Проводники

      У всякой жизни есть начало и конец. Всякая жизнь существует для чего-то и из-за чего-то. Души разных существ рождаются каждый миг. Кто знает, сколько их сейчас в этом огромном постоянно расширяющемся мире? Можно лишь сказать, что бесконечное множество.       Есть легенда, что в самом начале, когда родилась на свет первая далекая душа, появилось существо. Это создание напоминало высокого статного мужчину среднего возраста с длинными вьющимися черными волосами. Каждый мускул на его теле был будто написан рукой кропотливого художника. Появился он и задался вопросом: «Кто я? Зачем я был рожден?»       Матерь его, прекрасная Валэ — женщина, которую никто, кроме ее дитя, никогда не видел, но при любом упоминании о ней чувствовал необъяснимый страх, смешанный с восхищением, — ответила: «Ты Харун, я твоя мать, а ты мой сын. Я создала тебя, и ты будешь работать для меня.» «Что же я должен делать, Матерь?» — спросил Харун. «Ты — проводник. Проводник помогает испуганным душам отправиться в мир иной, где им место. Нельзя позволять им заблудиться, ведь без проводника они канут в бытие.» «Как же так? Где находится мир иной? Что такое бытие?» «Этого тебе знать необязательно. Ты — промежуточный этап. Ты — рука помощи, посланная мной бедным душам.» «Но что будет, если душ станет слишком много? Как мне успеть помочь всем?» — заволновался Харун. «Я создам тебе идеальную помощницу. Она будет твоей спутницей и никогда тебя не оставит.» — успокоила Валэ свое дитя.       Женщина взяла острый, как лезвие бритвы, камень и разрезала кожу под левой грудью. Из раны потекла кровь. Матерь со спокойным лицом достала свое сердце и отдала в руки сыну. Харун с непониманием смотрел на пульсирующий кусок окровавленной плоти. Валэ отошла в сторону, выкопала в земле небольшую ямку и сказала положить туда ее сердце. Харун сделал это, после чего сердце провалилось в землю, как будто это была не твердая почва, а рассыпчатый песок. «Скажи. Ты хочешь, чтобы твоя помощница была умной?» — спросила Матерь. «Хочу» — ответил Харун. «Ты хочешь, чтобы она была красивой?» «Хочу» «Ты хочешь, чтобы она всегда следовала за тобой?» «Хочу» «Тогда смотри, как рождается самое совершенное существо в этом мире» — сказала Валэ и указала на место, где ранее лежало сердце.       Земля задрожала, покрылась трещинами и пропиталась кровью. Вдруг она вздыбилась и начала рассыпаться. Харун в страхе отступил назад. Матерь подтолкнула дитя вперед. Тут появилась рука, следом за ней появилось плечо, и над землей выглянула голова женщины. Она была прекрасна. Нет, она была идеальна. Тонкие черты лица, пухлые губы и большие выразительные глаза. Чистая девственная плоть вышла из земли. «Она родилась.» — сказала Валэ «Как ее зовут?» — спросил Харун, во все глаза пялясь на это создание «Как хочешь. Она твоя помощница.» — ответила Валэ «Разве она не твое дитя?» «Нет, ты мой сын, а она твоя помощница» — сказала Матерь и исчезла.       Харун испугался и начал судорожно оглядываться. «Она больше не придет» — тихо и коротко ответила помощница. «Но она моя Матерь, а я ее сын» — запротестовал он. «Она больше не придет» — спокойно повторила помощница. «Но она моя Матерь!» — воскликнул Харун. «Нам нужно помочь душам, иначе они исчезнут в небытие» — сказала Помощница и протянула руку Харуну. Тот снова осмотрелся по сторонам, сглотнул ком обиды и решил, что бедные души испуганы намного сильнее него и нуждаются в доброй руке помощи больше, чем он. К тому же, Матерь сказала, что он — Проводник. И лишь для этого он был рожден.       Так в мире появились первые Проводники. Харун и его идеальная спутница находили души умерших людей и отправляли их в мир иной. Души были рады, пусть и напуганы. Они благодарили своих спасителей и обещали рассказать всем о их доброте. Харуну было очень интересно узнать, что такое этот мир иной, как он выглядит, кто там помогает душам, которых он провожает до врат. И смутно надеялся, что это делает его Матерь.       Помощница всегда повторяла, что нужно продолжать искать души, ведь каждую секунду кто-то нуждается в его помощи. И Харун продолжал. А Помощница следовала за ним и напоминала ему о его обязанностях. Она была невероятно красива, умна, всегда сохраняла хладнокровие и подсказывала ему, в каком направлении лучше двигаться. Харун смотрел на нее и вспоминал, что Матерь отдала ей свое сердце. Она отдала его ей. Она его идеальная помощница, но она не Ее дитя. Он смотрел на нее и вспоминал, как она подала ему руку в первый раз, как она спокойным голосом повторяла, что Матерь больше не придет. Он смотрел на нее и с каждой секундой все больше ненавидел. Он ненавидел, когда она касалась его, и связал ей руки. Он ненавидел, когда она смотрела на него, и завязал ей глаза. Он ненавидел, когда она говорила, и зашил ей рот. Он ненавидел ее за то, что она не дитя Матери, что она его помощница, что в ней Ее сердце. Он ненавидел ее всю, с головы до кончиков пальцев на ногах. Он вынашивал свою ненависть, растил ее. Он выколол ей глаза, отрезал руки, выдрал волосы, вырвал язык, он ненавидел ее, ее тело, ее существование. И вот, когда прошло несколько десятков тысяч лет, когда его ненависть достигла своего пика, когда она вылезла на свет из утробы отца, он столкнул Помощницу в огонь Бездны. Столкнул в огонь, дождался, когда каждая частичка ее тела и души сгорит, собрал прах и повесил на шею колбочку, наполненную Идеальной Помощницей. Теперь он не ненавидел ее. Он полюбил ее смерть.       Прошло время. Душа Харуна наполнилась счастьем. Он любил каждый миг жизни, каждую душу, каждое прощание, каждое движение атомов в пространстве. Он исполнился счастьем, но не знал, куда это счастье девать. Он понял, что ему нужен тот, кому он отдаст свою любовь, тот, кто всегда будет рядом с ним, кто будет любить его, как он любит все. Он взял колбочку, высыпал на землю прах и поделил его на три равные части. Чего он хочет? Красоты? Ума? Верности? Как это делала Матерь?       Харун отправился на то самое место и нашел камень, которым Она пролила свою кровь, вырвала сердце и отдала его не своему дитя. Он взял камень, отрезал свой язык и, положив его в землю, накрыл пеплом Идеальной Помощницы. Снова взял камень, отрезал свои ноги и, положив их в землю, накрыл пеплом Идеальной Помощницы. И в третий раз он взял камень, выколол себе глаза и, положив их в землю, накрыл пеплом Идеальной Помощницы. «Родитесь, Дона, Нола и Луна, мои Спутницы» — сказал Харун, истекая кровью.       Снова, как в тот раз, земля задрожала, покрылась трещинами и пропиталась кровью. И вышли на свет три девственно чистых души, три Спутницы. «Вы мои Спутницы, а я ваш Проводник, Харун» — сказал он. «Здравствуй, Харун» — одновременно ответили Спутницы и склонили свои головы.       И появились три души, три Спутницы, что любили Харуна так же, как он любил все. Они были красивы, умны и преисполнены верностью. Они принимали его любовь и дарили свою. Дона разговаривала с душами, успокаивала их, произносила вдохновляющие речи; Луна указывала путь проницательными всевидящими глазами, а Нола провожала души до врат в иной мир ногами, которые могли попасть куда угодно.       Спутницы любили Харуна, а Харун любил Спутниц. И пришел день, когда Спутницы уже не могли помочь всем душам. Многие не успевали дождаться помощи, исчезая навсегда. Тогда Харун позвал Луну и родилась на свет первый Бессрочный Проводник, дитя Проводника и Зрячей Спутницы, Элиза, которой Харун отдал свое сердце. Она любила свою мать и Отца и помогала им во всем, что могла покрыть своим могуществом. Она находила все души, она чуяла их, она видела их. Оставалось дело за Нолой, что должна была их догнать и проводить до врат.       Нола завидовала Луне, ведь у той было собственное дитя, у нее была Помощница, над которой у нее была власть. Тогда Нола попросила Харуна о своем помощнике, Харун согласился, и родился на свет Жан, первый Проводник, который легко проходил в мир живых и мир мертвых, минуя врата. Он все время исчезал, а когда возвращался, то восхищенно рассказывал о прелестях другой жизни. Харун злился на Жана, но Нола успокаивала его, что Жану скоро надоест бегать туда-сюда, и он тоже станет прекрасным Проводником, как Элиза. Харун ждал, он слушал Жана и всегда отвергал его просьбы пойти с ним. Жан был очень недоволен, что Отец не хотел познать все то, что познал он сам. Он считал, Отец теряет очень многое.       Пока Отец возился с Жаном и направлял Элизу, Нола решила создать еще одного помощника, но знала, что в этот раз Харун откажет. Тогда она попросила Дону, и она согласилась. И тогда родилась первая Порочная Дочь, Элла. Дона в тайне от Нолы рассказала Харуну о ней, Харун сказал, что не желает знать ни о какой Элле и хочет, чтобы Дона сожгла ее в огне Бездны. Никакие уговоры и прекрасные речи не могли поменять мнение Харуна. Дона испугалась, что потеряет свое дитя и тогда впервые решилась противиться воле Харуна. Она попросила Жана спрятать Эллу. Жан обрадовался, узнав, что наконец появился кто-то, с кем он может поделиться знаниями о других мирах. Вскоре у Эллы и Жана родилась Вторая Порочная Дочь, которую Элла и Жан надежно спрятали на Земле, посчитав, что для нее там нет никакой опасности. Элла рассказала матери о своем дитя, о чем прознала Элиза и сообщила Отцу.       Харун был в бешенстве. Он убил Дону и Эллу, но Жана и Вторую Порочную дочь найти не смог, как бы Элиза не старалась, они надежно укрылись под крылом мира живых. Нола, узнав о том, что Дону и их дитя убил Харун, скинула в огонь Бездны Луну и почти добралась до Элизы, как вдруг сама превратилась в пепел.       Харун был опустошен. Он был в ярости, в панике. Он не знал, что ему делать. И тогда, впервые за всю свою жизнь, он заплакал кровавыми слезами. Элиза пыталась его утешить, но ничего не получалось. Он выплакал свою душу. И тогда пришла Матерь. «Что случилось с тобой, Сын мой?» — спросила Валэ. «Я не справился с тем, зачем был рожден, Матерь.» — ответил Харун. «Но ты оставил после себя прекрасного Проводника, свое Дитя» — сказала Валэ, утирая Харуну слезы. Он повернулся к дочери. «Элиза, » — начал Харун. «Да, Отец, » — ответила Элиза. «Теперь ты должна справиться с тем, что не вышло у меня, иначе мир не сможет существовать» — сказал Харун. «Я поняла, Отец.» — сказала Элиза, и Харун с Валэ исчезли. Элиза огляделась по сторонам, горестно вздохнула и начала претворять свой план в жизнь.