Разговоры во сне

Вики иногда говорит во сне. Не прямо говорит-говорит, строит целые предложения или болтает всю ночь напролёт. Просто иногда что-то бормочет себе под нос.      «Я не дам тебе вырвать себе крылья!» — в ужасе шепчет Уокер после особо тяжелой тренировки.      «Дайте больше одеял!» — требовательно заявляет она, когда демон (всего на мгновение) отстраняется от неё, и Непризнанной без его согревающих рук становится ужасно холодно.      «Почему это я не могу сдать реферат до конца недели?» — удивленно спрашивает Вики, и Люцифер не сомневается, что сможет не определить, чем вызван этот вопрос.      Утром Люцифер во всех красочных подробностях пересказывает, что за ночь наболтала Уокер. Непризнанная вся краснеет, злится, ругается, клянется больше никогда не спать в одной кровати с демоническим созданием, забирает свою подушку, их общее одеяло, и устраивается на полу недалеко от кровати, замотавшись в огромный кокон.       Люцифер пытается утянуть Непризнанную обратно в спальню, распутать кокон и, если повезет, ухватить за тонкую лодыжку и вытащить на свет божий эту неугомонную. Но всё не так просто. За довольно короткое время они привыкают друг к другу и запоминают повадки каждого, и борьба с каждым разом становится всё напряженнее.       Уокер ложится на холодную, одинокую и слишком большую для неё постель с одной лишь подушкой в другой части комнаты.       Без одеяла холодно.       Без Люци тоже.       Спустя где-то минут десять по стене, и в без того темной комнате, тенью проскальзывает силуэт, забираясь на кровать и занимая своей большой тушкой половину ложа. Люцифер весь растрёпанный, в обнимку с подушкой и завернутый в одеяло как в плащ, опускается рядом с Непризнанной.       — Я решил, что тебе будет холодно без меня, и пришёл на помощь. Если простудишься, столько потом проблем будет, — недовольно ворчит Люцифер.       Вики молча раскрывает объятия, не забыв при этом задаться немым вопросом: а с какого такого времени Люци вдруг стал таким заботливым? И демон, ничего не говоря, падает в них, укрывая обоих одеялом.       — Т-теплый, — ежится Уокер и обнимает демона, обвалакиваясь его теплом. У Вики ледяные ладони, которые пускают мурашки по всему телу. Люцифер тщательно заворачивает их в одеяло, недовольно поджимая губы, ведь маленькая Вики до сих пор не научилась сохранять тепло.       Она позволяет Люциферу ворчать и возмущаться, копошиться и выставлять всё так, как будто это всё нужно только ей. Потому что демон знает, как на самом деле сильно ей это необходимо. Что на самом деле Вики стало одиноко и неуютно. Люцифер знает, что Уокер просто необходимо тепло и поэтому всегда возвращается к ней. Ему не нужны лишние слова, он и так всё прекрасно понимает и знает, ведь он сам ещё тот наркоман на это тепло.       Он зарывается носом в светлые пшеничные волосы и дышит ей.       На следующее утро он будет опять рассказывать про болтовню Непризнанной, пересказывая всё слово в слово и смеясь. Только об одном он умолчит, позволяя тихому шепоту оставлять незаживающие раны.       Вики выдыхает во сне «Дино», и Люцифер смиренно обнимает её и прижимает к себе. Уокер всё ещё любит белокрылого. Она всё ещё больна этой болезнью, всё ещё нежится под взглядом небесно-голубых глаз. Дино уже давно вместе с Лилу, счастливо улыбается ей, мягко держа за руку. А Уокер всё ещё не в силах смириться и задушить в себе эти глупые чувства.       Вики льнет к нему как к спасательному кругу. С такой самоотверженностью принимает любовь, которую Люцифер дарит ей, и так же готова любить в ответ, лишь бы ей позволяли это делать.       Вот только прошлое так просто не сотрешь. И котел безответных чувств, которые так долго варились внутри, ещё не опустел.       Уокер одинока, как маленький брошенный котёнок, и Люцифер подбирает её на обочине чувств и пытается согреть и заставить снова улыбаться и радоваться жизни. Вики, как одержимая, тянется за доступным теплом, за любовью, которую демон дарит ей, заполняет ею пустоту внутри. Вики готова любить Люцифера, Вики хочет любить его. Вот только она всё ещё любит Дино и всё ещё шепчет его имя во сне. И с этим ничего не поделать.       Люцифер может лишь постепенно заполнять собой всё свободное пространство Уокер, понемногу вытесняя холод в её душе. Понемногу. Быстро такое не проходит. Демон не терпелив, и в груди адски жжет, когда Вики во сне вновь бормочет не его имя.       «Люблю тебя», — свистяще выдыхает она. И Люцифер ещё сильнее обнимает Непризнанную, прижимаясь лбом к худой изящной спине, чуть ли не до крови прикусывая губу. Целует в трогательно выглядывающее из-под сползшей футболки плечо и пытается спрятать от всего мира.       Проходит ещё месяц, прежде чем Уокер во сне тихо прошепчет «Люци».