Игра контрастов

Пробуждение было прекрасным — иначе и быть не может, когда открываешь глаза и первым делом ощущаешь тёплую руку, обнимающую тебя во сне. Осторожно выбравшись из-под неё, я выполз из-под одеяла и на цыпочках прокрался к выходу из комнаты, чтобы не разбудить владельца этой мягкой руки, безымянный палец которой украшало кольцо с чёрным камнем. Одеяло слегка сползло (или же это я перетянул его во сне, что было больше похоже на правду), поэтому мне выпала честь любоваться оголённой ягодицей и ногой, торчащей из-под шёлкового постельного белья. Улыбнувшись краем губ, я последовал на кухню, где принялся готовить завтрак, хотя, признаться честно, был в этом очень слаб. Джерард готовил просто потрясно, я же ему и в подмётки не годился, однако хотел порадовать своего пар... Мужа. С ума сойти, правда? Я так и не привык, однако от мысли, что мы теперь связаны ещё сильнее, пусть и формально, становилось до невозможности тепло, а кольцо из чёрного золота, украшающее мой палец, с каждым взглядом на него заставляло гордиться тем, что из всех мужчин мира Джерард выбрал именно меня. — Ого, варёные яйца, — он подкрался совсем незаметно, когда я стоял у плиты, поэтому я испуганно вздрогнул, почувствовав руки, обвивающие мою талию со спины и прижимающие к себе. — Мини-шеф в деле? — Я хотел ещё салат приготовить, так что помолчи, — хмыкнул я, в то время как Джерард уткнулся носом мне в шею, проснув руки под фартук, надетый на голое тело и скользя кончиками пальцев по моему торсу. — Знаешь, я тут подумал, что мне бы не помешало похудеть. В последнее время я как-то набрал. — Даже не начинай, — я не видел его лица, но был уверен, что он закатил глаза. — Хм. Ну, с какой-то стороны... У меня теперь есть задница. — Не-а, — фыркнул Джерард. — Разве нет? — спросил я чуть обиженно. — Нет. У тебя всё ещё самая очаровательная плоская задница на свете. — Конечно, ты даже здесь меня обставил, — проворчал я и словно в отместку слегка подался бёдрами назад. — А что это упирается в мою плоскую задницу? — То же самое, что скрывается под этим неудобным фартуком, — с этими словами Джерард едва ощутимо коснулся рукой моей эрекции, заставив стаю мурашек пробежаться от макушки до пят. — Это из-за утра, а не из-за тебя, — заявил я и, гордо подняв голову, выключил плиту и переставил кастрюлю с яйцами на деревянную подставку. — Ладно, — его руки в одну секунду выскользнули из-под фартука, и спиной я больше не ощущал тепло чужого тела, что чертовски меня расстроило, хоть я и не подал виду. Тогда я повернулся и тут же столкнулся взглядом с Джерардом, опустившимся на стул и слегка раздвинувшим бёдра. — Приоделся бы ты, — проговорил я, нервно сглотнув. — Кто бы говорил. — Я в фартуке. Я всегда любил дразнить его — изображать излишний холод, а затем набрасываться с поцелуями. Этакая игра контрастов, которую мы оба до чёртиков обожали. — Ты в нём, конечно, очень горяч, но всё же он мешает мне увидеть главное, — бесстыже коснувшись своего члена, Джерард принялся медленно дрочить прямо здесь, на кухне, ну просто верх варварства! — Мои глаза фартук не скрывает, — заявил я и скрестил руки на груди. — Твою мать, Фрэнк, прекрати этот цирк и займись со мной сексом! — возмущённо воскликнул Джерард, заставив меня тихо заржать. Я завёл руки за спину и осторожно потянул за кончик бантика, развязывая фартук, после чего отбросил его в сторону, всё это время глядя Джерарду в глаза. — Ну же, Джи, у нас вчера была первая брачная ночь, неужели тебе мало? — усмехнувшись, я двинулся вперёд, планируя пройти мимо него, но он схватил меня за руку, и я, совершенно не сопротивляясь, развернулся и уселся ему на колени. — Ладно. Вчерашняя ночь в самом деле была длиннее, чем мы изначально планировали, и мы полностью насытились друг другом, уснув в чём мать родила. Мы менялись, уступая друг другу место «сверху», пробовали новые позы, словно до этого ни разу не имели возможности переспать. И сейчас мне было слегка неудобно сидеть, не говоря уже о большем, однако Джерард бесстыже провоцировал, заставляя меня желать его с самого утра. — Безжалостный, — прошептал я, устроив локти на его плечах, в то время как он прижал мой член к своему и принялся поглаживать нас одновременно. — Я?! — Джерард возмущённо прищурился. — Я зашёл на кухню, а ты с самого утра устроил здесь непонятно что. — Я готовил тебе завтрак! — воскликнул я и тут же простонал, вскинув голову, потому что этот ублюдок посмел ускорить движение, словно нарочно касаясь головки. — И сверкал голой задницей, ага, — усмехнувшись, он свободной рукой схватил меня за волосы, притягивая к себе и впился в мои губы поцелуем, в то время как я опустил руку вниз, соприкасаясь с его пальцами и помогая ему довести нас до высшей точки наслаждения. Джерард отвёл руку, заставив меня недовольно простонать ему в губы, а в следующую секунду подхватил меня под коленями, поднимаясь со стула. Я с готовностью прижался к нему, обвивая его шею руками, в то время как он потащил меня в спальню. — Нет, ну я же в самом деле стал тяжелее? — допытывался я, когда он опустил меня на кровать. — Тяжелее, чем пять лет назад, возможно, — кивнул Джерард, устраиваясь между моих ног, — но, извини, ты тогда совсем задохликом был. — А ты всё равно влюбился, — улыбаясь, я двинулся ближе к подушкам. — Не влюбиться в тебя было самой сложной миссией, которую я с успехом провалил, — прошептал он, наклонившись, и едва ощутимо поцеловал меня в шею. — Мне, кстати, всегда было интересно, как сложилась жизнь Джерарда из этой вселенной, раз такое, кхм, «сокровище» досталось тебе, — запустив руку ему в волосы, я внимательно взглянул в удивлённые глаза, в мгновение ока уставившиеся на меня. — Ты никогда об этом не думал? — Не приходилось, — Джерард удивлённо вскинул брови и, оперевшись локтями в матрас по обе стороны от меня, устроился поудобнее, почти прижимаясь своим животом к моему. — Я никогда тебе не рассказывал, но я его видел. Другого Джерарда. — Что? — от неожиданности я поперхнулся воздухом и громко раскашлялся. — Когда тебя забрали в больницу, а я ещё не нашёл Майки, я видел его. Он был в кафе с красивой черноволосой девушкой, но меня удивил один факт: эта девушка была той самой предсказательницей из моей вселенной, что нагадала мне тебя. — С красивой девушкой, — хмыкнул я. — Интересное совпадение. Так она тебе понравилась? — Придурок, я гей, — Джерард закатил глаза и приник к моим губам, параллельно поглаживая меня по щеке и прижимаясь теснее, таким образом, что его член коснулся моего, вызывая во мне негромкий гортанный стон, после чего он отстранился и принялся плавно двигаться. — А если бы ты встретил какого-нибудь красивого парня, он бы тебе понравился? — не унимался я. — Нет, потому что самый красивый парень вчера вышел за меня замуж, — процедил Джерард сквозь зубы, — и если он сейчас же не прекратит нести чушь, то будет вынужден извиняться передо мной на коленях. — Вот как? — усмехнувшись, я принялся двигать бёдрами ему навстречу. — А что, если этот парень вовсе не считает себя самым красивым, потому что этот титул уже принадлежит его мужу? С этими словами я резко толкнул его в грудь, заставляя перевернуться, навис сверху, глядя ему прямо в глаза, и плотоядно облизнулся. Я принялся медленно опускаться вниз, помечая каждый миллиметр его тела поцелуями, особое внимание уделяя чистым местам, а не тем, что и так уже были покрыты засосами. Огладив круглые мягкие бока, покрытые узорами растяжек, слегка сжав их пальцами, я наконец столкнулся с возбуждённым до невозможности и чуть подрагивающим органом. — Смотри мне в глаза, — прошептал Джерард и, поймав мою руку, переплёл наши пальцы. Я же послушно поднял взгляд и, обхватив свободной рукой его член, направил его между своих губ, медленно опускаясь и параллельно двигая языком, наконец заставив Джерарда сладко стонать. Боже, я никогда не перестану любить его стоны. Не разрывая зрительного контакта, я продолжил влажно двигаться вокруг него, не обращая внимания на излишки слюны, стекающие вниз и слегка испачкавшие мою руку, одновременно с губами и языком массирующую Джерарда. Его солоноватый привкус, его размер, к которому я уже успел привыкнуть, боже мой, он. Он всё ещё был моим и это было немыслимо. Мне не пришлось даже прикасаться к себе — осознание того, что он мой, полностью мой, что мы теперь мужья, трение о шёлковую простынь, его взгляд, его плоть у меня во рту — всего этого хватило, чтобы кончить, и плевать я хотел на испачканную постель. Мне было не до этого, я насадился максимально глубоко, сглатывая и жмурясь, потому что это всегда было чуть сложнее, чем базовый минет. Вынув его член изо рта, я принялся водить языком по всей длине, вылизывая его и продолжая смотреть Джерарду в глаза, и его оргазм не заставил долго ждать. Я чуть привстал, обхватив его пальцами и плавно массируя, пока он кончал себе на живот, после чего мягко улыбнулся и, отогнув простыню (всё равно её необходимо было стирать), небрежно вытер его и устроился рядом. — Перекати-поле, — Джерард так жалобно уставился на меня, как только я лёг рядом, что я успел испугаться, что сделал что-то не так, — я ведь вчера чистил задницу, может, трахнешь меня? — Очень вовремя, — проворчал я, рассчитывая вообще-то расслабиться, но разве я мог отказаться от подобного предложения? Я поцеловал его в шею и, не удержавшись, слегка прикусил тонкую кожу, чем вызвал шумный вздох. Сев на кровати, я потянулся к тумбочке, чтобы достать смазку, а Джерард, воспользовавшись моим беззащитным положением, тут же принялся меня щекотать. — Ты совсем охренел?! — воскликнул я, быстро хватая тюбик, и разъярённо уставился на него. — Ну, извини, такой милый животик, я просто не удержался, — он очаровательно улыбнулся, сверкая глазами и ямочками на щеках, пока я устраивался между его ног. — Кое-кто здесь до смерти боится щекотки, и это, к слову, не я, — взглянув на него исподлобья, я открыл тюбик, выдавливая немного смазки на указательный палец и одновременно поглаживая его член, заново возбуждая, — так что даже не надейся, что я забуду. Он хотел было что-то ответить, но не успел, потому что мой палец уже был в нём, согнутый под нужным углом и почти достающий до самой чувствительной точки. — Фрэнк, ты не дотягиваешься, — простонал Джерард, выгибаясь и сжимая руками простынь. — Я знаю, — мстительно улыбнувшись, я слегка повернул палец, после чего ввёл уже второй, заставляя Джерарда буквально молить о пощаде. — Чёрт, мне не нужна особая подготовка, мы трахались этой ночью! — прокричал он, с трудом приподняв голову и уставившись на меня широко распахнутыми глазами. — Фрэнки, прошу тебя, — захныкал он, вновь откинув голову на подушку, — мне просто нужен твой член. — Боже, — выдохнул я, на самом деле уже растеряв весь свой мстительный пыл. — Да. Хорошо, сейчас. Вынув пальцы, я выдавил ещё немного смазки и, распределив её по всей длине, прижался к кольцу мышц, чувствуя, как кожа горит алым пламенем и любуясь покрасневшим лицом Джерарда, жмурящегося в агонии, касающегося себя и шепчущего моё имя. Я медленно и плавно вошёл, придерживая его за бёдра, после чего, понимая, что нам обоим необходимо любое трение, принялся как можно быстрее набирать скорость, толкаясь и буквально выбивая из Джерарда стоны, втрахивая его в матрас и тяжело дыша. Сбившееся дыхание, жар, скрип пружин, абсолютная потеря любого ритма и несколько животное желание — я даже не понял, как кончил, осознание пришло лишь в тот момент, когда мои ступни покрылись мурашками, а внизу живота разлилось потрясающее чувство удовлетворения. Джерард уже лежал буквально без чувств, расслабленно дыша и расфокусированным взглядом блуждая по мне. — Это было охуенно, — с трудом выдавил он, как только я плюхнулся рядом с ним, утыкаясь лицом в его плечо. — Слишком, — отозвался я. Некоторое время мы лежали молча, приходя в себя и восстанавливая дыхание, а потом я внезапно выдал: — Если мы переживём войну, я осветлю волосы. — Ты это к чему? — удивлённо прыснул Джерард. — Не знаю, просто в голову пришло. Чтобы это не стало шоком, сообщаю заранее. — Ты мог бы сообщить мне об этом за день, а не за целых тринадцать лет. — У тебя будет время подготовиться, чёрт знает, что это будет за зрелище, — чуть приподнявшись, я быстро чмокнул его в губы. — Мне плевать, что творится у тебя на голове, я люблю тебя не за волосы, — он улыбнулся, прикрыв глаза, и потянулся. — Кстати, мы так и не определились по поводу фамилии. — А я думал, что определились, — проговорил я и, покосившись на Джерарда, еле слышно добавил: — Айеро-Уэй. — Да пошёл ты, — рассмеялся он и, обняв меня за талию, прижал к себе.