Сладкий сон

Чёрный Тонет Океан Просто Рыщет Оный Ибн Света Ходит Одинокий Дикий И Твердит «Спасите»

Я чувствовала себя старше лет на тридцать. Я пила алкоголь, не находя в нем уже толком никакого утешения, словно, все, что он делал, это лишь придавал мне напускной весёлости. Я читала запоем книги, главы через две прерываясь, чтобы послушать ту или иную песню. Я бесцельно смотрела в стену, стараясь думать хоть о чём-то веселом, но не могла думать ни о чем. Я неизменно каждый день носила одни и те же джинсовые шорты и большую, даже чересчур объемную толстовку, купленную какое-то время назад, как раз для состояния внезапной хандры. Меня не волновало, что на улице было лето, а температура переваливала порой за тридцать градусов, потому что я ощущала себя комфортно. Однажды выйдя из дома в случае крайней необходимости, я натолкнулась на своего соседа, который довольно редко приходил ночевать домой. –Доброе утро, Мун,– меня передернуло от того, как он меня назвал. Не знаю, было ли это его постоянной привычкой давать людям дурацкие клички, или он удостоил этой чести только меня. Сосед осмотрел меня с ног до головы – хмурую и безрадостную,–У тебя что депрессия?– он улыбнулся, надеясь, что своей шуткой просто скрасит обстановку. –Депрессия ли у меня? В один момент, когда накатывается это чувство, тебя начинает посещать много грустных мыслей. Ты меняешься. В один момент ты даже открываешься окружающим, но они тебя такого отвергают. Тебе приходятся меняться и подстраиваться. Ты сломлен внутри, и ты думаешь, что уже ничто не может тебе помочь. Ты раз за разом примеряешь на себе улыбчивое лицо, смотря на себя в зеркало в отвращением. Ты понимаешь, что это не ты. Ты видишь не себя, а лишь какого-то клоуна, что пытается потешить публику. Ты почти сдался... Но потом... приходит словно облегчение. Больше тебя уже ничего не волнует. Тебе все равно. Ни оценки, ни друзья - ничего больше не волнует тебя. Ты ничего не чувствуешь. Каждый день ты просыпаешь и смотришь на себя, ощущая что с тобой что-то не так, что ты стал сбоем в сестрин, но ты ничего не можешь поделать с этим. Ты можешь ощущать только какие-то штучно иные эмоции, но испытывать что-то по отношению к другим людям... это тебе недоступно. Так депрессия ли у меня? – я горького усмехнулась, а после заперлась в своей квартире

***

Изредка выглядывая в окно, я смотрела на проходящих мимо людей и на малышей, что играли на детской площадке во дворе дома. И, если честно, то я даже немного завидовала им. Смотря на этих детей, я видела, что у них совсем нет времени на тоску, грусть и депрессию, в отличии от меня. Хотя я видела в этих детях намного больше жестокости и лицемерия. Сосед почти сдался наладить со мной контакт, так что он меня практически не беспокоил. Однажды, когда мне вновь пришлось выбраться из квартиры, я шла по лестнице и услышала голос своего соседа, который разговаривал с кем-то –Ты прекрасен такой, какой ты есть. Не притворяйся рядом со мной. Я не хочу видеть твоё притворство и твои ненастоящие эмоции. Ты прекрасен настоящий. Ты человек, и все люди порой грустят, поэтому не кори себя за это, хорошо? В тот момент мне показалось, что быть может зря я отталкивала этого человека?

***

И я была бы рада сказать, что поездка его огорчила меня, но она, впрочем, как и все остальное, не вызвала во мне никаких чувств. Лишь на долю секунды мысль о расставании с ним повергла меня в некое отчаяние, но все это испарялось так же быстро, как и напоминание самой себе о том, что Чан вернётся через две недели.