтов были видны уже светлые шрамы. Во взгляде читался вопрос, но вместо этого Чуя схватил запястье и поцеловал в шрам. Дазай как завороженный смотрел как Накахара несколько раз поцеловал пару шрамов. Он боялся очевидного вопроса от парня. Но вместо этого Чуя спросил: — Мы будем продолжать или нет? Осаму аж улыбнулся и, повалив парня, стянул второй чулок и поцеловал во внутреннею часть бедра. В мыслях он радовался понятливости Чуи, сейчас не время отвечать на какие-либо вопросы о шрамах. Это не очень приятная тема. Дазай застыл, смотря на чёрное женское бельё. Чуя только больше смутился. Он на серьёзе думал, что чтобы влиться в образ девушки нужно носить женское бельё. Хоть лифчик не стал надевать. Хотя вон, его за это уже загнобили по типу «Доска, как на тебя вообще повелись?». Чуя вообще не понимал этот прикол с грудью. Какая разница есть она или нет, главное какая душа и что в голове. Осаму провёл пальцем по кромке белья, чуть оттягивая. Он не стал задавать вертящийся на языке вопрос и быстро стянул бельё. Чуя был возбуждён и поэтому он то сжимал одеяло в кулак, то разжимал. Смотря по сторонам, шатен искал хоть что-то типа смазки. Он не думал, что всё так произойдёт и не позаботился о ней. Тут парень вспомнил о креме для рук в тумбочке. У него иногда руки сохли из-за непонятно чего. И это бесило. Встав с кровати, Дазай подошёл к тумбочке и открыл ящик, доставая жёлтую баночку. Вернувшись обратно, он широко раздвинул ноги своего «любовника» и макнул пальцы в крем. Почувствовался слабый запах мяты. Осаму аккуратно ввёл палец и начал зацеловывать шею рыжика. Чуя же, почувствовав дискомфорт, весь сжался, даже приятные поцелуи не могли как-то отвлечь его. Он честно пытался думать о чём-то или как-то сконцентрироваться на шее, но не получается. Дазай, заметив это, принялся за сосок и это помогло. Послышались тихие вздохи и учащённое дыхание. В комнате становилось жарко, казалось даже стены и потолок нагревались. А ещё у Чуи был неподдельный страх быть застуканным кем-то из служанок. — Т-ты закрыл дверь? — еле собравшись с мыслями, пропыхтел Накахара. — Боишься что застукают? — усмехнулся шатен за что его больно потянули за волосы. Но и он не остался в долгу и сразу добавил ещё один палец и начал медленно двигать. Рыжий на это прошипел и до крови прокусил губу. Он выругался про себя так как потом придётся мазать разными мазями для заживления. Внезапно Чуя почувствовал какое-то очень приятное ощущение, настолько приятное что его аж подбросило, а из горла вырвался громкий стон из-за чего ему пришлось прикусить запястье. Такая реакция Дазаю чертовски понравилась и он повторил ещё раз услышав приглушённый, но всё равно громкий стон. Давление на пальцы прекратилось и теперь они легко скользили вперёд и назад и подавались «ножницам». Вытащив пальцы с тихим хлюпом Дазай приспустил штаны вместе с боксёрами и вытащил затвердевший очень немаленьких размеров член. Внутри Чуи прям комплекс образовался. Ещё один, сука. Порывшись в карманах, Осаму нашёл две штуки презервативов. Открыв один он натянул его на член. Сняв штаны и отправив их в свободный полёт, парень приставил член к разработанной дырочке и толкнулся во внутрь. Прозвучал болезненный стон. Ну конечно, разница в пальцах и члене слишком велика. Дазай подождал несколько секунд и повторил толчок на что раздался ещё один стон. Он убрал покусанное запястье от лица и нежно поцеловал место укусов. Это было так приятно, что Чуя непроизвольно расслабился и член протолкнулся глубже. Рыжик тут же напрягся от не самых приятных ощущений. Осаму наклонился и впился в губы, посасывая нижнюю. Накахара обвил шею парня, прижимая ближе. В тот же момент Дазай толкнулся до конца, выбивая громкое мычание. От неожиданной боли Чуя сильно прикусил губу Осаму и теперь во рту чувствовался солёный вкус. Разомкнув поцелуй они оба ждали когда Чуя привыкнет к новым ощущениям. Спустя долгие мгновения Накахара всё же смог нормально дышать. — Д-двигайся.- отрывисто сказал рыжик. — Уверен? Можем ещё подождать.- переспросил Осаму. Он беспокоился насчёт Чуи так как не хотел чтобы ему было больно. Дазай хочет подарить ему самый лучший первый раз, чтобы Чуя полюбил это и обязательно с ним. — Д-да, давай уже. Осаму начал медленно двигаться. Поначалу было только жгучее чувство внутри, а потом член задел ту самую «приятную точку» и Чуя выгнулся красивой дугой, сжимая простынь. Дазай толкнулся в то же самое место и комнату озарил протяжный стон. Он начал толкаться именно в ту точку, выбивая сладкие стоны. Поняв, что он слишком громкий, Чуя опять укусил запястье, пытаясь заглушить стоны. Но Дазаю это совсем не понравилось и он тут же убрал его запястье и прижал над головой. Накахара попытался второй рукой закрыть рот, но и её перехватили и прижали над головой. Рыжий пытался что-то возразить, но не смог из-за резкого толчка в ту точку. — Я хочу слышать твои стоны. Даже не думай быть тихим.- прошептал на покрасневшее ушко Осаму, касаясь губами раковины. После этих слов возбуждение только усилилось. Но после этого Чуя действительно не был больше тихим. По крайней мере потому что было чертовски хорошо. Толчки нещадно врезались в простату и Накахара прямо подпрыгивал, а стоны не останавливались. В какой-то момент горло начало побаливать и иногда вместо стонов вырывались хрипы. После нескольких сильных толчков рыжик с громким стоном кончил без рук и при этом царапая спину Осаму. Дазаю же хватило трёх толчков и он излился в презерватив. Он поднялся на локтях и посмотрел на парня снизу. Рыжие волосы растрепались, на щеках горел яркий румянец, глазки чуть слезились, розовые губы опухли от поцелуев, а на шее и ключицах всё ещё пылали засосы. От такой картины Осаму снова возбудился, но второй раунд Чуя не выдержит. Тем более он уже задремал. Дазай ушёл в ванную и вышел оттуда уже в спортивных штанах и мокрой тряпкой. Более-менее вытерев Чую он бросил тряпку в мусорку и вернулся к парню, накрывая его и себя одеялом. Осаму прижал к себе Накахару и уткнулся носом ему в волосы. Чуя же закинул на него лапки и устроился на руке. С мыслями о сегодняшнем событии он засыпает.

***

Чуя просыпается спустя полтора часа. Сначала он в недоумении почему он уснул, но потом понял что это из-за усталости. Вспомнив что произошло его щёки зарделись. Рыжик попытался встать, но его крепко держала дазаевская рука. Максимально аккуратно убрав руку, он встал и попытался найти свою форму. Накахара так и не нашёл свои чулки и поэтому просто в форме подошёл к письменному столу. По-быстрому написал записку и подошёл к Осаму. Он поцеловал его в щёку, прошептал «Прости» и тихо вышел из комнаты. Это, по мнению Чуи, была их последняя встреча