Болезнь

С самого начала их не совсем обычных отношений Рома не задумывался о законах реальности. Да, он знал, что существует какая-то биологическая проверка человеческих отношений, да, видел, как некоторые из его знакомых попадали в эту ситуацию, но никогда не представлял себя на их месте. У них с Джонни было всё настолько хорошо, что про них можно было снять самый сопливо-милый сериал. Уже год они живут вместе и Рома никогда не жалел, что решил попробовать что-то новое в своей жизни. Колбая всегда был отличным другом, а когда после одного из стримов неожиданно тихим голосом признался, что влюбился с первого взгляда, сердце Фильченкова растаяло окончательно. Принять парня со всеми недостатками было не вперво́й, а полюбить, когда любят тебя, оказалось гораздо проще. Малейший знак внимания, и я весь ваш. Поэтому когда с утра, готовясь к субботнему стриму, Рома заметил у себя на пальце небольшое фиолетовое пятнышко, не обратил на него совершенно никакого внимания. Ну мало ли, синяк как синяк, странно, что прямо на кончике пальца, но ладно, разное бывает. Но когда на следующее утро проснулся от криков Джонни, сердце ушло в пятки. — Неужели это… То, о чём я думаю? — шёпотом спросил парень, с ужасом рассматривая свою ладонь и болезненно прикусывая щёку изнутри. — Ты главное не волнуйся. Блять, всё точно будет хорошо, — Джонни суетился рядом, то хватаясь за голову, то заламывая руки, но в конце концов просто сел возле ног Ромы, беря его за руку и осторожно целуя «повреждённый» палец. — Мы со всем справимся, обещаю. Фильченков ничего не ответил, тупо пялясь в стену перед собой, и начал машинально поглаживать Джонни по голове. Вот она, биологическая проверка. С одной стороны это хорошо, ведь сама Мать Природа считает, что они настолько долго вместе, что смогут выдержать даже такое, а с другой стороны… Он же полностью ослепнет, да? — Я хочу больше почитать об этом. Рома включил компьютер, набирая в поисковике формулировку, которая сама возникла в голове: «фиолетовая кожа и слепота». Первая статья, конечно же, Википедия, говорила, что это называется синдром фиолетовой слепоты, но в простонародье её прозвали фиолетовой лихорадкой. Почему «лихорадкой» Фильченков так и не понял, но со второго абзаца начал читать вслух: — Проявляется только у людей, которые состоят в серьёзных отношениях больше года. По истечении этого времени у одного влюблённого кожа приобретает явный фиолетовый оттенок и, чем больше площадь «заражённой» кожи, тем больше времени в сутках человек будет слепой. Этот процесс необратим и за несколько недель «заболевший» полностью ослепнет и остаётся на попечении своей второй половинки. Период полной беспрерывной слепоты зависит от количества ссор, которые были у пары за прошедший год. Если за это время их отношения хоть как-то испортятся, человек до смерти останется слепым… — Рома оглянулся на стоящего у него за спиной Джонни и безжизненно прошептал: — Я ослепну?.. Навсегда? — Нет, даже не думай о таком! Я тебе обещаю, клянусь блять, что всё пройдёт! Там же написано, — парень снова всмотрелся в экран, — что «если всё останется как прежде, то к зрение вернётся без каких-либо последствий», — он снова присел перед Фильченковым на колени и всмотрелся ему в глаза. — Смотри на меня. Всё будет хорошо, — но Рома только сполз на пол, утыкаясь головой в чужое плечо, и закрыл лицо руками, тихо всхлипывая. — Блять, Ромашка, я люблю тебя, не плачь, пожалуйста. У Джонни никогда не получалось утешать людей, поэтому он просто обнял парня, пытаясь хоть так передать ему всю любовь, которая у него была, и даже больше. Он никогда не испытывал большего счастья, чем есть сейчас, и он бы отдал всё на свете, чтобы продержать всё хорошее на капельку дольше. Рома перестал плакать и уставился на свой палец, на котором фиолетовым стал даже ноготь, а потом тихо спросил: — Ты когда-нибудь думал о том, что с нами должно такое произойти? — Нет, — честно ответил Колбая, поджимая губы. — Почему? — Потому что не имею привычки думать о плохом, когда вокруг всё хорошо. — Поцелуй меня. — Что?.. — Поцелуй меня, пока я тебя вижу, — Фильченков поднял голову. — Хочу запомнить тебя лучше всех даже если это будет конец. Джонни фыркнул, но не мог не выполнить просьбу. Он наклонился и осторожно, так, как будто бы делает это впервые в жизни, накрыл чужие губы своими. Рука Ромы тут же скользнула на затылок, прижимая к себе сильнее и углубляя поцелуй. Парень никогда не понимал этих поверхностных поцелуев. Если целуешь, значит любишь, а если любишь, то проявляешь эту любовь любым возможным способом в любое время. Колбая почувствовал, как начинает нагреваться воздух в комнате от одной их близости и хотел прервать поцелуй, но Фильченков сделал это сам: — Я… Ничего не вижу. Джонни посмотрел ему в глаза и рот открылся сам собой: весь хрусталик Ромы почти за мгновение стал мутно белым. — Ты можешь… Довести меня до кровати?.. — Да-да, конечно, пойдём. Осторожно, — парень помог ему подняться и медленно, позволяя хвататься за стены, повёл в спальню. — Что… Что ты чувствуешь? — Беззащитность. Джонни закусил губу, рассматривая парня. Рома сидел ровно, глядя чётко перед собой и в никуда одновременно, и колупал ногтем ниточку на домашних штанах. Колбая присел рядом, поцеловал его в щёку и взял за руку, переплетая пальцы: — Я всегда буду рядом.

***

Обратно Рома прозрел достаточно быстро, но не двигался после этого долго. Джонни оставил его наедине со своими мыслями, потому что это всё-таки сложно, понимать, что ты скоро останешься совсем слепым и не мочь ничего с этим сделать. Но Фильченков времени зря не терял: закрыл глаза и подумал, чем он может таким заниматься, что не требует зрения? Вспомнилось очень мало вещей. Поэтому через две недели, когда не было и минутки, чтобы Рома мог быстро нормально видеть, всё уже было подготовлено. Видео на канал о резко наступившей на пятки «болезни» парень снял и смонтировал сам, получая исключительно положительную реакцию подписчиков, которые готовы были ждать ролики столько, сколько нужно. Все выступающие углы в квартире на уровне его головы были проклеены толстым слоем пупырчатой плёнки, а на телефон скачаны десятки аудиокниг. Фильченков наловчился одеваться и ходить по квартире достаточно быстро, но теперь они оба вынуждены были питаться покупной едой. Джонни категорически запрещалось пытаться что-то приготовить, потому что «Нет, ты сожжёшь нам квартиру ко всем чертям!», но зато он нашёл отменный ресторанчик с итальянской кухней неподалёку от дома и теперь заказывал еду там. В принципе, даже неплохо. На протяжении первой недели лихорадки Рома только ел, слушал аудиокниги или музыку и спал. Печально вздыхал, когда Колбая говорил, что идёт запускать стрим, и засыпал к тому моменту, когда парень со всеми прощался и возвращался в спальню, осторожно ложась рядом. Один раз, когда он сидел на кровати, Джонни присел рядом и попросил его закрывать глаза, когда он вот так проводит время. — У тебя такое безжизненное лицо становится. Страшно, что ещё мгновение, и в обморок грохнешься, — тихо произнёс парень. — Или умрёшь. — От этого не умирают, — заверил его Рома, наугад хлопая его по ноге.- Разве из-за того, что голову расшибают, когда одни в квартире. Колбая недовольно хмыкнул, мол, такие шутки шутишь, дурак, но лишний раз проверил надёжность крепления на всех углах. Ни разу он ещё не оставлял Фильченкова одного дома в таком-то состоянии. Да и глядя на него, не очень-то и хотелось.

***

Дни тянулись за днями, но вот прошло уже три недели, а Рома так и не увидел белый свет. Всё чаще в голове возникали вопросы «а не завёл ли Джонни кого-то на стороне», но тот слёзно клялся, что любит только его и никого больше. А в одно утро Фильченков вообще обнаружил у себя на тумбочке какие-то цветы. — Что это? — спросил он, когда Колбая вернулся в спальню. — Доказательства, что я люблю тебя. — Это… — Рома потянулся взять букет в руку, но укололся, — Ау! Розы? — Ага. Твои любимые. — Но они же завянут и я их даже не увижу… — Бля, а я не подумал… — было слышно, как Джонни почесал голову. — О, а мы их в ванну будем на ночь класть. У меня так мама всегда делала. Рома кивнул, вдыхая приятный аромат, и улыбнулся ещё шире. И вдруг… — Блять! Джонни! Я вижу! — Что?! — Тебя, дурак! — у Фильченкова вырвался нервный смешок и он попытался резко встать, чтобы обнять Джонни, но от неожиданности упал обратно на кровать, смеясь уже громче. — Чёрт, я вижу! — Это значит, что мы прошли проверку? — неверяще спросил Колбая. — Да. А ещё это значит, что ты большой молодец, — Рома сел на кровати и протянул руки вперёд. — Я тебя уже не вижу, но обнять всё ещё могу. Джонни улыбнулся и присел рядом, осторожно укладывая голову на чужое плечо. Всё хорошо, что хорошо кончается. И после чего остаются невероятные фотографии.