зависимость

люди удивительные существа… они умеют просчитывать ходы наперёд, чтобы добиться своей выгоды. они умеют… чувствовать. и не бояться эти чувства отрицать, как будто они — не их часть, а просто бесполезный мусор… каждый день большинство из нас с восходом солнца повторяют все те же однообразные действия, все те же монотонные диалоги, и лишь когда в нашей жизни появляется новый, давно обещанный нам детскими книжками и песнями, такой долгожданный, тот самый человек, способный перевернуть весь наш мир с ног на голову, вывернуть тебя всего и полностью наизнанку, лишь тогда мы начинаем менять хоть что-то в нашей затхлой жизни. и возможно, даже меняем себя. и таких людей на нашем пути будет бесконечное вечное множество… наши, «родные», люди показывают нам, что эмоции — не просто глупые капризы, что они — это и есть мы. лучик тёплого света поздней январской ночью, струящийся из незашторенного окна... но стоит человеку уйти, как вновь наступает тьма…

***

в его голове часто была пустота. где бы он ни гулял, с кем бы не находился, мозг его производил лишь одну мысль, недоступную боле никому — пустую. планы, составленные на жизнь, цели, состоящие из планов… все это лежало в отдельной папке где-то среди глубин его подсознания. он их часто перечитывал, вносил правки, представлял, как будет нежится в лучах заходящего солнца на южном побережьи, как легкая прохлада пробирает до самых костей в снежной пустыне… да, он точно умел мечтать… но хуже того… …он умел думать. если бы я могла выбирала имена, я бы назвала его тигром: быстр, точен и невероятно силён… к годам двадцати он, вероятно, добьётся всего, о чем мечтает каждый маленький мальчик (или девочка), сидя перед экраном телевизора в таком мире, как этот. он один из тех уникальных личностей, которые способны справиться с большей частью проблем; всегда сосредоточен, иногда рассудителен, но никогда сдержан… Кацуки Бакуго… что же на самом деле твориться в его голове, и смогу ли я, автор, это описать...?

***

она всегда считала людей фарфоровыми куклами. любила на них смотреть, любила их слушать… в общем, она умела любить только умных и красивых, ведь, зачем вообще нужны люди, как она думала, если они не приносят тебе удовольствие? и конечно же, она любила: её окружали только те, кого она посчитала бы «приятным». и нет, это не всегда модельная внешность, идеальная фигура или премия в области математики. по правде говоря, она даже не знала, кого ей любить. ей было не совсем понятно, что вообще для других может означать красота или ум, которые она так ценила, поэтому больше всего в себе она любила талант. талант схватывать все на лету, всегда быть если не первой, то, хотя бы, второй или третьей. это, кстати, единственное, что она в себе любила. Первый день в академии обещал быть довольно интересным. Многие даже не представляли, что их может ждать: они прихорашивались (а вдруг они недостаточно хороши?) продумывали реплики (ведь надо же будет что-то сказать) представляли своих одноклассников (нужно знать человека, чтобы уметь найти к нему подход). Бакуго шёл один. Он всегда был один. И менять это ему ой как не хотелось. Свободу о ничего-не-мыслении он считал самым большим сокровищем, которое только могут у него отобрать. А вот Кэцуми обожала быть в центре внимания. Не потому, что слишком много о себе возомнила, а потому, что ей его и не хватало. Хотя чаще это получалось не специально, как, например, и в тот раз…

***

Качан остановился около здания: высокое, красивое… крутое. он уже мог начать ставить галочки напротив пунктиков, собственно, так он и поступил. перевёл взгляд на лестницу, хотел было шагнуть, но… как всегда, есть одно но… неподвижное тело, лежащее в нескольких метрах, на которое завёл парня его блуждающий взгляд. и, подумаешь, почему это именно он должен подойти и проверить, все ли в порядке? однако, никого другого рядом не было… Бакуго мигом оказался около девушки, грудь еле вздымалась. только он протянул руку, чтобы посчитать пульс, как кто-то слабо схватил его за запястье; послышались стоны, и вот, кряхтя, незнакомка привстала на локти, хватаясь за тяжелую голову. — что случилось? стоит вызвать скорую? …в его голосе звучал сухой долг вперемешку с недовольством. возможно, где-то в глубине души он и переживал за невысокую девушку, но показывать это он явно не стремился. она осмотрела своего «спасителя»: в меру высокий, довольно красивый, манеры… у кого-то в наше время они есть…? — нет, — она мило улыбнулась, — наверное просто давление упало. спасибо, что помог. — никогда не видел, чтобы оно так низко падало. (под давлением он точно имел виду девушку) Парень протянул руку, а блондинка, явно с большим усилием, за неё ухватилась. Б: — Кацуки Бакуго. Л: — Кэцуми Лив… где-то я тебя видела… ты ведь среди новеньких учеников UA? Б: — ты здесь учишься? Л: — тоже первогодка. Б: — твоя причуда? девушка загадочно улыбнулась, пробежалась взглядом по лестнице и обратно в глаза Бакуго. — думаю, у тебя ещё будет шанс это узнать. нам обоим пора, так что я пошла, — она махнула рукой и развернулась, — ещё раз спасибо за заботу. пару секунд парень просто тупо стоял, переваривая слова: — чё? какую заботу?! это был мой долг как будущего героя, поэтому даже не думай, что мне есть до тебя дело! да и если бы ты сдохла прямо перед школьной лестницей, не уверен, что потом не появились бы проблемы. они поравнялись на третьей ступеньке, у Кэцуми предательски закружилась голова и она вновь осела, чуть споткнувшись, на холодный бетон, жмурясь и одновременно усмехаясь. Б: — возьми себя в руки, я не буду тащить тебя до кабинета. хлопнула дверь, и девушка поплелась следом.

***

в классе было много детей. все уникальные, все прекрасны… и как всегда стоял шум: М: — К-Каччан…? Б: — ДЕКУ ТЫ МЕНЯ ЗАЕБАЛ! КАКОГО ХУЯ ТЫ ТЯГАЕШЬСЯ ЗА МНОЙ, КАК ЖВАЧКА НА БОТИНКЕ?! …он ударил руками о парту, за которой сидел зеленоволосый мальчик, и проговорил что-то на грани шепота, так похожего на рычание дикого зверя: — да как тебя, беспричудного, вообще могли сюда взять...? — хей Бакуго. от знакомого голоса на лице блондина отразилась смесь гнева и отвращение. он медленно повернул голову со взглядом, готовым убить. это сказала Кэцуми… Л: — посмотри-ка, мы в одном классе) …девушка повисла правой рукой на его шее, опустив глаза на его личико. Л: — может быть ты отстанешь от бедного Мидории, и начнёшь приставать к кому-нибудь другому? ( смотри, тот парень с красными волосами, Киришима, кажется… с ним-то тебе будет что обсудить! Б: — А НУ ОТВЯНЬ! …он сбросил девушку с себя, а та лишь тихо засмеялась, прикрыв рот рукой. Б: — НЕ ТЕБЕ РЕШАТЬ, С КЕМ МНЕ ВЫЯСНЯТЬ ОТНОШЕНИЯ, УЯСНИЛА?! Э: — кто-то че-то про меня сказал…? — Эйджиро повернулся на звуки их голосов, с непониманием уставившись на троицу. Б: — А ТЫ ВООБЩЕ НЕ ЛЕЗЬ! парни повернулись друг на друга. так вот, как выглядят два голодных тигра в одной маленькой клетке… Э: — ЧЁ?! Б: — ГОВОРЮ НЕ ЛЕЗЬ, КУДА НЕ ПРОСЯТ! А: — а ну быстро всем тихо. …человек (очень напоминающий торговца незаконной продукцией) Шота Айзава — классный руководитель — так незаметно появился в дверном проеме, что застал озверевших псов врасплох. Т: — эй, Кэцуми… Шото Тодороки… единственный и поэтому лучший друг Лив. и кажется, это было взаимно. все детство они прожили бок о бок, сражаясь со своими родителями, поглощенными амбициями… сколько травм они пережили, сколько боли… порой Кэцуми кажется, что парень до сих пор не сломался лишь потому что знал, что если опустит руки он — их опустит и Лив. Шото отошёл от стены, говоря девушке на ухо: —…где ты была? мы ведь договорились встретиться около входа… Л: — прости-и, — девушка протянула последний слог, — мне стало плохо, ходила за таблетками. он обеспокоено уставился на Лив, осматривая ее с ног до головы: Т: — внешних повреждений не вижу… все впорядке? Л: — да, просто побаливала голова, вот и все. Кэцуми щелкнула друга по носу пальцем, проходя на своё место. Т: — скажи, если будет что-то болеть. я постараюсь помочь. она благодарно кивнула и улыбнулась, присаживаясь на стул. Шото всегда старался хотя бы немного выражать эмоции рядом с ней, а его внешность, которая с каждым годом становилась все прекрасней, позволяла ему стать одним из самых близких к Лив людей… …и поэтому она его любила. Изуку наблюдал за всем со стороны. в его голове роилась туча мыслей, и каждая была страннее предыдущей… «Лив Кэцуми — студентка, поступившая по рекомендации, как Тодороки Шото и Момо Яойорозу… но откуда она может знать Бакуго…? и откуда ей известно моё имя…?» он нырнул глубоко в свои размышления, как это всегда и бывало, уставившись в одну точку… ему ведь надо будет записать все в тетрадь. Л: — эй, псс, — щелчок рядом с его лицом оказался громом, заставляющим зажмуриться и навсегда ускользнуть беспокойные мысли, — все впорядке? …мозг Кэцуми почему-то именно сегодня решил пребывать в хорошем настроении, поэтому она обеспокоено смотрела на соседа слева. как жаль, что так будет не всегда… девушка зыркнула на его тетрадь, в которой она заметила множество записей и рисунков. Л: — красиво… — задумчиво протянула она, и до того, как Изуку успел что-то промямлить, учитель уже начал свою «речь»…

***

А: — так… сейчас мы будем проходить тесты… Л: — Господи, почему из всех учителей нам достался именно он… …девушка прошептала это себе под нос, но стоящий рядом Шото конечно же услышал: Т: — когда ты начала верить в Бога…? Лив с полным непониманием прищурилась и приоткрыла рот, а спустя пару секунд тупежа все-таки спросила: Л: — че… А: — так. …мужчина смотрел на парочку в упор, ловя каменные взгляды. А: — у меня есть список, по которому я должен вас вызывать, но как мне кажется, ты, Кэцуми, хочешь начать быстрее остальных. Л: — вам кажется) А: — бери мячик и метай. правил нет, можешь использовать причуду, что угодно, но не выходи из круга и бросай как можно дальше. Л: — насколько далеко? А: — чем дальше — тем лучше. Л: — хм… это займёт время, вы не против? А: — сколько хочешь. в этот момент девушка замахнулась, и теннисный мяч, будто пуля, помчался на огромной скорости вперёд. её глаза горели светом, что можно было увидеть поздними вечерами на чистом небе, в месте, где солнце касается земли… цвет адского пламени. Л: — это может занять около часа. А: — хм… Шота смотрел на счётчик, его цифры стремительно росли и даже не думали останавливаться; глянул на Кэцуми: она застыла в боевой позе, взгляд ее был пустым, но решительным. все остальные молчали… спустя пятнадцать минут у некоторых начали сдавать нервы: Э: — долго там ещё?! Л: — ещё шесть мину девятнадцать секунд… сзади послышались раздражённые вздохи, на которые девушка сперва решила никак не реагировать, но после перелетевшей фразы что-то делать все-таки пришлось: Б: — дайте пройти! …блондин в три широченных шага оказался около неё и бесцеремонно начал выталкивать из круга. Л: — ты чё воОБЩЕ ТВОРИШЬ?! Б: — УЙДИ С МЕСТА, ЗАДРАЛА УЖЕ В ОДНУ ТОЧКУ ПЯЛИТЬСЯ! Л: — ч-чего?! сам отъебись! сейчас моя очередь! Б: — уже нет! …он схватил мяч… А: — я не могу начать принимать норматив у тебя, пока другой мяч ещё в воздухе. девушка вдруг закрыла рот рукой, взгляд ее был таким же пустым: Л: — ой… Я: — что-то не так? — Момо подошла к Лив, кладя руку на плечо. Л: — я, кажется, мяч потеряла… Б: — кажется?! ты проебала его ещё минут двадцать назад! А: — ладно Кэцуми… я запишу тебе 38 тысяч. Б: — 38… тысяч…?! Каччан посмотрел на девушку не скрывая тотального шока… « как… как можно было бросить настолько сильно мяч?! и куда он вообще улетел?! да что у неё за причуда такая…» …он отвернулся и встал в позицию, готовый рвать и в прямом смысле метать. …руку за голову, всю силу в бицепс… давай. на огромной скорости «снаряд» вылетел из «катапульты», но даже так еле достиг отметки в 600 метров… Л: — Бакуго, ложись! парень обернулся на назойливый крик, готовый вмазать этой выскочке по самые не балуйся, вот только сразу после того, как он сделал один шаг, в метре от его носа застыл теннисный мячик, заставивший Кацуки зажмуриться и отвернуться… …но ничего не произошло. девушка смотрела горящими глазами на объект, постепенно собирая его из маленьких частиц, возвращая первозданную форму… видно было, что мяч прошёл афганскую войну… Л: — возвращаю. сказала она это холодно, кладя снаряд в ведро, а затем вернулась в строй, скрываясь в толпе. парню не осталось ничего, кроме как проводить наглую ошарашенным взглядом… слишком уж она сильна… и она его бесит.