Непоправимое.

— Значит, всё-таки не Эрик, — Доминик глубоко вздохнул, но руку не отнял, а принялся осторожно поглаживать пальцами ладонь Стаса, посылая по телу волну мурашек. — Тебе подходит это имя — Стас. Хотя оно немного непривычно звучит. — Я из другого мира. Там совсем другие имена, другая жизнь. Там нет омег и альф. Там нет летающих машин и настолько продвинутых технологий, — Стас прикрыл глаза, чтобы сосредоточиться на главном и не отвлекаться на выражении чужого лица. Вдруг осудит или станет противно? Стас этого не переживёт, ведь он уже подарил своё сердце этому альфе и теперь не собирался так просто от него отказываться. — Не бойся. Давай дальше, — Доминик как обычно правильно истолковал возникшую паузу. — Я приму тебя любого. Любого? Стас на секунду замешкался, но потом начал рассказывать. — Я был единственным ребёнком в любящей семье. Мама работала бухгалтером на заводе, а отец на том же заводе, но инженером. Правда, жить нам пришлось в очень трудные времена. В стране не хватало продуктов, да и денег тоже. Учился я в обычной школе, потом пошёл в технарь и сразу работать. Смутное время для нашей страны выпало на мою юность, так что пахал за двоих, лишь бы не сдохнуть с голоду. Стас остановился перевести дух, но Доминик продолжал внимательно слушать, видимо понимая, о чём именно говорит Стас. Возможно, и в этом мире не всегда было настолько всё гладко. — Затем, вместе с моим другом Вадиком мы создали фирму. Да-да, ты правильно понял. Занимались поставкой дерева и стройматериалов, — кивнул он на незаданный вопрос в глазах альфы. — Я вложился по полной, и со временем нам удалось выйти на внешний рынок. Не стану рассказывать, как работал, как помогал другу выдвинуться на одну из управленческих должностей в нашем городе. Да это и не важно. Стас помолчал. Теперь необходимо было что-то говорить про личное. Но странно, что именно этот момент оказался самым сложным. Стас давно оставил позади свою прошлую жизнь и теперь должен был убедить своего мужчину. — У меня было много женщин, на трёх из которых я был официально женат и не жалею об этом. От двух родились два прекрасных сына. Ещё есть внук, — Стас замолчал, понимая, что Доминику нужно немного времени, чтобы переварить эту внезапно свалившуюся на голову информацию. Оказалось проще простого раскрывать тайны, которые действительно тяготили, не давая двигаться вперёд вместе. Альфа внимательно слушал, а Стас даже пару раз поймал его тёплый ободряющий взгляд на особо щекотливых моментах, как женитьба и рождение детей. — Сколько тебе лет на самом деле? — поинтересовался Доминик, несильно сжимая его ладонь. — Сорок семь было, когда отказало сердце. Сейчас, наверное, сорок восемь. — Ты уже давно сложившийся мужчина. Опытный. Состоял в отношениях. Ты альфа? — Можно и так сказать, — стало неловко, и Стас хотел было отодвинуться, но Доминик не позволил.  — Если в нашем мире я и казался альфой, то здесь это не имеет уже никакого значения. Просто там было слишком много сложностей. Особенно с мужской половиной. — Стас решил рубить с плеча и рассказать, всё как есть. Как стеснялся, боялся и злился, не давая себе даже крохотного шанса, остановиться и подумать. Скрывать собственную гомофобию он не стал, поэтому пришлось почти с азов рассказывать про отличие мужчин и женщин. — Не знаю, что такое женщина, но мне кажется она похожа на наших омег, — сделал вывод Доминик, отчего Стас тут же взвился. — Я не женщина! Не смей меня так называть! — Конечно, нет, — альфа успокаивающе улыбнулся, будто действительно понимал, как для Стаса это важно. — Ты не омега и не альфа. Ты мой Стас, — он пересел ближе и, потянувшись, прижал его к своей груди. Момент единения показался очень важным для них обоих. Там внутри глухо билось чужое сердце, заставляя Стаса глупо улыбаться. Вот чего он начал волноваться и кричать. Знал же, что его мужчина не простой тупоголовый альфа, думающий лишь одним местом. Он понял и принял его таким, каким Стас стал в этом мире. Изменения уже произошли, и было нечего возразить, кроме того, что им действительно следовало говорить друг другу правду. — Ты скучаешь по ним? — Доминик устроился на кровати, как на своей собственной, и теперь бережно обнимал Стаса за плечи, стараясь уточнить некоторые факты. — По своим детям, внукам? — Иногда они мне снятся, — признался Стас, понимая, что в данный момент открывает не только своё сердце этому человеку, но и кое-что более важное. — Но я не жалею, — он повернул голову, чтобы заглянуть в зелёные глаза альфы. — Рядом с тобой ни о чём не жалею. — Вот и хорошо, иначе мне пришлось бы найти способ, чтобы отправить тебя обратно. Стас даже не заметил, как начал воспринимать объятия как само собой разумеющее и даже не сопротивлялся. Разительная перемена в их отношениях. — А это возможно, отправить меня обратно? — удивился он. Альфа нахмурился, но видимо что-то решив про себя, отрицательно покачал головой. — Судя по всему, твоё тело там мертво, как и душа Эрика здесь. Не думаю, что он просто поменялся с тобой местами. Стас кивнул. Откуда-то внутри было стойкое ощущение, что Эрик действительно не занимал его места в том мире. Он всегда оставался здесь, а потом потихоньку исчез, словно уступил право на своё бывшее тело. Словно Стас заслужил это право. Только вот чем? Он пока не понял. — Прекращай нервничать, — Доминик наклонился и поцеловал в щёку. Стас просто задохнулся от чужой нежности. К нему очень давно не применяли столь откровенных и простых жестов, отчего глаза защипало. — Только не плачь. Никто и ничто в этом мире не стоит твоих слёз. Действительно не стоит. Стас решил, что прошлое нужно оставить позади, чтобы двигаться вперёд уже вдвоём. Вместе с Домиником. Поддерживая, выслушивая, направляя. Как полагается хорошей омеге. Нет. Как полагается равноправному и любящему партнёру. Придя к такому выводу, Стас не дал себе время на размышления. Мужик он или кто? Ведь Доминик мог начать сомневаться, а значит, стоило быстрее сделать первый шаг. Он повернул голову, очень надеясь, что альфа поймёт его намёки, но тот просто задумчиво смотрел в пространство. — Что-то не так? — паника подняла в груди Стаса свою уродливую змеиную голову. — Такой я тебе уже не нравлюсь? — Не говори глупости, — Доминик перевёл на него взгляд. — Ты не можешь мне не нравиться. Ведь ты моя пара. Точно! Стас припомнил сплетни, которые услышал в самом начале новой жизни. Истинная пара. Уникальная возможность распознавать партнёра. Его Доминик во всём был исключительным. — А я глупец, всё никак не мог понять, почему никак не могу увидеть правильного человека, — взгляд Доминика потеплел, а в глазах вспыхнули яркие жёлтые искры. — Его просто не существовало в нашем мире. Стас почувствовал, как чужая рука сильнее сжала плечо. Жар мгновенно распространился от лица на всё тело. Впервые объятия вызывали такую странную реакцию. — Ты очень долго добирался, — Доминик медленно взял его за подбородок и развернул к себе. — Я почти отчаялся тебя отыскать. Взгляд глаза в глаза и Стаса словно прострелило осознанием. Сколько на самом деле лет было Доминику Хиллсу? Тридцать? Сорок? Больше? Альфа выглядел шикарно, но занимал значительный пост, а значит, наверняка уже не являлся желторотым юнцом. Он что, действительно ждал всё то время, пока Стас тупо плыл по течению своей вязкой и глупой жизни? Слишком долго Доминик оставался одиноким. Стасу стало невыносимо грустно, от чего в груди образовался неприятно колючий шар грусти. — Прости, я не мог раньше, — попытался он оправдаться, но альфа не дал закончить. Горячие губы прижались к его рту, а язык быстро проник внутрь, вынуждая подчиниться. Голову Стаса будто наполнили гелием для воздушных шариков. Стало легко и свободно. — А я всё ждал и ждал, — шептал Доминик ему в шею. — Ты даже не представляешь, как долго, — и покрывал её бесконечными поцелуями, граничащими с укусами. Стас откинулся назад, позволяя хозяйничать чужим руками у себя под пижамой. Глупая мешающая контакту кожа к коже тряпка жутко раздражала, но альфа не спешил снимать её, вновь переключившись на чужие губы. В прошлой жизни у Стаса было много поцелуев: некоторые, что-то значили, некоторые оказались очередной пустышкой, но ещё ни один не вызывал столько сильных эмоций, как этот. Горячие прикосновения, разжигали невыносимую жажду, скручивающуюся тугой пружиной внизу живота. Стасу не давали перенять инициативу, поэтому ему оставалось лишь плыть по течению, позабыв на время, что он привык всегда контролировать ситуацию. Широкие ладони гладили живот, язык хозяйничал во рту, и это не казалось противным или не естественным. Стас действительно изменился. — Мы можем немного подождать, когда ты будешь готов, — Доминик чутко улавливал неестественные эмоции в его поведении. Например, замаскированный под излишнюю инициативность — страх. — И сколько ты собираешься ждать? — язвительность Стаса поднялась на новый уровень. Он никак не мог научиться признавать свои слабости. — Ещё пару-тройку лет? — О, смотрю, кто-то начал показывать зубки? — Доминик легко прошёлся пальцами по ребрам, заставив Стаса извиваться и хохотать. — Пусти-и-и! Прошу! — умолял он, впервые ощущая безграничную свободу и лёгкость. С этим мужчиной можно было не только поговорить, но и подурачиться, чувствуя абсолютный комфорт в душе. Они продолжали валять дурака, пока наглая рука Доминика случайно не задела возбужденный член Стаса. Тот просто не смог сдержать стона. — Вот оно что? Ты оказывается плохой мальчик, а я и не знал, — альфа явно издевался, но Стасу в данный момент времени было плевать. — Для будущего правителя, ты слишком много тормозишь, — он не смог отказать себе, подразнить альфу. Сколько можно над ним издеваться? Не мальчик уже. — Вот как? — голос Доминика сразу понизился, а в глазах замелькали предвещающие грозу тёмные искры. — Что же, давай перейдём к главному блюду.