Люблю тебя
22 февраля 2021 г., 01:10
Быть может, счастье — это просто тихое дыхание рядом со мной на подушке?
POV HANDE Этот сказочный вечер снова всплывает в моей голове. Ты должна хоть немного поспать, Ханде. Завтра же важный день для Керема. Который час смотрю в потолок вспоминая его слова, руки, прикосновения. Я была счастлива. Однажды, мне сказали, что любовь это сложно, я так и считала до последнего дня. Но ведь всё оказывается по другому, сложность заключается лишь в двух вещах. Принять свои чувства и не сгореть в них. Но я уже горела. Было слишком поздно. Я сгорела от одного взгляда на себе, от его рук, которые скользили по моему телу. На секунду, мне показалось, что я была желанна платонически и мы оба разделяли эти чувства. Не выдержав, достаю личный дневник, который заполняется последний раз перед моим импульсивным решением уехать. «Дорогой дневник, это снова я. Но на этот раз в моей жизни случилось важное событие. Я поняла, что человек с которым я живу, стал самым близким мужчиной в моей жизни. Да, некоторое время назад я писала, что он самый последний эгоист и индюк. Но сейчас он другой. Когда-то мама сказала мне, что мужской эгоизм живёт ровно до той секунды, пока он не встретил свою любовь. Неужели, я нравлюсь Керему? Сегодня, он сделал меня самой счастливой женщиной. Никогда я не была знакома с друзьями своего парня, но Керем ведь мне не парень и даже не друг. Дневник, я влюбилась, как наивная глупая девочка. Сегодня я поняла, что мужчины умеют любить. Может даже сильнее, чем женщины. Но они любят лишь раз в жизни. И ради этой женщины, они готовы отказаться от всего, что было «до». Они действительно сворачивают горы. Горы проблем, трудностей и самолюбия. Он никогда не будет выбирать между собой и ей, потому что этот выбор сделан за него и внутри него. Его выбор — всегда она! Своим поведением он показывает, что я нужна ему и я буду с ним. Мне стыдно, что я еще не разорвала этот контракт, но он уже не важен для меня. Я влюбилась. Влюбилась в своего фиктивно мужа.» Убрав чёрную книжку под подушку, встаю с постели и выхожу на лестницу. Мне нужна была вода. Остановившись около приоткрытой двери, заглядываю. На левой стороне кровати мирно спал мужчина. Не ходи Ханде, не смей. — Заткнись уже, он ведь замёрзнет. — отругав свои же мысли, захожу в комнату под громкий крик своего разума. Закрыв окно, подхожу к кровати, накрывая голое тело, которое так и просилось прикоснуться. Не сдержавшись, провожу пальцем по горячему телу в области груди. — Я даже не могла подумать, что смогу влюбиться вот так, словно по щелчку пальца. Мне стыдно перед тобой, я ненавижу себя за этот контракт, ведь я полюбила тебя. — встав с постели, оставляю поцелуй на лбу. — Я хочу всё исправить, Керем. Но это так сложно. Слишком много факторов поставлены на этот договор. Пересилив себя, убираю руку и направляюсь к двери. — Ханде? Это ты? — сонный голос нарушает тишину, заставляя меня вздрогнуть. — Что случилось? — потирая глаза, мужчина садится и смотрит на меня. — Иди сюда. Убрав край одеяла, Керем жестом приглашает меня к себе. Разум кричал только одно «не смей!», а сердце и тело совершено другое «давай, ты же хочешь.» Я хотела. Я хотела быть с ним в одной постели. Как он и говорил «я хочу быть с тобой в одной постели». Резко и жажда перестала меня мучить, а ноги сами несли к дубовой кровати. — Прости, я не хотела тебя будить. — забравшись с ногами, прикрываю грудь, которая так и хотела вывалиться из-под тонкой ткани пижамы. — Я увидела, что ты спишь раскрытым, вот и решила накрыть. Краснота подступала к щекам, я же не могу сказать, что призналась в любви мужчине, когда он спал. — А ты еще не ложись? — пододвинувшись ко мне, Керем поднимает мой подбородок. — Останешься со мной? Мы просто поспим. Я не буду распускать руки. Но я хочу, чтобы ты распускал руки. — Да. — словно кошка, грациозно переползаю ниже и ложусь на накаченную грудь, где некоторое время назад лежала моя рука. — Ты такой горячий. — В какой плане мне это понимать? — смех вырывается из уст Бюрсина, а я снова краснею. Твою мать, Ханде. — Не стоит краснеть, ты не должна стыдиться того, чего хочешь, Хандеми. Чего это я хочу? Меня начинают переполнять эмоции. Да какого черта? — Вот умеешь ты всё испортить. — толкнув шатена в бок, закатываю глаза. — Я не стыжусь своих желаний, Керем. Это простой страх, ведь у меня не было такого никогда. — Тогда, я буду предельно осторожен, мой ангел. — перевернувшись, мужчина нависается надо мной. Желудок сводит от страха, а дыхание перехватывает. Нервно начинаю глотать воздух. — Не бойся, я не сделаю тебе больно. — горячее дыхание обжигает мою кожу. Пальцами, нервно хватаю простыни. Я готова отдаться ему. — Ты такая красивая Ханде. Расслабься. — согнув мои ноги в колени, Керем садиться между ними, поглаживая мои ноги. — Я остановлюсь, как ты только попросишь. — Не останавливайся. — хрипота одолевает мои гланды, заставляя меня возбуждаться еще сильнее. Теперь, сводило всё тело, а ногти впивались в мои ладони. Влажные губы скользнули по моей шеи, оставляя неописуемые ощущения. Я подпустила к себе мужчину. — Покажи мне того, кто назвал самую сексуальную, самую красивую и самую желанную женщину — фригидной, я уничтожу его лично. Я не чувствовала себя другой, словно так всё и должно было случиться. Я хранила своего тело для него. Он снова станет моим первым. Мужское достоинство без капли смущения упирается мне в бедро, пока тело одолевают мурашки. Каждый мой вздох, губы спускались всё ниже, опуская бархатистую ткань всё ниже, обнажая верхнюю часть тела. — О Аллах, теперь я точно знаю, что ты прекрасна не только в одежде, но и без. — отстранившись, Керем любуется мной, заставляя меня краснеть всё сильнее. — Я очень хочу тебя, но этой ночью, пусть мы будем одеты, наш первый раз будет особенным. — Да, ты прав. — перевожу своё дыхание, прикрывая грудь одеялом. — Я лучше пойду к себе. Спускаю ноги, но мужские руки обвивают мое тело, притягивает к себе. — А я тебя не отпускал.***
Жар. Открываю глаза из-за нехватки кислорода, тяжело дыша. — Доброе утро, принцесса, у нас есть 20 минут, чтобы просто полежать. — перед моими глазами находились губы Керема, который сладко расплывались в улыбке. — Ты так красиво спишь. — Мне было очень жарко. — надеваю рубашку, которая была приготовлена на сегодня. Ну ничего страшного, другую наденет. — Э, э, э, как бы это было для мероприятия. — бросаю взгляд «уже нет» и спокойно возвращаюсь в постель. Сейчас, я не могла спокойно описать то, что чувствую. Волнение, счастье и стыд. Ведь всю ночь я спала с мужчиной практически голой. — Никогда я не давал ни одной девушке носить свою рубашку, ты стала первой. POV Kerem Я видел, как наливались её глазки счастьем после моих слов. И плевать, что сегодня сложный день, плевать на то, что отец отчитает меня. Я жил моментом, где существуем только мы с Ханде. Ровно десять минут я наслаждался её присутствием, крепкими объятиями и запахом волос. Однако, это самое лучшее чувство. Чувство симпатии и любви, самое волшебное в этом мире. Ночью, я смог испытать самое яркое наслаждение — я стану её первым. И снова эта девушка становится первой в моей жизнь. Забрав у меня Ханде, визажисты занялись её причёской и макияжем, пока я ждал доставку завтрака. Нужно срочно забрать Алсу. Набрав номер нашей домоправительницы, терпеливо жду. — Алсу? — детский смех раздаётся у меня в трубке. — Простите, не хотел отвлекать. Но у меня появилась одна идея. Вы не хотите прилететь в Мексику? Мы с Ханде и моим желудком очень соскучились. — Господин Керем, я так счастлива вас слышать, здравствуйте. Я с огромной радостью присоединюсь к вам. — смех сменяется плачем, что заставляет меня передернуться. — Я мечтаю пройти все музеи и деревни. — Тогда, мы вас ждем вместе с Сантьяго и пройдёмся по всем музеям. Ханде яростно рвётся всё пройти за несколько дней. — от одного только упоминания на душе становится теплее. — Я отправляю самолет. Стук каблуков нарушил тишину моего одиночества. В черном платье и на огромных шпильках спускалась моя женщина. Я точно знал, что она моя. Во всех смыслах. Я чувствовал эту платоническую связь, которая была больше похожа на две хирургические нити, которыми сшивали большую рану. — Я не хочу выглядеть как все эти расфуфыренный наследницы и жены богатеньких идиотов. Только Ханде могла острым языком развить все стереотипы о богатых и очень богатых. — Так ты жена одного из самых богатых наследников, — подаю руку и резко притягиваю к себе, позволяя чёрному платью продемонстрировать всю красоту, — но так индивидуальна и прекрасна. — Не заставляй меня смущаться. — чувствую, как её руки начинают подрагивать, а лицо расплывается в тёплой улыбке. — Пойдём, мне нужно кое-что сделать. Взяв меня за руку, девушка ведёт на кухню, усаживая на стул, словно ребенка. — Это очень важно для меня, Керем. Я хочу, чтобы ты знал, что всё, что происходит сейчас и будет происходить не прописаны в договоре. -В голове сразу же всплывает вчерашний разговор с моим юристом. Нет, девочка, нет. Какой ты идиот, Керем. Она всё слышала. — Это всё реально, — достав документы из сумочки, Ханде поджигает их, — этого контракта не существует больше для меня. Я был шокирован, в руках горело самое большое преимущество Ханде. Эта девочка разделяла мои чувства. О, Ханде. Не сдержавшись порыва эмоции, врезаюсь поцелуем в пухлые губы, стирая всю губную помаду, оставляя лишь зацелованные губки. — Это же было твоё преимущество, чтобы уйти от меня. — соприкасаюсь с её лбом, позволяя нам обоим отдышаться. — Я не хочу уходить от тебя, даже если весь мир станет против нас. Я не позволю этому миру быть против нас. Я слишком долго страдал, чтобы вновь потерять то счастье, которое обрёл.***
До мероприятия оставались считанные часы, партнёры, журналисты и богатенькие друзья отца собирались, прибывая на картежах, машинах в несколько миллионов. Сейчас я смотрел на это всё с неким отвращением, если раньше я не замечал, то сейчас видел весь пафос. Ведь если залезть в семью каждого, то только единицы счастливы. Но я не они, я хочу быть счастлив. Счастлив с маленьким ангелом, который дремал на моих коленях. Вся эта суета её выбивала из колеи, как и меня. — Господин Керем ваш отец приехал, вместе с Господином Кая, Господином Бураком и Госпожой Серенай. — мои глаза вылетели словно из орбит. Как это он приехал? Что он тут забыл? — Задержи их, хорошо? Мне нужно Ханде разбудить. — кивнув, девушка выходит из кабинета. — Ангел мой, просыпайся, приехали отцы наши. — Как это папа приехал? — услышав только «отцы», Ханде вскакивает, словно ошпаренный хомяк. — Нет, нет, нет. Я не готова, твою мать. — от её шагов кругами, голова начала кружиться. Схватив за запястья, смотрю в самую глубину карих глаз. — Запомни, всё будет хорошо, мы справимся и завтра вечером поедем в самое живописное место в нашей жизни. — отстранившись от лба своей девочки, замечаю восемь глаз, которые изучали всё, что происходило. — Добро пожаловать к нам. — обняв Ханде за плечи, натягиваю улыбку. Я не был рад их видеть, возможно, Господин Кая был единственным, кому я улыбнулся настоящей улыбкой. Он был отцом моей любимой, значит и я должен относится к нему с должным уважением. — Здесь очень красиво, Керем.- словно и не замечая Ханде, Серенай обходит помещение, словно это был бутик, а не офис. — Отец, мы можем поговорить? — кивнув, беру отца под руку и вывожу из кабинета. — Какого черта Сарыкая тут делают? — Они наши партнёры. — повысив на меня голос, отец взглядом метает искры. Но я больше не поведусь на это. — Они твои партнёры, не мои, слышишь? — тыкнув пальцем, захожу в комнату. — Господин Кая, я рад вас видеть, а где вы оставили Госпожу Айлин? — Она осталась дома с твоей матерью и старшей моей дочерью. — пожав мне руку, Кая улыбается и обнимает дочь. — Хорошая работа, Керем. Красивый офис и хорошая работа. Я лично проверяю каждый отчёт. — Я благодарю вас, мне очень приятно. — подмигнув Ханде, беру её руку. — Но здесь всё благодаря Ханде. Только она заставляет меня работать ради нас. — Что? Ты слышишь себя, Керем? — перед нами появляется Серенай, которая явно была недовольна всем этим. Но мне плевать. Ты моя бывшая. — Сладкая, знаешь в чем разница? — встав перед моим лицом, Ханде складывает руки на груди, закрывая меня. — Я для него смысл жизни, а ты всего лишь временное увлечение. Как же ты была права, любимая. Ты действительно мой смысл жизни. — Ты хочешь сказать, что любила его? Не смеши меня, ты любила не его, а всего лишь деньги, которые принадлежат Господину Пальмиру. — обнимаю её за талию, выражая свою поддержку. Мне так хотелось сказать слово, но я понимал, что сейчас лучше молчать. — Если ты скажешь, что любила его, то я не поверю. Посмотри на человека, который был и на человека сейчас. Ты знаешь, что было у него в жизни? Знаешь, как ему было больно? Ты не знаешь, что у него в душе. Так что закрой свой рот и молчи в тряпку. Ты здесь никто, а я его жена, так что знай, что перед тобой стоит не простая женщина, а любимая жена самого Керема Бюрсина. Моя любимая женщина. Только сейчас я начал понимать, что она была первая в моей жизни. Первая во всем. В любви, в жизни, в половой жизни. Я хотел знать её. Я хотел её физически и платонически. Я любил её. Она стала моей жизнью.
