О горах и пижамах

Отабек протянул руку, чтобы помочь блондинистому другу спуститься с трапа самолета. Рука была проигнорирована и Юра спрыгнул через две ступеньки на землю, только глаза зеленые блеснули. Им двоим наконец удалось вырваться из лап тренеров и уехать в отпуск. Они выбрали своим временным пристанищем Геленджик, точнее выбрал Юра, а Отабек пожал плечами и согласился. Каждый день был распланирован чуть не по секундам, Плисецкий действительно загорелся идеей, Алтын нарадоваться не мог смотря на светящиеся глаза русской феи. Они прибыли на место в пять утра, а в восемь уже должны были быть где то на окраине, с квадроциклами в комплекте. — ключ от вашего номера. — улыбнулась девушка за стойкой — позвольте. Ключ? Разве не ключИ? — нахмурился Юра — именно ключ, — подтвердила девушка, — у вас один номер на двоих, из за того, что второй номер перекупили за более высокую сумму. Плисецкий тихо ругнулся, только Алтын и услышал. Отабек провернул ключ и открыл дверь. Следующим этапом ему показалось, что он получил инфаркт. Кровать в номере была одна и никаких перегородок тоже не было. В планах у них было как следует выспаться, после самолета то, перед поездкой, но Алтын прекрасно понимал, что ему это не удастся. Его, скорее всего выгонят спать на пол и там он не заснет, либо сам Плисецкий там заснет и Отабеку будет стыдно. — че встал? Проходи уже, — проворчал русская фея и сам прошел в номер, небрежно кидая спортивную сумку на кровать, — на душ сейчас не претендуешь? Отабек помотал головой — отлично, значит иди и дрыхни. — произнес Юра и удалился в ванную. Минут через десять дверь приоткрылась, скрипнув и послышался тихий шепот — «Отабек, ты уже спишь?» — нет, — честно ответил герой Казахстана. — тогда закрой глаза, попробуешь открыть прибью на месте, — заявил Плисецкий. Алтын закрыл, хотя не понимал, зачем. Рядом плюхнулось легкое тельце и на Отабека пахнуло нежным ароматом сирени. Он не удержался и открыл один из глаз. Перед ним открылась чудесная картина: чистые зеленые глаза, светлые волосы, сейчас не собранные в хвост и разбросанные по подушке, и руки которые расслабленно лежали там же. Потом Алтын опустил глаза и образ балерины тут же распался, сдержать улыбку не вышло. На Плисецком красовалась, на вид детская, пижама в котят. Отабек был метко пнут в колено и Юра от него отвернулся. — Юр, ну ты чего? Прости. И знай, у тебя очень милая пижамка, зачем ее прятать? — произнес Алтын, пытаясь сдержать смех. Ответом ему было молчание. В конце концов Отабек отчаялся получить ответ и заснул. Герой Казахстана вздрогнул и подлетел над кроватью, по его ощущениям метра на два. Дело было в том, что прям у него над ухом заиграла жутко громкая мелодия. Он осмотрел комнату шальным взглядом и наконец понял — просто Плисецкий подсунул ему под ухо будильник. Кстати говоря, русская фея уже была собрана: черная водолазка, поверх толстовка, третим слоем дождевик и на ногах джинсы. Вид, конечно, немного странный, но для комфорта в горах самое то. Алтын вздохнул, поняв, что разговаривать с ним все еще не собираются и встал, одеваясь. Юри Кацуки издали помахал двум приближающимся фигурам. Его и Виктора пригласили покататься совершенно внезапно — Юра просто позвонил Никифорову за несколько часов до отправления, а пепельноволосый согласился да еще и японца с собой притащил. Отабек грустно тащился за другом, тот так и не обмолвился с ним не единым словом. Еще больше настроение у него испортилось, когда русская фея сообщил, что поедет с Юри. Виктор удивился, но пожав плечами «уступил» Кацуки, сев к инструктору. Отабек поехал один, замыкая процессию. Сначала все шло относительно гладко, если не считать смущенные возгласы Юри, когда Плисецкий особо резво сдавливал грудь впереди сидящего, из за того что пугался, что квадроцикл перевернётся. Они без приключений въехали в гору, пофоткались и снова заняли места на транспорте, чтобы съехать вниз. А потом как то все сразу случилось. Раз и оба Юри лежат на земле, Алтын еле успел затормозить, дабы на них не наехать. К Кацуки сразу подбежал Никифоров и поднял парня, усадив на сидушку квадроцикла, там им занялся инструктор, осматривая — не повредил ли он чего нибудь. Японец отделался содранными коленями и локтями, плюс жутким смущением «извините, мне очень жаль». Юра же растерянно сидел на земле пялясь в пустоту. —Юр, я понимаю, ты меня игноришь и все такое, но сейчас пожалуйста, ответь, у тебя что то болит? — как можно спокойнее спросил Алтын, хотя внутри сейчас он истериковал пуще Кацуки. — а? — Теперь Плисецкий уставил свой пустой взгляд на друга. Он выглядел как ребенок, у которого отняли мороженное — такой же растерянный и чуть огорченный. — да я, кажись, в порядке, просто немного удивился, — произнес он, видимо наконец переварив вопрос. В порядке он, как же, когда человек в норме ноги так не гнуться. Отабек присел на корточки рядом с парнем и принялся ощупывать тонкую ногу. Он облегченно выдохнул — не перелом, простой вывих, конечно для фигуриста и это трагедия, но уж точно лучше, чем могло бы быть. — Юр, потерпи немного, окей? — просит он и почти профессионально вправляет ногу на место. Слышится шипение, так и хочется обнять, успокоить.. поцеловать? Стоп. Алтын сам себя остановил, мысли явно шли куда то не туда. Этот дикий котенок никогда не даст себя обнять, не то что поцеловать парню, у него наверняка и девушка есть. Это почему то огорчило Алтына, хотя, вроде в таком случае он должен радоваться за лучшего друга. Они вот так молча сидят наверное еще минут пять, потом к ним подходит Виктор. — У вас все нормально? Едем дальше или еще сидим? — интересуется Никифоров настороженно смотря на опустившего голову Плисецкого. — едем, — кивнул русская фея — Юр, ты, садись лучше к Отабеку, Юри сейчас вряд ли в состоянии взять пассажира, — понизил голос Виктор. Ответом ему был еще один кивок. Виктор отошел, помог Кацуки сесть на транспорт и сам уселся позади инструктора. Отабек аккуратно поднял друга и придерживая довел до своего квадроцикла. Как только и сам герой Казахстана сел его обхватили тонкие руки поперек груди, в спину уткнулся лоб. По началу Юру трясло, потом он успокоился и начал ворчать на счет ноющей ноги и содранной кожи. Больше они не стали кататься и поехали прямиком до отеля, там они распрощались с японцем и русским, которые уже собирались уезжать на ближайшем самолете. Алтын помог дойти Плисецкому до номера, убедился, что тот спокойно сидит на кровати, и пошел за перекисью в ближайшую аптеку. Конечно, содранная кожа ничего серьезного, но и такие ранки стоит обработать, заодно и бинты купит, чтобы перебинтовать ногу, так быстрее перестанет болеть. Когда парень вернулся русская фея уже умудрился достать откуда то телефон и теперь, закатывая глаза, объяснял Миле, что все в порядке и «вовсе у него не испуганное лицо!». «А они бы не плохо смотрелись» пронеслось в голове у Отабека, он сжал зубы от непонятного чувства досады. — Юр, давай ты чуть позже ей перезвонишь? — постарался улыбнуться он — Слышала, Мил? Все, отбой, — Плисецкий вежливо дослушал «ох ты мое солнышко, береги себя» и отключился. — вот же прилипла, - проворчал он. — Прилипла? Я думал она тебе нравится, — неосознанно ляпнул Алтын — ЧТО?! — возопил Юра так, что в ушах зазвенело. — нет, ты дебил или прикалываешься? Она меня считает свои сыночком, как такую можно любить?! — прости, сказал и не подумал, — произнес Отабек — с чего вообще такие вопросы? — поднял бровь блондин. Вот что ему ответить? Что огорчился, когда подумал, что у друга есть девушка? Приревновал как последний идиот? — ну знаешь, я слышал, что многие друзья обсуждают между собой девушек, которые им нравятся, — сказал Алтын еле скрыв вопросительную интонацию. Русская фея как то подозрительно нахмурился, но кивнул в знак согласия. — ты, наверное, прав, но давай мы с тобой в ряды этих друзей входить не будем, а?— сказал Плисецкий — Не проблема, Юр, но можешь объяснить почему? Кажется, блондин вскипел, глаза наполнились злостью. — Какая разница? — спросил он, так спокойно, что стало страшно. Не дождавшись ответа тут же продолжил, — не знаю откуда ты узнал, но нахрена измываться? Да, я голубой и? — все больше в голосе проявлялись нотки истерики. — придурок.. Отабек не умел так быстро обрабатывать такую важную информацию. — ты.. чего? — Юра застыл так и не договорив очередную фразу — ты этого не слышал, — тихо, по слогам, произнес Плисецкий. — Погоди, ну по мальчикам ты, и что? Подумаешь фигня какая,— сказал Алтын пытаясь не дать Юре собирать вещи для последующий капитуляции. — я, кажись тоже, — опять ляпнул не подумав, прав Юра, он полный придурок. Русская фея перестал выдираться, посмотрел в глаза внимательно-внимательно и внезапно развернулся в руках как кот и впился в губы казаха. Неумело, но чувственно. Алтын понял, что на все сто счастлив и аккуратно ответил. Потом, теплые губы отстранились, послышалось тяжелое дыхание. — ты тоже?.. — совершенно не понятно спросил Отабек, но Юра понял. — Только сейчас заметил, идиот? Я перед кем попало в пижаме не шатаюсь, — фыркнул. Может для кого то одеться в костюм с котятами мелочь, но для блондина это была высшая степень доверия. Он вновь поцеловал парня, уже гораздо более страстно, ощутил как его повалили на кровать. Дальше все было как в тумане и сладко-сладко. Обрывки воспоминаний, которые русская фея хранил глубоко и если выдвигал на передний план, то непременно краснел.