пустые разговоры

      Чей-то знакомый тихий голос, едва слышный в полупустом пространстве, где разносится короткое, но убедительное эхо, спрашивает:       – Как скоро он проснётся?       – Не могу сказать точно, это зависит от нескольких факторов, эмоционально он ещё слишком слаб, возможно, в этом и есть причина. Ни одного человека нельзя подготовить к смерти, как бы ты не старался. Это не твоя вина... – отвечает ласковый, но одновременно и строгий голос, – Я чувствую какие-то помехи в его снах... Будто... что-то или кто-то препятствует нормальному функционированию головного мозга... Я не могу сказать что именно, но разберусь с этим как можно быстрее. – Голос отдаляется, наверное, они отошли к другому углу комнаты.       – Зачем он вообще кому-то нужен, обычная смазливая молодёжь, никакой от неё пользы, только и делают, что бух... – мысль резко обрывается, видно, под взглядом собеседника, который не желает разговаривать на эту тему.       – Какая нам разница зачем он здесь, раз его присутствие здесь обязательно, то мы должны ему помочь. – шикнули первому в ответ, – Хм, а это уже интересно... Я могу попробовать закрыть канал его сновидений, но не знаю что из этого получится...       Напор тёплой и светлой энергии прошёлся по телу Джисона, словно он обливался горячей водой, это непередаваемое ощущение блаженства, готовое разорвать его, итак потрёпанное тело.       Джисон открывает глаза и его мгновенно ослепляет свет ламп и без того светлой комнате. Картинка перед глазами расплывчата; не имеющая единой формы, комната, кажется бесконечной.       – Принеси воды, - подал голос один из присутствующих, – Хан Джисон, как Вы? Меня зовут АйЭн.       – Я в больнице? Меня что всё-таки сбила та чёртова машина? Вот урод, – не успев прийти в себя Джисон начал высказывать своё недовольство и зажмурил глаза посильнее.       – Можно считать, что и в больнице. Как Вы меня видите? Изображение чёткое? Размытое? Головокружение есть? Тошнота, может озноб? – начинает суеться АйЭн, – В целом можете описать своё состояние?       – Вижу уже лучше, чуть размыто. Лёгкое головокружение и слабость, будто меня камаз переехал. – и берёт стакан с водой, который ему протянул тот самый сумасшедший парень, рассказывающий ему о «потустороннем мире». Мыс Лин, кажется. – Что? Ты за мной следишь, ненормальный! - отскочил Джисон от уже знакомого парня.       – Достаточно справедливое предположение, Ханни-хён. Вы понимаете, что произошло? – продолжает дальше АйЭн. Можно упомянуть, что это довольно милый парень с белыми, словно снег волосами, высокий, если сравнивать его с Джисоном. Он выглядит молодо, но и одновременно с этим мудрым и понимающим. Стоит отметить, будь Хан Джисон девушкой, то непременно бы влюбился бы в АйЭна. Быть таким милым и серьёзным одновременно не каждому под силу. Щелчок пальцами перед глазами и Хан, невольно вздрогнув приходит в себя. – Значит, ещё нет. Ничего страшного, отдыхайте.       – Я задумался, Извини. Мне кажется это довольно-таки странным, но невозможно выдать происходящее за фантазию, если, конечно мне не вкололи морфий, – Джисон пытался прислушаться к своему телу и понять что он чувствует. Если, конечно, он теперь способен на это. – Вы хотите сказать, что всё-таки это правда? Этот «потусторонний мир» существует ? – изобразив кавычки в воздухе, Хан пробежался по физиономиям, ненадеявшись на ответ. Он пожал плечами, недожидаясь ответа.       – Я бы с радостью хотел всё объяснить, но мне нужно бежать в лабораторию, – выпалил АйЭн и ещё раз убедившись, что с Джисоном всё в порядке, извинился и вышел из комнаты.       Мыс Лин же остался стоять у окна, спиной к Хану. Гробовое молчание оглушало Джисона, но он на подавал виду и ждал пока собеседник скажет что-либо или уйдёт, ему было всё равно: оставят его одного или с каким-то сумасшедшим парнем.       – Если бы ты не был таким несносным, всё прошло бы куда легче, - парень у окна чуть повернул голову в сторону Джисона, - ты должен радоваться, что оказался у нас, поскольку мог скитаться по городу духом, которого никто не замечает. Так и провёл бы сотни лет в небытие.       – Зачем я здесь? - Джисон не мог принять мысль о том, что прежней жизни больше не будет. Он не встретится больше своих близких, своего старшего брата и всё только потому что какой-то ублюдок решил, что в обычном мире Хану делать уже нечего. Можно сказать, у него отняли право на жизнь, за него самого решили что и как должно произойти. Хан Джисон не являлся глубоко религиозным человеком, он не верил в древние сказания и прочую ересь, которую навыдумывали давние предки и вешали эту лапшу своим приемникам на уши. - Ладно, ты извини, я не должен был... Это всё пустые разговоры... Не смею тебя задерживать, иди, пожалуйста. У тебя наверняка много дел..       – Я же сказал несносный, - закатив глаза, ответил оппонент, - Будь тем Джисоном, который заставил меня его уважать. Держи свои эмоции при себе, иначе легко ты тут не проживёшь. Здесь тебя, возможно, примут не сразу, но я уверен: сложностей не будет, если ты покажешь себя с сильной стороны.       Хан выжидающе молчал. Невозможно поверить, что человек, который только что бурчал о том, что Джисону здесь не место, спокойно принял его ...и, можно сказать, даже поддержал?