***
Спустя несколько дней
Бал прошел крайне весело. Ну, для кого как, добавил бы Баки, который, конечно, был счастлив танцевать вместе с Андрэей, но он не подписывался на беготню за ней и Хлои по башне. Обе девушки решили сначала напиться, празднуя непонятно что, после этого, глупо хихикая, убежали в комнату Картер, чтобы раздеться и рванули на пляж, где обожали гулять вместе. Пока до Барнса доперло куда эти бестии могли пойти, Андреа успела отправить свое белье в дальнее плавание, а Хлои снять это все на камеру дрожащими от хохота руками. В итоге, шел мокрый Баки, Андреа пела песни у него на руках, наверное, не очень то и понимая, кто ее несет, да и вообще тот факт, что ее несут куда-то, прошел мимо девушки.***
Утро началось с неприятных лучей солнца, что светили мужчине прямо в лицо, из-за незакрытых вчера штор. Раздраженно фыркнув Баки сморщился и повернулся на другую сторону, к Андрэе, волосы которой разметались по подушке, оставляя на ней песок. Усмехнувшись, он встал с постели и прошел в ванную, чтобы и самому ополоснуться от песка на теле. Проснувшаяся от шума воды из незакрытой ванной, блондинка протерла глаза руками, вздыхая и направилась по следам Барнса. Тот либо не услышал как она подкралась, либо, что более вероятно, не захотел никак отреагировать на ее появление, продолжая заниматься своими делами. Хмыкнув, Андреа зашла в кабинку, обнимая за мускулистую спину, и сразу же чувствуя его руки на своих. — Доброе, алкоголик. — коротко поздоровался Баки, приподняв уголок губ. — Отстань. — она с улыбкой закатила глаза, крепче прижимаясь к повернувшемуся к ней лицом Барнсу. — Как спалось? — усмехнувшись спросил брюнет, наклонив голову чуть вбок, и слегка сощурив голубые глаза. Он поправил мокрые волосы, параллельно невесомо касаясь талии девушки, вызывая табун мурашек по ее телу. — Спасибо за вчерашний танец. — вдруг сказала блондинка, притираясь щекой к груди. — Я люблю тебя, Андреа. Больше всех на свете. — мужчина ласково гладил ее тело, как и теплые капли воды стекающие вниз. — Почему вот такие моменты у нас всегда происходят в ванной, черт возьми? — Баки наигранно возмутился и звонко засмеялся, крепко обнимая Андрэю и поглаживая ее по голове. И ведь действительно, вот такие моменты всегда происходили именно в душе. И никто не знает почему. — Ты лучшее, что со мной когда-либо случалось. — мужчина вмиг посерьёзнел, любящими глазами глядя в голубые омуты блондинки и снова, и снова утопая в их глубине. — Бак, ты это говорил ещё перед балом. — напомнила она ему, поглаживая большими пальцами шею. — Но ты тоже лучшее в моей жизни. — Андреа улыбнулась. — Ты у меня самая лучшая и должна слышать это постоянно. — заметив смущенную улыбку, мужчина мило улыбнулся в ответ и заправил мокрую прядь волос девушки ей за ухо и снова нежно поцеловал. — Ты тоже у меня самый лучший. — блондинка довольно улыбнулась и ответила на новый поцелуй. Зайдя обратно в комнату, Баки начинает разговор. — У тебя вся подушка в песке. Надо поменять наволочку. — он тихо смеётся и скидывает полотенце, а следом надевает белье и серые шорты, оставаясь без футболки, и идёт к девушке, помогая застелить кровать, предварительно вытрусив кучу песка в окно. Решив поменять не только наволочку, пара принялась менять всю постель. И Баки достался пододеяльник... Это было просто фиаско. Мужчина случайно залез в него с головой и, запутавшись в нем ногами, потерял равновесие, с ужасным грохотом падая на пол. Девушке на секунду показалось, что башня рушится. — Вот скажи, как можно залезть в пододеяльник?! - повысила голос она, начиная искать вход туда и стараясь не смеяться слишком громко. Показалась железная рука солдата, девушка за неё ухватилась, убирая остальную ткань с тела мужчины и помогая ему подняться. — Кошмар какой. За сто лет не научился заправлять постель. Неумеха. Сейчас Барнс был злой. Злой на этот чертов пододеяльник, который завалил Зимнего Солдата (самого Зимнего Солдата!) на пол вот так просто. Нахмурившись, Баки сел на кровать, складывая руки на груди и смотря в пол. Услышав слова девушки, он злобно фыркнул, но сидел молча. Пока что. — Сама такая. Кто обзывается, тот сам так называется. — по-детски покривлялся Баки, высовывая язык. — Все, не трогай меня, сама заправляй. — вот и приехали. Зимний обиделся на пододеяльник и, казалось, на весь мир. Вздохнув, Андреа присела рядом с Баки. И как только она собралась что-то сказать, тот, с оглушающим и явно победным криком, схватил ее и завалил на кровать, прижимая своим огромным телом и мучая ее щекоткой. - А-а! Пусти! - теперь кричала и пищала Андреа. Щекотка была худшей пыткой. - И кто тут неумеха, а? - и пока Барнс не услышал правильного, по его мнению, ответа ("не ты, Баки, не ты!"), не отпускал блондинку. - Ненавижу тебя. - буркнула Андреа, смахивая лохматые волосы с лица и толкая ржущего Баки в плечо. - Я тоже тебя люблю! - горячо проговорил он и звонко засмеялся, падая на кровать. - Придурок, щас получишь. - Андреа прыгает на него сверху, пытаясь придушить с особым рвением. The End