Потому что ты хочешь

***

      Таббо никогда не был тактильным человеком. В детстве он уворачивался от ласк матери, не давая ей даже потрепать себя по голове. Когда друзья хотели его обнять, он постоянно отстранялся, а иногда отталкивал их. Поэтому ребята, с которыми он играл во дворе, недолюбливали его. Считали его странным. Ни одного друга детства у него не осталось. Не было конкретных случаев, из-за которых Тоби возненавидел прикосновения к себе, ему просто было некомфортно. Он считал, что единственный, кто может касаться его тела – он сам. А подобное мышление у маленького ребёнка довольно уникально, и далеко не все смогут это понять и принять. Когда Тоби пошёл в школу, он понял, что от тактилофобии стоит избавляться. Учителя говорили вставать в пары и держаться за руки, случайно кто-то мог тебя тронуть, похлопать по плечу, чтобы позвать или делать что-либо ещё. К этому нельзя было привыкнуть, но уже в первом классе мальчик понял, что он бессилен в этой ситуации. Когда Таббо вырос, то понял, что может это терпеть. Он всё ещё ненавидел любой контакт со своим телом, но смог смириться. Люди, находящиеся в его ближайшем круге общения, знали об этом, поэтому лишний раз его не касались, но привычки обниматься или дотрагиваться до рук оставались у многих. Тоби просто понял, что дискомфорт от других будет поступать к нему постоянно, даже если он этого не хочет.       Флорис был человеком, который оставался в жизни Тоби очень долгое время и, благодаря общению с ним, Таббо научился касаться людей самостоятельно. Довольно редко, во время радостного события, он мог обнять Флориса или позволить ему сидеть достаточно близко во время просмотров кино, но когда Флорис переехал, Таббо потерял тактильную привязанность к чему-либо. И он со временем начал забывать "Какого это? Касаться в ответ."       Тем не менее он уже был намного сильнее. Он просто игнорировал всё, что дотрагивалось до его тела. Делая вид, что всё хорошо, а потом натирая до покраснений свою кожу мочалкой в душе, чтобы отмыть прикосновения других людей, он часто понимал, что скучает по людям, чьи касания приятны.

***

      Когда он встретился с Флорисом вновь, он был рад обнять своего друга. В новой школе, в первые же дни, его коснулись очень много раз. Для привлечения внимания, для приободрения, для приветствия. И Таббо не реагирует, он смирился. Даже несмотря на то что за лето он полностью отвык от прикосновений, он был готов игнорировать то, что ему не нравится, тем более если рядом есть его старый друг. Таббо смирился и не думал об этом. Став старше, он просто понял, что все в этом мире друг друга касаются. Он перестал волноваться, перестал отталкивать людей и нервничать.       Но сейчас, когда он сидит в доме одного из своих друзей, с которыми он знаком два месяца, и один из них спит у него на плече, Таббо чувствует, как потеют его руки. Он отводит взгляд от телевизора, и старается не чувствовать этого жжения от соприкосновения чужой кожи с тканью его футболки. Но он не мог отстраниться. Может потому что не хватало смелости, может потому что он не хотел тревожить своего друга. Благо Вилбур сидел перед диваном, чтобы ему было лучше видно экран, а Квакити уснул раньше всех из-за того, что ему неинтересны почти все фильмы, кроме мексиканских мыльных опер.       Это был конец предпоследней недели перед официальным выставлением оценок за первую четверть, но большинство оценок уже были выставлены. Ребята, понимавшие, что последняя неделя для них будет буквально бессмысленной из-за отсутствия долгов по учёбе, целую неделю планировали то как они проведут время и в итоге решили устроить ночь кино. Они уже посмотрели комедию, которую предложил Томми, и Вилбур уломал всех остальных на то, чтобы посмотреть документальный фильм про какую-то музыкальную группу. Выбор подобного фильма полностью оправдывает незаинтересованность Томми и Алекса, а Таббо просто не мог расслабиться из-за жжения, поступающего от спящего друга и от настойчивых мыслей. Фанди помогал ему быть устойчивым к касаниям. Тоби был уверен, что давно перестал переживать по этому поводу. Но почему сейчас он чувствует, как всё это вернулось? И несмотря на то, что подросток задавал этот вопрос сам себе, для Таббо довольно очевидно, что у этого есть конкретные причины, которые он понимал.

***

      Когда Таббо вернулся после прогулки с Томми, в его голову опять вошла неприятная мысль о состоявшемся между ними диалоге. Для него все романтические чувства до этого были не столько незнакомы, сколько не развиты. Ему нравилась девочка из детского сада, также он долгое время испытывал чувства к другой девочке из школы, но предпочитал молчать и наблюдать за тем, как чужие отношения проходят мимо него. И он хорошо понимал, что сам виноват в том, что его не замечают. Тоби практически уверен, что если бы он хотя бы начинал говорить, то что-то могло бы произойти. Находясь в больших компаниях, что в детстве, что в более взрослом возрасте, Таббо не хотел быть разговорчивым, из-за чего его почти не замечали. Это не было плохо, но немного притупило социальные навыки парня.       Но несмотря на осознанную пассивность, его преследовала мысль, что его никто никогда не сможет полюбить. С одной стороны он чувствовал безразличие или же радость, когда его друзья или знакомые рассказывали о своих отношениях, но с другой, каждый раз, когда на День Святого Валентина он не получал даже намёка на внимание со стороны кого-либо, он хотел спрятаться от счастливых влюблённых лиц и просто плакать. Хотя до слёз дело никогда не доходило, он просто проглатывал ком с неприятным осадком и оставлял его где-то глубоко внутри, тёмной бессонной ночью вспоминания про свои терзания, опять сталкиваясь с отсутствием ответа на вопрос. Что же с ним не так? Невысокий рост? Молчаливость? Отстранение после любого касания? Он не знает. Может быть всё это, может быть что-то совершенно другое. Может быть в нём есть что-то мерзкое и отталкивающее, что он сам ни за что не заметит. Иногда эти мысли не дают уснуть вовсе. Иногда эти мысли заставляют задержаться у зеркала после душа чуть дольше, рассматривая мокрое тело, которое никогда никому не было нужно. Таббо любит подмечать красоту людей, любит рассматривать каждую часть чужой внешности и говорить людям о том, как они прекрасны. Но он никогда не поверит в такие же слова, произнесенные в его сторону. Он может верить лишь фактам, и для него есть конкретный факт своей непримечательности и полного отсутствия интересных черт.       Томми бы не смог отказать, если бы в него был кто-то влюблён? Таббо в очередной раз шелохнулся от своих мыслей и поднялся с кровати, занимая сидячее положение. Почему эти мысли так глубоко въелись в корку его сознания. Почему он который раз начинает рассуждать про это, хотя с данного разговора прошло несколько часов? А смог бы отказать Тоби? Он прислонился к холодной стене и поднял голову, глядя в белый потолок. Парень поджал губы и попытался это представить, опуская веки. Тёмный вечер, он сидит с кем-то на кровати и смотрит кино. За окном бушует ливень, от чего по коже пробегают мурашки. Из-за чего хочется ближе прижаться к чужому телу, что Таббо не свойственно. И тут с чужих губ срывается признание. Что он чувствует? Подросток распахивает глаза и немного сжимает руки, чувствуя неприятный узел в животе, который не посещал его довольно давно. В такой ситуации его щёки вспыхнули бы, а сам он почувствовал ком в горле, не в силах дать искреннее признание. В голове появились размытые воспоминания о монологе Джульетты на балконе, который Таббо пришлось выучить в восьмом классе. "Моё лицо спасает темнота, а то б я, знаешь, со стыда сгорела, что ты узнал так много обо мне". Таббо понял, что если он любит, то это будет невозможно не понять. Он выдаст себя мгновенно, и отведя взгляд, неловко прошепчет признание в ответ. Он опускает голову и смотрит уже не в потолок, а в стену прямо перед собой. Какие жалкие мысли. Как жалко даже в такие моменты представлять себя настолько пассивным, что чужое признание будет произнесено раньше собственного. А сможет ли он признаться вообще? В комнате раздался громкий вздох, с которым подросток все же лёг в кровать, повернулся на бок и начал смотреть в стену перед собой. Наверное признание будет излишним. Наверное всё будет понятно. Ему даже не придётся ничего говорить. Но как же.. Каким же горьким осадком отдают слова, выражающие любовь. Будто что-то, что никогда не принесёт счастье, будто что-то только из сказок, которые никогда не станут реальностью. Он часто говорил членам семьи, как любит их, но говорить это к тому, к кому ты испытываешь романтическое влечение... Он не знает. Это предложение несёт в себе столько силы, а на деле делает тебя лишь слабее. Ты показываешь себя, но стоит этим словам слететь с губ, как ты станешь беспомощным. Тобой смогут воспользоваться, а ты будешь слеп. Не будешь замечать плохого, считая это должным. Сможет ли Таббо увидеть то, что может его сломать? Он не знает.

***

      В один из учебных дней Тоби решил отложить отдых на самый вечер, чтобы потом не отвлекаться, а спокойно провести время с друзьями. Поэтому, сразу после возвращения домой, он сел за уроки, имея возможность сделать свой вечер спокойнее. Но в итоге работа над домашним заданием затянулась на более длительный промежуток времени из-за большого количества заданий, для выполнения которых нужно внимательно читать параграф. Изначально он конечно пытался читать, но потом из-за усталости полностью забил на эту идею, ища информацию в интернете и списывая точь в точь, не обращая внимания на то, верно ли отвечают на заданный вопрос. Потягиваясь на своём стуле, подросток понимал, как сильно он устал. Он вернулся в четыре часа дня, когда, несмотря на затянутое облаками осеннее небо, было хоть немного, но светло. Сейчас же было десять вечера, а за окном царила мрачная тишина. Он, конечно, делал перерыв на еду и бессмысленный просмотр в одну точку расфокусированным взглядом, из-за того что он задумался, но даже несмотря на это, времени на работу было потрачено немало. Тоби устало потёр глаза, осознавая, что совсем скоро он может начать отдыхать, поэтому, пересилив желание сразу плюхнуться с телефоном и ноутбуком в постель, он сначала собрал рюкзак на завтрашний день, затем сходил в душ и лишь потом, полностью расслабившись, зашёл в голосовой чат в дискорде, где, как обычно, беззаботно болтали его друзья. — Всем привет, я наконец-то освобод– — Ладно, ребят, — Вилбур зевнул, — Мы хорошо посидели, но я очень хочу спать, тем более брат ругает меня за то, что я так и не поужинал, из-за того что сидел с вами. — ¡Buenas noches amigo! — пожелал другу спокойной ночи Квакити, стараясь не показывать своей усталости, — Я думаю, пойду тоже. Может поиграю в Роблокс в соло или типо того, всем пока! — П..Погодите, я же только пришёл! Квакити и Вилбур покинули голосовой канал. — Чёрт возьми, — чуть шёпотом проговорил Таббо. — Чел, если что, тут всё ещё есть я, — зелёный кружок вокруг аватарки Томми несколько раз помигал, оповещая собеседника о своём присутствии, голос блондина был чуть сиплым, что можно было объяснить тем, что он много кричал в разговоре до этого. Вечером его голос всегда был хриплым, — Мы можем посмотреть что-нибудь вместе, если ты не против. — Да, погнали, — Тоби был немного разочарован, но отказаться – значило бы полностью лишить себя какого-либо развлечения с друзьями на вечер. — Как прошёл твой день? Почему пришёл так поздно? — Уроки... — Понял, — Томми включил демонстрацию экрана и они вместе с Тоби начали смотреть различные видео о майнкрафте, а затем и какие-то непонятные шоу с кричащими друг на друга людьми. Прошло довольно много времени, и со стороны Томми послышался зевок. — Туббо? — Да? — Уже два часа ночи, и я хочу спать. — Окей, понял, тогда до завтр– — Ээээй, — слегка сорванный голос Томми неприятно ударил по наушникам. — Что? — Я имел в виду не то, что мы расходимся, а то, что мы продолжаем смотреть это дерьмо, под которое я буду засыпать. Если тебе потом станет скучно, можешь отключиться. — О..ой.. Х..Хорошо? Они проговорили около двадцати минут, пока Таббо не понял, что Томми уже не поддерживает диалог. — Томми? — прошептал подросток. На зов ему никто не ответил. Осознав, что он остался один, мышцы на его лице стали медленно расслабляться, а звук из трансляции в наушниках больше не воспринимался как надо. Он помял подушку и уткнулся в неё носом. Всё что он мог слышать, это тихое сопение Тома, которое улавливал чужой микрофон. Таббо закрыл глаза, оставаясь в звонке вместе с Томми, неосознанно представляя, что его друг спит рядом с ним. Тоби заснул с непонятным чувством в животе.

***

      В один из школьных дней Тоби почувствовал себя нехорошо. У него сильно болела голова и звенело в ушах. Еле-еле отсидев два урока, Тоби всё же написал матери с просьбой отпустить его домой из-за плохого самочувствия. Она, конечно, сказала ему идти домой, но также попросила обязательно предупредить классного руководителя. Наступила перемена перед последним уроком, поэтому подросток направился в кабинет Фила. Приоткрыв дверь, Тоби сперва засмотрелся на уютную картину перед глазами. В классе отсутствовал свет, плотные персиковые шторы были раздвинуты, из-за чего на находившихся в кабинете светили мягкие полосы солнца. На первой парте перед партой учителя сидел Вилбур, склонившись над тетрадями, видимо проверяя что-то. В тот день третьим уроком у них был урок английского, который преподавал Филипп, и после этого урока Вилбур не появлялся на остальных занятиях. Его отец часто снимал своего сына с уроков, чтобы он помогал ему проверять работы учеников. Иногда даже более старших, чем сам Вилл. Его отец же сидел на стуле перед ним с идеальной осанкой, так же проверяя какие-то тесты. Рядом у обоих стояли большие кружки. По запаху, стоявшему в кабинете, можно было понять, что они пьют кофе. Таббо неловко постучал, оповещая находившихся в помещении о своём присутствии. Вилбур резко повернул голову, отвлекаясь от проверки. Его волосы из-за быстрого движения неаккуратно легли на лоб, поэтому Вилл сразу поправил их. Его отец же постарался меньше отвлекаться от работы, поэтому он слегка повернул голову и на мгновенье взглянул на того, кто к ним пришёл. — Здравствуй, Тоби, — вернувшись к проверке работ, сказал учитель, — тебе что-то нужно? Тоби стал подходить к парте классного руководителя в том темпе, который ему позволяло его состояние, поэтому за это время Вилбур успел сделать глоток кофе, из-за чего его очки запотели. — Профессор Фил, — Тоби поднял неловкий взгляд, — я себя нехорошо чувствую и уже написал об этом матери. Не могли бы вы мне выписать освобождение. У нас всего один урок остался. Вилбур начал протирать свои очки, используя для этого свой жёлтый свитер, тихонько шепча проклятия. — Конечно, Тоби, — взяв небольшую бумажку, Фил начал писать освобождение, которое Таббо сможет предъявить охраннику на выходе из школы. Услышав неподобающие слова от своего сына, Фил поднял укоризненный взгляд, который Вилбур, конечно же, заметил и тихо проговорил, — Прости, пап, — вновь цепляя оправу за уши. Тоби попрощался с другом и учителем, спустился на первый этаж, оделся и вышел из школы.       В это время Томми услышал, что прозвенел звонок, он стоял у окна и листал ленту Твиттера от скуки. Он знал, что Вилбура забрал его папа, чтобы тот ему помог, Квакити как обычно был в кабинете директора, который слишком любил отчитывать именно этого ученика, хотя творили не пойми что они все вместе, а где был Таббо, он вообще не знал. Томас понял, что должен идти на урок, но, оторвав взгляд от телефона, краем глаза он заметил в окне уходящий силуэт. Чёрт, это Туббо! Томас со всех ног рванулся на первый этаж, чтобы незаметно сбежать. Идти через охранников было опасно, поэтому он достал из рюкзака ручку от окна, которые у всех окон сняли, и спрыгнул на улицу, надеясь, что никто это не заметил. Как только его обувь коснулась как обычно мокрого асфальта, он побежал догонять своего друга. Ему было холодно, из-за того, что он не надел куртку, а погода была далеко не летней, поэтому Томас подумал, что нужно будет не забыть написать кому-то из друзей, чтобы они занесли ему его верхнюю одежду из школьной раздевалки. Тем не менее из-за быстрого бега холод был почти неощутим, и через полторы минуты он добежал до Тоби, несильно врезаясь в него с объятиями. — ААА! — Тоби закричал, мгновенно спихивая с себя другого человека, — Блять! Томми? Что ты.. Агх.., — парень взялся за голову, которая из-за его собственного крика начала болеть сильнее. — Чёрт, — Томми изменился в лице, осторожно кладя свою руку на руку Таббо, прижимающуюся ко лбу, и убрал её, чтобы посмотреть в глаза другу ,— Ты в порядке? — Пошёл ты, — прошипел Тоби, вырывая свою руку из несильной хватки Томаса, продолжая свой маршрут до дома. Только сейчас Томми подумал о том, что Таббо ушёл из школы не без причины. — Прости меня, я думал ты наконец-то решил прогулять. — А бежать за мной зачем нужно было?! — Мне нравится с тобой возвращаться домой. — Чт.., — Тоби чуть покраснел, стараясь не показывать своё смущенное лицо Томасу, — У тебя могут быть проблемы из-за прогула... — Да насрать.., — Томми задумался, — Если что, я скажу, что увидел в окне как ты потерял сознание, и я, как благороднейший друг, немедленно решил помочь, — Томми осторожно толкнул Таббо в плечо. Тоби хотел возразить и попросить Томми отстать от него, но когда Томми осторожно погладил его по голове, вновь шепча извинения, уже более искренние, он заткнул себя, опять чувствуя неприятное тянущее чувство в животе. С этим чувством Таббо шёл вместе с Томми до самой двери, и с этим неугомонным чувством они после этого разговаривали вдвоём в Дискорде, пока Квакити и Вилбур ещё были в школе. Конечно же, Томми после этого случая прилетело и от Фила, и от его матери, но он всё равно посчитал, что он не жалеет о том, что убежал. Тем более досиживать этот восьмой урок без компании каких-либо друзей было бы абсолютно невыносимо. В тот день они завершили свой звонок после завершения работы над домашним заданием, так как оба они были сильно истощены. Они попрощались после того, как Томми любезно дочитал Таббо все параграфы, которые Тоби должен был прочитать, но не мог, из-за своего недуга. Другие ребята за весь день так и не присоединились к звонку, а Томми забыл написать кому-то из них, чтобы они занесли его куртку. Он понял, что завтра будет мёрзнуть по дороге в школу, поэтому на телефон Тоби, когда он уже ложился спать пришло сообщение. Tommyinnit: Я забыл куртку, поэтому был бы благодарен, если бы ты взял завтра какой-нибудь свитер, и мы бы пошли в школу вместе. Мне нравится проводить время с тобой. И опять это чувство в животе не покидало Таббо даже во время сна... И мысль о том, что другой подросток просто мог взять из своего дома другую куртку делала чувство в животе сильнее. Будто дело не в куртке...

***

      Таббо никогда не был тактильным человеком. Ему были чужды любые прикосновения, все интимные моменты в фильмах он обычно проматывал или отводил взгляд. Как бы до него ни дотрагивались, он не мог сказать, что ему нравится хоть кто-то. Ему неприятна была мысль о соприкосновении с его кожей чей-то другой. Даже во время полового созревания Тоби не хотел, чтобы его кто-то касался. Конечно, он мог сам дотрагиваться до себя, и это не вызывало отвращения, но он всю жизнь не думал, что когда-нибудь будет голоден до объятий другого человека. До какого-то времени. Почему-то каждый раз, когда касался Томми, это не было мерзким. Томми был очень тактильным. Он постоянно толкался вместе с Вилбуром и Квакити, обожал обниматься, бороться и невзначай касаться. Он много раз обнимал Тоби при встрече, при прощании. Он любил гладить или хлопать его по голове. И Тоби не мог на это реагировать положительно, но никогда не отталкивал, как в детстве, как он делал со многими, даже с Флорисом. Но каждый раз, даже невзначай, даже когда Томми касался не специально, это чувствовалось по-другому. Даже если это был тот момент, когда Таббо так заговорился по дороге в школу, что не заметил красный свет на переходе, и Томас мгновенно потянул друга к себе. Даже если Томми просто решил поиздеваться над другом, не отдавая ему его телефон, и им приходилось сцепить руки вместе, чтобы в итоге Томас отступил. Таббо чувствует это совершенно по-другому. Так, будто от этого касания хочется улыбаться. Тоби понимает, что что-то произошло, когда он начинает тянуться к нему сам. Когда он понимает, что хочет коснуться в ответ. Когда он понимает, что ему приятна эта улыбка, появляющаяся на его лице от всего, что связано с Томми, и когда тянущее чувство в животе нравится с каждым днём всё больше и больше.

***

      То жжение, которое оставляет Томас от того, что спит на плече у Таббо уже намного более знакомое, но совершенно не такое, как раньше. Такое ощущение, что после него ты будешь скучать, а не желать бесконечно отмываться в душе, с надеждой, что тебя больше никто никогда не коснётся. Он уже устал от этого чувства в животе, которое никуда не уходит. С одной стороны это чувство нравится ему даже слишком сильно, а с другой он понимает, что не хочет всего этого чувствовать, не понимает, почему он чувствует. Но что он чувствует? На Томаса приятно смотреть. Он красивый, высокий, и его простой стиль одежды тоже очень нравится Таббо. С ним всегда есть о чем поговорить, и он хочет с ним говорить. Он хочет оставаться с ним наедине и больше не расстраивается, когда другие друзья куда-то уходят. Ему нравится быть с Томми наедине. Когда его активный голос звучит только для него, когда он обращает и хочет обращать внимание только на Тоби. Ему нравится значить чуть больше, чем его остальные друзья. Оторвавшись от своих мыслей, Тоби осторожно поворачивает голову на Томми, который прижался к нему чуть сильнее и даже приобнял его руку. Они оба лежат под одним одеялом, вместе, рядом. Тепло чужого тела мягко разносится по собственному, и Таббо это нравится. Таббо резко понял, что любит это чувство. Он осторожно положил свою голову на голову Томми, медленно закрывая глаза, чтобы уснуть. В ушах отдавался тихий монотонный голос диктора из фильма. Сидящий спереди Вилл становился всё более размытым, как и вся картинка, мерцающая перед глазами. Не отрываясь от другого человека, Таббо чуть развернулся к Томми, зарываясь к нему в объятья, утыкаясь носом в чужую макушку. Его волосы пахнут приятно. Они мягкие. Нежное тепло другого тела, которого так хочется касаться, было таким странным. Как и чувство в животе, которое не переставало нравиться сильнее. Таббо резко понял, что любит Томми. Это хуёво.

***

И любовь была слепа.

      Влюблённость влечёт за собой слепоту, что известно многим. Анализировать чужие отношения кажется слишком лёгким процессом. Намного легче наблюдать за всем со стороны, и искать пути решения картины, за которой ты наблюдаешь как третье лицо. Но когда ты являешься участником событий, зачастую понять что-либо намного сложнее. Многим хочется верить в личную истину, многим легче жить своими мечтами, создавая чужой образ самостоятельно, пытаясь ухватиться за крупицы счастливых моментов, созданных с другими людьми. Почему-то Тоби мог смотреть на свои отношения с кем-то, только когда общение сходило на нет. В те моменты, когда лицо человека, который когда-то что-то значил, постепенно стиралось, и с пустым манекеном даже в мыслях говорить было невозможно. Именно поэтому на ситуацию приходилось смотреть от третьего лица, забывая, что один из участников – это ты сам. Тогда становилось понятнее, тогда появлялись вопросы "Почему это не закончилось раньше?". Слепота распространяется на многие моменты, и к сожалению это не получается контролировать.

***

      Очередной день проводится за разговором компании друзей. Это был выходной, так что ребята были настроены на то, чтобы потратить время на Майнкрафт по максимуму, абсолютно не обращая внимание на учёбу и на какие-либо дела. Единственным, у кого как-обычно были какие-то непредвиденные обстоятельства – был Таббо. Его семья решила, что сегодня лучший день для поездки в магазин одежды, поэтому, вернувшись домой, он был невероятно истощён. Он знал, что его друзья будут играть вместе, поэтому заранее написал, что придёт под вечер, и чтобы они спокойно развлекались без него. Максимально расслабившись за своим столом, Тоби вошёл в голосовой канал, где его друзья бурно обсуждали тактику для победы, а также много кричали. Наверное они в Бедварсе. — Всем привет, я наконец-то дома, — с радостью заговорил Таббо, желая добить свою энергию полностью, отдаваясь в разговор с друзьями, перед тем как пойти спать. — Приве-е-ет, — мягким голосом протянул Вилбур. — Hola! — Квакити встретил друга своим фирменным приветствием довольно громким голосом. — Привет, Туббо, — быстро протараторил Томми, перед тем как почти мгновенно продолжить, — Так, Ребят! Не отвлекайтесь, мы должны выиграть! — Да ладно тебе, — голос Вилбура констатировал своей добротой с голосом Томми, — Мы играем без остановки огромное время, может можно забить на данный матч и пообщаться с другом? — в лёгкой манере Вилбур постарался пристыдить Томаса, которому было всё равно. — Я сказал ему привет, а теперь давай не будем говорить про это и просто продолжим играть, — Томас говорил нервозно и тихо. — Таббо, нашу кровать разрушили, и Алекс уже мёртв, так что скоро ты сможешь присоединиться, хорошо? — Вилбур старался оставаться максимально милым, потому что хорошо понимал моменты, когда из-за семьи он пропускал какие-то крутые события, происходившие между друзьями. Фил не хорош в выборе одежды, поэтому поездки по магазинам затягивались на бесполезные часы, в конце которых Филипп бессильно опускал руки, давал сыновьям деньги и говорил им выбирать ту одежду, которая им нравится, дожидаясь их в ресторанном дворике того же центра, в котором они находились. — Ой, если честно, я не совсем настроен на игру сейчас. Я очень-очень устал и почти уверен, что только буду мешать. Можем найти альтернативу? Ты сказал, что вы играете уже довольно долго, — ответил Таббо. — Да! Признаться, я немного устал от бесконечных схваток, я путаюсь в цвете команды, за которую мы играем, и всё такое, — продолжил Вилбур, уже наконец-то принимая факт того, что скоро они закончат. — Можем посмотреть ютуб? — спросил Тоби, зевая. — Нет, — холодно ответил Томми, — Мы тратим вечер этого дня на Бедварс, так что, если тебе что-то не нравится, иди спи и не мешай нам поднимать рейтинг. — Но.. Я хочу провести время с вами, я думал об этом с самого начала дня. — Очень жаль, что твои мысли не будут материальными, либо играешь с нами, либо не мешаешь и идёшь спать. — Томми, это неправ– — Да, Томми, всё ок, я поиграю с вами, — спокойно ответил Таббо, даже не замечая то, что он перебил Вилбура. — Молодец, Туббо.

Он не даёт ему выбора.

***

Таббо вновь поднимался на четвёртый этаж, чтобы провести время со своими друзьями. На лестнице он пересёкся с Алексом. — О, привет, Таббо, — Квакити выглядел немного расстроено, но старался не подавать вид. — Привет! Всё ок? — Да, всё в порядке, только меня директор достал уже. Я ничего не делаю, а он меня чуть ли не каждый день к себе вызывает, pervertido cachondo.., — Алекс опустил взгляд и продолжил подниматься в более быстром темпе. — Что ты сказал в конце? — Тоби ускорился, чтобы быть на одном уровне с другом. — Рогатым извращенцем его назвал, ты же не сталкивался с ним лично, да? — Мне кажется, что я его, кроме как на линейке, и не видел нигде. — Ну вот, он странный очень, — они поднялись на четвёртый этаж и повернули в сторону их базы, — упёртый, как баран, поэтому мы его рогатым называем. — А извращенец почему? — Часто замечаем, что он на задницы чужие пялится, — Квакити открыл дверь, и они увидели Вилбура, сидящего за партой и Томми, сидящего на подоконнике,— ¡Hola amigos! Все поздоровались, а Тоби взял телефон, чтобы проверить, сколько у них ещё есть времени. Когда он понял, что остаётся целых 15 минут, он расслабился, уже желая попросить Вилбура налить ему чай. — Туббо. Таббо повернулся на звук, сталкиваясь с Томми, который копался в своём рюкзаке. — Да? — Я не сделал домашку по геоме, поэтому перепиши в мою тетрадь всё, пожалуйста, постарайся почерк скопировать как сможешь. — Что?? В..В смысле? — Таббо пихнули в грудь тетрадь, а сам её носитель начал удаляться в сторону выхода из их убежища. — Что за херня, Томми? — Тоби выглядел возмущённо. — Мне срочно нужно сбегать к своим знакомым. Помоги по-дружески, а? Мне же все мозги выебут, если я дз не сдам, — Томми сказал это, повышая свой тон, а после окончания его фразы, раздался хлопок двери. — Ладно, — Тоби достал из своего рюкзака тетрадь, уже принимая факт того, что ему нужно работать. — Тоби.., — Вилбур ошеломлённо смотрел на друга, — Ты хочешь сделать то, что он сказал? — Ну да. У него же реально будут проблемы. Потом и он мне когда-нибудь поможет, — облокотившись о подоконник, Таббо начал переписывать из своей тетради в тетрадь друга, хотя из-за его дислексии ему было довольно тяжело писать. — Знаешь, — продолжил Вилбур, глядя на Тоби ошеломлённым взглядом, — я не знаю обращаешь ли ты внимание на это, но Томас просит тебя сделать что-то уже в который раз, а ты ни разу не просил ничего в ответ. Попробуй быть с ним построже. — Ну, если мы не будем ему помогать, то никто не поможет, — Тоби мягко улыбнулся, глядя на Вилбура. Алекс смотрел на Таббо с таким же беспокойством. Они с Вилбуром переглянулись, и более высокий поджал губы. Это не их дело.

Он заставляет.

***

Один из школьных дней подошёл к концу, и компания друзей спускалась на первый этаж, чтобы разойтись по домам и провести время за разговором в Дискорде. Они вместе планировали первую совместную ночёвку за четверть, так как осознавали, что четвертные скоро будут выставлены, и со спокойной душой можно будет повеселиться у кого-то дома. Таббо был взволнован, а для остальных это было относительно обычное событие. Из-за напряжения от начала учебного года возможность потусоваться у кого-то практически пропала, но летом они постоянно ночевали в домах друг у друга, а когда Фил и брат Вилбура уехали за город на пять дней, всё это время трое провели в их доме. Тоби было приятно осознавать, насколько важной частью компании он является, если факт того, что это будет первый раз, когда Тоби присоединится к ночному времяпровождению, так сильно веселил и будоражил его друзей. Они обсуждали то, чем будут заниматься и кто-что будет покупать. Ночёвка должна была быть через неделю, на следующих выходных, если ни с чем не возникнет проблем. Пересекая границу третьего и второго этажа на лестнице, ребята услышали крик Филзы, догоняющего их. — Вилл! — он не был сильно запыхавшимся, но добрался до них почти мгновенно. Вилбур обернулся, поправляя свои очки и улыбнулся отцу. — Да? — Я прошу прощения, что отрываю тебя от друзей, но ты успешно проигнорировал несколько моих звонков на твой мобильный телефон, а мне нужна помощь, поэтому будь добр, отлучись ненадолго, — Фил старался звучать не строго, но из-за всеобщего уважения к нему, всем резко стало стыдно за то, что они не заставили Вилбура ответить на звонки, которые, собственно, никто не слышал. Вилл виновато опустил взгляд, — Прости, у меня на беззвучном.., — он повернулся к друзьям, — Идите без меня, окей? — ¡Bueno yo no! — возмутился Квакити на родном языке, кладя руку на плечо Вилбура, — Профессор Фил столько раз помогал мне, что я уж точно не оставлю тебя одного не оставлю. — Я тоже помогу! — присоединился Тоби. — Я подожду вас внизу, ничего страшного? — проговорил Томми, стоя на три ступеньки ниже остальных. — Да, Томми, — сказал Фил, уже разворачиваясь, чтобы подняться выше, — Мне всё равно много людей не нужно.       Помощь была абсолютно обычной. Вилбур помогал отцу сортировать тетради учеников различных классов, Квакити выравнивал парты и протирал всё, до чего мог достать, а Тоби поливал цветы, которых в кабинете было огромное количество. Выполняя работу в восемь рук, всё было готово буквально через 10 минут. Фил предложил ребятам выпить кофе, и все охотно согласились. Пока кофе заваривался, Фил быстро проверял все свои шкафы, чтобы всё было в идеальном состоянии, когда он вернётся сюда после его единственного выходного дня. Выпивая чашку горячего, ароматного кофе, Тоби подмечал для себя то, что Фил, как и Вилбур, умеет создавать очень уютную атмосферу в месте, где они обитают. Кабинет английского был самым крутым. Большое количество живых растений, красивые персиковые шторы. Аккуратно приклеенная светодиодная лента по краям потолка, которую Фил сделал не так давно, чтобы в конце четверти ученики могли устраивать небольшие дискотеки. Видно, что всё сделано с душой, как и туалет на четвёртом этаже. Можно сказать, что Вилбуру очень повезло, что именно такой ответственный и хороший человек забрал его и его брата к себе. — Ну что ж. Вы там не забыли про друга, который вас ждёт? — сказал Фил, отмывая чашки, которые сейчас использовали. — Ой, Томми, точно! — Вилбур резко изменился в лице, — Пойдёмте, ребят! — Вил, — негромко позвал Фил, направляясь с ключами к двери, зовя учеников за собой. Вил негромко сказал "М", оповещая отца о том, что он слушает. — Давай я довезу тебя с Алексом до дома, раз уж мы вместе из школы идём. — No me importa, — с улыбкой ответил Квакити. Здорово, что все всегда возвращались по двое, и сейчас Таббо тоже пойдёт не один, как обычно. Спустившись на первый этаж, Тоби начал оглядываться в поисках своего друга, но никого не видел. Вилбур с Квакити так же не могли увидеть Томаса, поэтому Таббо написал ему, спрашивая, где он находится. — Оу.., — Тоби немного разочарованно смотрел на экран телефона. — Ну что? — спросил Квакити, пока Вил о чём-то общался с отцом. — Ну... Он написал, что ушёл, потому что устал ждать. — Блять, — Квакити ответил достаточно громко, чтобы Фил смог это услышать и чуть ухмыльнуться, приглашая всех выходить из школы, придерживая дверь. — Всё в порядке? — Вил упустил контекст реакции Алекса. — Томми свалил, — Квакити выглядел довольно раздражённо. — Да ладно вам, всё нормально. Все же домой хотят. А я и один спокойно дойду. Все попрощались с Таббо, который, засунув в уши наушники, стал идти домой. Вил и Алекс вновь переглянулись. — Он реально не замечает этого отношения? — Вил смотрел вдаль идущему другу, со сведёнными бровями. — Я не знаю, но Томми иногда очень груб, а Таббо принимает это как должное, немного странно... — Томми, конечно, всегда был таким, но пассивность Тоби действительно странна. Наверное, он просто не видит ничего плохого. — Поговори с Томми об этом потом, хорошо? У тебя больше влияния. — Ага... Садясь в машину, парни выглядели немного подавлено. — Всё хорошо, парни? Веселитесь давайте, у вас выходной, — Филипп поинтересовался, заводя машину. — Да, всё ок, пап.

Он никогда не будет ждать.

***

      Таббо никогда не был внимательным человеком. В детстве он игнорировал большинство событий, происходящих вокруг него, в его компании или даже семье. Он пропускал мимо ушей чужие разговоры, он упускал хорошее и плохое. Именно поэтому он тяжело воспринимал книги даже в аудио формате. Он не замечал глазами и ушами. Ему часто говорили про это, но замечать что-то специально слишком тяжело. А если это о его отношении к людям, то не тяжело, а невозможно. Только если не посмотреть на ситуацию так, будто ты не являешься её участником, а переключаться на вид от третьего лица во время общения с человеком он не мог. Единственное, что он по-настоящему научился делать, так это концентрировать внимание лишь на одном. Если это книга, то на диалогах, если это что-то визуальное, то на переднем плане, а если это общение с человеком, то на чём-то хорошем. И эта невнимательность и слепота от влюблённости может создать ужасное комбо. Которое вначале заставит верить и не понимать, что что-то не так, а потом будет позволять страдать, стирая воспоминание из прошлого, не имея возможности понять, что не так было раньше. Как будто всё началось резко, как будто раньше всего этого не было. И когда Тоби прижимается к Томми, который нравится ему до той самой слепоты, он не поймёт, не заметит и не вспомнит о нём ничего плохого. Это хуёво.