Мой милый убийца

"Я готов вырезать ту часть своего мозга, которая отвечает за воспоминания. Потому что воспоминания - все что у меня осталось от тебя и они мне нахуй не нужны."

*** Утром Чонгук был максимально убитый, и ему было очень неловко всю дорогу до места, в которое попросил отвезти его Ви. Чон все это время не смотрел на парня. Вообще. То есть, он встал раньше, чем Ви, быстро собрался, сел в машину и ждал там работодателя несколько часов. Ему даже удалось немного поспать. Парень сел в машину, и Гук сразу же поехал по нужному адресу, перед этим попросив его самому ввести адрес в навигатор. Больше они не говорили. Чонгук до пяти утра не мог уснуть, думая о том, что произошло вечером в кинозале. Зачем Ви это сделал? А зачем Чонгук глаза закрыл? Пусть даже через маску, но они поцеловались. Нельзя так делать. Во-первых, Ви его босс, а Чон всего лишь его телохранитель. Во-вторых, они знакомы три дня. Кто целуется спустя три дня знакомства? Пусть даже и через маску. Гук на самом деле был зол, потому что зачем так напиваться, если знаешь, что в таком состоянии ты не можешь себя контролировать?! Придурок. Чон тоже придурок. Гук рад только тому, что когда чужие холодные длинные пальцы сжали его бока, он смог прийти в себя и оттолкнул парня, сразу же уносясь в комнату. Но бесит тот факт, что Ви вел себя как обычно. Хоть он и молчал почти все время, но это просто из-за его состояния. Оно и понятно. Целую бутылку виски один выпил. Будешь тут в хорошем состоянии. Когда они подъехали к зданию, к которому привел их навигатор, Ви сказал ждать в машине, и Гук был этому рад, но в то же время думал о том, что вообще-то должен пойти с парнем. Вдруг с ним что-то случиться? Здание не выглядело безопасным. Какой-то заброшенный склад, вообще не внушающий доверия. Там явно могло что-то произойти и тогда это будет вина Чона, потому что он, как телохранитель, должен был пойти с боссом и охранять его при любых обстоятельствах. Он просто надеялся, что ничего не произойдет. Тем более Ви сам сказал ему сидеть в машине, значит он уверен в месте, в которое пошел. Значит, его там точно не убьют и не поранят. Все будет нормально. Пока Чонгук ждал, даже сам не заметил, как уснул. Его разбудил стук в лобовое стекло. Дождь пошел. Парень открыл глаза и увидел рядом с собой Ви, который опять сидел в телефоне, не обращая ни на что внимания. - Вы должны были меня разбудить. Долго ждете? - Ты. Мы же договаривались, – Ви нахмурился и убрал телефон в карман. Только сейчас Гук заметил на его коленях какой-то чемодан с замком. Видимо что-то очень важное, раз так засекречено. У Ви в принципе вся жизнь засекречена… почему-то – не хотел тебя будить. Мне все равно никуда не надо больше сегодня, так что я был не против немного подождать. - Ладно. Значит теперь домой? - Да. Поехали. Заедем по дороге в магазин, в кино комнате закончились попкорн и виски, – Чон завел машину и поехал в сторону города. Они тащились 4 часа по пробкам, чтобы Ви забрал этот чемодан. Должно быть, там действительно что-то очень важное, иначе Чон не понимает, зачем нужно было ехать в такую даль. - Может тебе не стоит больше пить в таком количестве? - Ты поэтому все утро молчал? Я вчера что-то сделал и поэтому тебе неловко со мной находиться? - Все нормально. Ты ничего такого не сделал, – Чонгук врет, потому что для него это совсем не «ничего такого». История не должна повториться. Он не вынесет. – Просто, ты вызвал меня к себе в не очень трезвом состоянии, точнее в очень не трезвом. Много пить – вредно для здоровья. - Сам разберусь. Постараюсь не вызывать тебя больше в таком состоянии, – Ви отвернулся, сразу же доставая свой телефон и надевая наушники. Диалог точно закончен. Или все же нет… - Что с твоими руками? - Что? – Ви вынул наушники из ушей и ленивым взглядом посмотрел на Гука, а потом перевел взгляд туда, куда смотрел сам Чон, и от его лени не осталось и следа. Он быстро натянул на руку рукав и зло посмотрел на Чона. - Не лезь, куда не надо. Это мое дело и ты все еще мой подчиненный, так что просто отвали от меня. Выполняй свою работу. - Моя задача – охранять тебя! Я все еще ебанный телохранитель и если ты убьешь себя сам, это ничего не изменит. Виноват, все равно, буду я. Зачем было меня нанимать, если ты все равно пытаешься себя убить! – Чон схватил Ви за руку, оттягивая рукав и смотря на его глубокие порезы, сделанные явно недавно. - Это. Не. Твое. Дело. Контракта нет, если я умру, ты просто уйдешь, и никто даже не узнает, что ты у меня работал, – на лице парня не было ни намека на боль. Как-будто… будто он к ней привык. - Ну конечно, а камеры по всему твоему дому, на которых я засветился, исчезнут как только ты умрешь. - Они стирают записи каждые 2 дня. За этот срок меня точно не найдут, - Ви вырвал свою руку из Чоновой и отвернулся к окну, вновь надевая наушники. Вот теперь диалог точно окончен. В магазин все же пришлось заехать, потому что приказ начальника – закон, и Чонгук не имел права отказаться. Хотя они даже договор не подписывали. Значит, Чон может делать, что угодно и никто не сможет доказать, что он не прав. В любом случае, с Ви спорить не было желания. Гук не будет вмешиваться в чужую жизнь, пока она не касается его. Он пообещал, что в таком состоянии больше не будет звать к себе Чона. Остается только верить. Ехали до дома они еще дольше, чем до того странного склада. Из-за дождя. Ну или потому что Ви полдороги пялился на Чона, и тому было очень некомфортно, из-за этого он несколько раз пропускал нужные повороты. - Ты водишь ужасно. Кто тебе права выдал? – Ви усмехнулся сквозь маску и отвел взгляд на лобовое стекло. - В автошколе. Как и всем. - Это был риторический вопрос. Было бы странно, если бы сейчас сказал, что купил их, – парень снова посмотрел на Чона, усмехаясь и скрещивая руки на груди – ты можешь ехать быстрее? - А ты можешь не пялиться на меня? – Гук повернул голову в сторону Ви, заметно ускоряясь. - Не могу, – они продолжали смотреть друг другу в глаза, а скорость на спидометре становилась все выше. - Что ж, тогда я буду смотреть в ответ, и мы разобьемся, – Гук пожал плечами, продолжая держать руль одной рукой. - Чонгук, я знаю, что мы не разобьемся, даже если ты будешь вести машину слепым. - Ты ничего обо мне не знаешь, - Гук резко развернул руль, и машина въехала в уже знакомый лес. Чон развернулся лицом к лобовому стеклу, и спустя 10 минут машина остановилась возле особняка. Парень вышел на улицу и открыл дверь с пассажирской стороны, помогая Ви выйти. Этика телохранителей и все такое. Ничего лишнего. - Мы бы не разбились. Чон Чонгук – король дорог. Король Лос-Анджелеса, мать вашу! Ты думаешь, я не узнал о тебе все, прежде чем нанять на работу? Ты разбит еще больше, чем я. В тебе еще больше гнили, чем во мне. Так зачем ты строишь из себя заботливого парня, который голов помочь всем подряд?! Тебе напомнить, что было в тот гребаный день 3 года назад? Ты… - Заткнись! Ты ничего, блять, не знаешь! – Гук закрыл уши руками и сел на землю, не в силах совладать с воспоминаниями. - Ты тоже. Так давай не будем рушить эту конфиденциальность. Просто не лезь в мои дела, и я не буду напоминать тебе о твоих, – Ви с презрением посмотрел на сидящего Чона и ушел в дом. *** Чонгука бесит его надменное лицо. Бесит его самомнение. Бесит то, что он знает о Чоне все. Почти все. Он уверен, что кое-что ему все же узнать не удалось. Иначе он бы точно не упустил момент. Вывалил бы на Чона абсолютно все его прошлое и растоптал в пыль все его будущее. Все его надежды на лучшее, которых итак почти не осталось. - Черт, черт, черт ,– Чон ударил по зеркалу в ванной, по которому сразу же пошли трещины. Чон слишком зол и разбит, ему нужно, чтобы в этом доме хоть что-то было более разбитым, чем он. Пусть даже зеркало, которое после третьего удара разлетелось на мелкие кусочки по всему полу. Чонгуку пофиг. Ему пофиг на зеркало. Пофиг на свою разбитую в мясо руку. Пофиг на свои изрезанные от осколков ноги, которые впились ему в кожу настолько глубоко, что вытаскивать их будет сложно. Пофиг на гребанного Ви, который до сих пор не удосужился даже маску снять, что уж говорить про имя. Пофиг на все. Пошли все к черту. Его ноги и рука не настолько кровоточат, как душа, от которой уже даже осколков почти не осталось. Одна пыль. - Тебе все же удалось разбить мою душу и мои надежды на изменения к лучшему, – Гук горько усмехнулся, смотря в кусочки оставшегося зеркала, пытаясь найти в них хоть что-то, что смогло бы вернуть его в чувства. Хоть каплю понимания от самого себя же. Хотя бы от себя. Потому что никто не видит в нем свет. Абсолютно никто. Даже та, которая видела в нем только самое лучшее. Он тоже больше не видит. Не видит ничего. - Ты разбил меня, ебучий придурок, - и Чон говорил это все далеко не Ви... *** - Ты гребаный придурок! Ты блять идиот! Кто просил тебя разбивать это ебучее зеркало, – Ви зло смотрел на Гука, пока пытался обработать этому тупому мудиле раны, которых оказалось намного больше, чем Гук подумал. Он даже не заметил, что когда зеркало разбилось, множество осколков впились ему в плечо, руки, живот и лицо. - Я куплю новое зеркало или заплачу и ты купишь сам. Не волнуйся. - Да нахуй мне твое зеркало блять! Ты блять себя видел?! Ты весь в крови! Еще мне что-то про порезы говорил. У меня они хотя бы только на руках, а у тебя теперь все тело в ебучих порезах! – парень судорожно лил на раны Гука перекись. Когда лицо было обработано, Ви потянулся к краям футболки Чона, чтобы снять ее, но тот резко вырвался из рук Ви и зло посмотрел на него. - Сам обработаю, – Чонгук попытался вырвать перекись из рук парня, но тот нахмурился и отвел руку подальше. - Снимай чертову футболку или я заставлю сделать тебя это силой. - Да пошел ты. Из-за тебя же я весь в порезах. Любимую футболку кровью заляпал блять, – Гук всхлипнул, когда понял, что одна из его любимых белых футболок уже точно не отстирается. А может и не из-за этого… - Может на колени перед тобой встать? Прощения просить? Сам же виноват. Не нужно было лезть не в свое дело. - Но я же не давил на твое прошлое. И тебе не стоило узнавать обо мне ничего, кроме того, что я хороший телохранитель. - А может ты убийца или маньяк, который пытал всех своих работодателей, а потому заставил их писать хорошие отзывы о себе. Всякое может быть. - Ты поэтому свое лицо и имя скрываешь? Боишься, что убью? - Именно поэтому, – Ви все же снял футболку с Чона, чтобы вытащить осколки и обработать раны, но его взгляд застыл на шрамах Чона от множества пулевых ранений и самое главное… на огромном порезе, почти на весь живот. - Стремно, да? - Видимо, ты действительно хороший телохранитель, – парень провел пальцами по шраму от ножевого ранения, из-за которого Гук явно мог умереть. От пулевых собственно тоже, но этт шрам. – Он настолько большой. Тебе действительно стоит завязать с этой работой… - Не будь как мои друзья. Я итак все прекрасно знаю. - Хорошо, – Ви убрал руку, сразу же доставая пинцет и убирая им осколки от зеркала из ран Чонгука. Через двадцать минут все осколки были выкинуты, а раны обработаны и заклеены пластырями. - Спасибо. Но, откуда у тебя пинцет? Зачем он тебе? - Нужен был, пару раз приходилось вытаскивать осколки из телохранителей, которые разбивали мне зеркало в ванной. - Как смешно. Мог просто сказать, что это не мое дело. В тысячный раз. - Поверь, ты не хочешь знать, зачем он мне нужен. Иди спать. Тебе нужно отдохнуть. Надеюсь, оставшиеся зеркала в доме ты не разобьешь. У меня их итак не особо много. - Я заметил. Почему ты не любишь зеркала? - Личная неприязнь. Не думай об этом. - Хорошо. Спокойной ночи. - Спокойной, – Ви посмотрел на уходящего наверх Чонгука и вздохнул, не зная, что ему теперь делать.