Плохая примета

Виноградные лозы, лилии и мрамор. Холодный бетон, крошкой осыпающийся со стен от одного только прикосновения, и множество полуразвалившихся скульптур вокруг. Бывший музей или нечто подобное, не самое приятное место для ночной прогулки, но когда проклятию было не наплевать на чувства своих страждущих искателей? — Значит, очередной палец Двуликого должен быть где-то здесь… странное место, учитель, не находите? — постоянно оглядывающийся по сторонам Юджи с интересом пошкрябал ногтем одинокое каменное изваяние, постыдно отшагнув от него в тот самый миг, когда от застывшего лица вдруг отвалился небольшой кусок. — Ну, ты ведь у нас радар, Итадори, тебе виднее, — Годжо бесшумно усмехнулся в кулак, всеми силами стараясь набросить на себя облик сосредоточенного человека. — Давай уже покончим с этим поскорее и пойдём, наконец, купим те разрекламированные булочки. Я умираю, как хочу есть… Специфические запахи застойной воды и отсыревших досок слегка перебивали аппетит Сатору, позволяя ему сконцентрироваться на главной задаче — поиске проклятия. Повнимательнее рассмотреть статуи с бесчисленным количеством изломов, заглянуть в полусгнившие ящики, изучить… — Учитель, я нашёл его! Услышав радостное восклицание ученика, Годжо мгновенно поднял голову. По правде сказать, он с самого начала был уверен в том, что палец Сукуны найдёт именно Итадори. — Отлично, постарайся разобраться с ним без последствий, — одобрительно кивнув ученику, Сатору сделал несколько шагов назад. Юджи кивнул в ответ, с готовностью закинув в рот очередное проклятие. Его лицо в тот же миг мученически напряглось от мерзкого привкуса плоти в собственном горле. Казалось, привыкнуть к подобному было попросту невозможно. — Го…тово, — парнишка рефлекторно поднёс ладонь к лицу, героически подняв вверх большой палец. Несмотря на отвратное состояние, он всё ещё умудрялся оставаться в сознании. Годжо понимал, что это было ненадолго. С недавних пор Юджи постоянно терял контроль над Двуликим после поглощения его пальцев. По крайней мере, последние несколько раз Сукуна без труда умудрялся перехватывать контроль над телом своего сосуда. — О, поразительно, ты до сих пор можешь сдерживать Двуликого! — беловолосый с сочувствием взглянул на ученика, мысленно прикидывая в голове варианты того, как Сукуна попытается выбраться на этот раз. — Да, я в полном порядке… — Вижу-вижу, — постоянно перемещающийся взгляд мага с интересом остановился на длинном зеркале неподалёку. Несколько глубоких трещин, совершенно точно отсутствующих там ранее, рассекали стекло точно по центру. Способ был обнаружен, теперь дело оставалось за малым, не дать ученику посмотреть на собственное отражение. — Ты большой молодец, Итадори, будь осторожен, проходя мимо того места. Юджи непонимающе покосился в указанную ему сторону. — В смысле? Там же ничего нет, только зеркало! Почему я должен быть осторожен? — Потому что увидеть себя в треснутом стекле — плохая примета, — ляпнув первое, что пришло ему в голову, Годжо тут же пожалел о содеянном. Загадочная аура, нависшая над его образом в глазах впечатлительного подростка, мгновенно развеялась. — Учитель, вы что, верите в приметы? — голос Юджи звучал крайне разочарованно. — Эм-м… верю, наверно? Впрочем, какая разница? Давай лучше пойдём отсюда… — Но это же глупо! — парнишка закатил глаза, с вызовом устремившись прямиком к треснувшему стеклу. — Итадори, не стоит… — Почему нет, если я действительно считаю приметы глупостью? Даже не глупостью, бредом! — Ладно-ладно, забудь про приметы, это была просто неудачная шутка, отойди от зеркала, оно… — Сатору разочарованно закрыл лицо ладонью. — Ну, вот, я смотрю на себя и что? Разве со мной что-то происходит? Приметы… — в речи Юджи уже отчётливо проступали отголоски демонической интонации. — Нет, ну, правда, кто их вообще придумал? Разбиваешь стакан — к счастью, раскалываешь зеркало — к беде… а если бы я это зеркало стаканом разбил, что бы произошло тогда? Приметочный парадок… — Юджи замолчал. Треснутое отражение напротив него, до сих пор совершенно обычное и лишь слегка надломленное по центру, внезапно сощурило глаза, расчертив на лице мальчишки ехидную улыбку. — Нет же… — голос наставника стал невероятно далёким. Итадори осознал это слишком поздно. По крайней мере к тому моменту он уже окончательно уступил контроль над разумом собственному отражению. — Ну, наконец-то, ты сдался, паршивец! — тело ученика надрывно согнулось вперёд, разорвав очередную рубашку школьника буграми проступивших сквозь неё мышц. Ну, началось… Годжо покачнулся на ногах, тоскливо подумав о том, что теперь долгожданная покупка булочек откладывалась на неопределённый срок. — О, Сукуна… ты всё-таки показался? — А? — пробудившийся демон пренебрежительно окинул взглядом собственное окружение, к великому сожалению не подмечая рядом никого, кроме уже успевшего осточертеть ему знакомого в чёрной маске. — Сатору, опять ты? Хотел бы я сказать, что приятно удивлён этой встрече, но мы видимся так часто, что… эй, какого чёрта ты вздыхаешь?! Скучающе отопнув в сторону мелкий камушек, Годжо сделал несколько шагов навстречу Двуликому. — Разумеется потому, что несказанно рад тебя видеть, — маг остановился, поочерёдно щёлкнув костяшками пальцев на обеих руках. — Ну, что, сегодня по-быстренькому? Окинув беловолосого взглядом, Сукуна весьма недоброжелательно скрежетнул зубами в ответ. — На этот раз я точно покончу с тобой. Годжо хмыкнул. Не так давно ему довелось узнать о том, что Двуликий мог оставаться на Земле не больше шестидесяти секунд. И хотя столь ничтожного количества времени навряд ли хватило бы ему для того, чтобы нанести миру существенные повреждения, перестраховаться и задержать демона всё же стоило. — Для того, кто имеет временной лимит в этом мире ты слишком много болтаешь, демон-минутка. — Поверь, на этот раз мне совершенно некуда спешить… Темнота вокруг мага сгустилась, переместив два оказавшихся в ней силуэта в совершенно иную реальность. — Ого, что-то новенькое, ты расширил свою территорию? — теперь, когда за состояние реального мира можно было не беспокоиться, Сатору, наконец, смог вздохнуть с облегчением. — Неужели из-за меня у тебя развились комплексы… — увеличившееся тело подростка с характерными чёрными полосами на лбу, носу и щеках рывком вжало беловолосого в широкую колонну позади него, не дав магу закончить. — Как предпочитаешь умереть, быстро или медленно? — Если я умру, кто же тогда будет встречать тебя после пробуждения? — Годжо задумчиво сощурил глаза под маской. Сукуна определённо стал сильнее. Теперь вытеснить его сознание из тела Юджи было практически невозможно. По крайней мере до тех пор, пока демон сохранял бдительность. — Хочешь, чтобы я сам выбрал способ твоей смерти? — Двуликий сосредоточенно всматривался в лицо прижатого им мага, практически не моргая. Его нужно было отвлечь. Но каким интересно образом можно было отвлечь того, кто смотрел на тебя с такой пристальной внимательностью? — Оу, так ты правда хочешь убить меня? Или же… — внезапно в голове Годжо промелькнула странная, даже абсурдная, но, вместе с тем, вполне способная сработать идея. — Сделать что-то другое? Хей, а ведь раньше ты никогда не прислонялся ко мне так тесно, Сукуна. Нападал издалека, бил и сразу же отскакивал, а тут подобрался так близко… что же ты на самом деле задумал? Опущенные ладони мага бесцеремонно скользнули вверх по корпусу демона, остановившись на чужих плечах без какой-либо опаски. — Выпустить тебе кишки одним ударом, — тело Двуликого напряглось. — Вот как? Странно, а мне показалось, я прочитал в твоих глазах совершенно другое намерение… — Годжо с вызовом оцепил шею демона пальцами, слегка потянув его на себя. — Ну же, Сукуна, я ведь не один это чувствую? Между нами такая химия, что, кажется, ещё немного и искры полетят… — Нет между нами никакой химии! — Да ладно? — Сатору недоверчиво наклонил голову в сторону. — Я всего-лишь положил руки тебе на плечи, а твоё сердце уже бьётся, как сумасшедшее. — Это не… — Только не говори, что неправда. Ты ведь явно ко мне что-то чувствуешь, это так очевидно, что… — Да не чувствую я! По крайней мере, если и да, то ничего, кроме ненависти, — концентрация Двуликого постепенно давала сбой. Оставалось совсем немного. — Врёшь. Если нет, докажи обратное. — Я не собираюсь тебе что-либо доказывать! На этот раз Годжо сам подался вперёд, сократив расстояние между собой и противником. — Тогда прекрати сдерживать демона, Рёмен, и просто поцелуй ме… — говоривший замолчал. Резко и одномоментно. Но не просто так, а потому, что в это самое мгновение хищно распахнувшийся перед ним рот Двуликого действительно накрыл губы мага собственными с такой жадностью, что невольно заставил их обладателя поперхнуться воздухом. Заострённые ногти Сукуны стиснули чужой пиджак, вытянутый язык толкнулся между зубами беловолосого, вызвав у него приступ неописуемого удивления. Нет, Сатору, конечно же, ожидал чего-то… но, никак не того, что Двуликий действительно решится его поцеловать. Ещё и так внезапно. Пребывая в этих рассуждениях, ошарашенный маг всё никак не мог собраться с мыслями. Чего уж было говорить о его недавнем намерении воспользоваться замешательством противника… однако, к счастью поцелуй был недолгим. Недолгой была и последовавшая за ним пауза. Ведь стоило Двуликому отстраниться, как Годжо мгновенно уронил свою голову на чужое плечо, громко и несдержанно прыснув в него смехом. — Пх, не могу поверить, что ты правда сделал это! Вот же… — А? Ты ведь сам сказал мне не сдерживаться! — Да, но я же… хах! Я же пошу… ахах… Господи, Сукуна, я не могу, это так смешно! — Это ни хрена не смешно!!! — Двуликий озлобленно встряхнул мага за плечи, тщетно попытавшись привести его в норму. — Почему я… что ты со мной сделал?! — О чём ты? Я ничего не делал… — казалось, истерику Годжо было уже не остановить. — Ага, конечно! Говори по-хорошему, что ты на мне использовал?! Заклинание? Амулет? Если амулет, то где ты его прячешь, сволочь? — руки демона бесцеремонно зашарили под одеждой мага, отчаянно пытаясь найти там хоть что-то. — Перестань, Сукуна, щекотно! Ще… — Я спрашиваю, — Двуликий сжал корпус противника так сильно, что Сатору был вынужден замолчать. — Почему я поцеловал тебя? Что ты со мной сделал? — голос демона снизился практически до хрипоты, колыхнув в сознании беловолосого что-то странное и волнующее. Вот почему уже через секунду прикрывший глаза и без тени улыбки приблизившийся к чужому лицу Годжо в который раз замер в считанных сантиметрах от лица собеседника, с вызовом заглянув ему в глаза. — А я тебе говорю, что ничего не делал… На этот раз поцелуй получился гораздо более несдержанным. Оторвав ненавистного мага от земли, Двуликий рывком пригвоздил его лопатками к колонне, неосознанно вынудив обвить свой корпус ногами, злобно прорычал что-то в чужие довольно улыбающиеся губы, и тут же ощутимо надавил пальцем на подбородок Сатору, толкнувшись языком внутрь податливо открывшегося рта. В ответ на это, отпустивший ситуацию маг мгновенно запустил руки в волосы демона, несильно сжав убранные назад пряди и огладив пальцами чужие заострённые уши. — Мгх… — Ого, тебе нравится, когда я делаю вот так? — Нет. — А по-моему нравится, — Годжо собрался было повторить нехитрую манипуляцию с чужими ушами, но Двуликий стремительно вдавил его обратно в колонну, прикусив за шею. — Отвратительно. Сатору податливо запрокинул голову, открыв партнёру ещё больше пространства для самовольства. — Отвратительно тут только то, что ты мне об эту пилястру уже все лопатки отбил. У тебя здесь есть что-нибудь помягче, вроде кровати? Очередной поцелуй-укус был прерван коротким и не особо довольным: — Есть трон. — Пф, как пафосно… ну, давай хотя бы на нём. Пространство вокруг исказилось и оказавшийся на троне Сукуна мгновенно прижал к себе мага ещё теснее. Запустил ладони под пряжку чужих тёмных брюк, расслабил крепление и тотчас напряжённо потёрся пахом между ногами бывшего противника, оседлавшего его бёдра. — Хей, мистер решительность, если войдёшь в меня просто так, моё тело может пострадать. — Я, по-твоему, совсем что ли идиот? Сатору хмыкнул, переместив руки на пуговицы собственного пиджака. — Я не говорил, что ты идиот, просто немного охладил твой разум, напомнив о том, что меня нужно подготовить, — пальцы беловолосого неторопливо переключились на рубашку. Всё это время лишь наблюдавший за происходящим Двуликий рывком потянул одежду мага вниз, оголив его грудную клетку и плечи. — Конечно я собирался тебя подготовить! — губы демона неожиданно бережно припали к светлой коже партнёра, оставив на ней еле заметный след. — Вот этим? — Годжо напряжённо усмехнулся, мягко сжав в кулаке чужие пальцы с длинными заострёнными ногтями. — Я, конечно, понимаю моё тело тот ещё замочек, но орудовать в нём твоими «отмычками»… Сукуна раздражённо выдернул руку. — Помолчи, я могу изменять форму своего тела, как пожелаю, — словно в подтверждение этим словам когти демона разом втянулись в кожу своего обладателя, покрыв фаланги Двуликого чем-то склизким и прозрачным. — Не знал, что ты так умеешь. А это?.. — Вместо смазки. — Кажется теперь я начинаю понимать, почему Юджи так легко проглатывает твои пальцы, — Сатору приподнялся на коленях, позволив демону приспустить собственные штаны. — Этот олух сожрал уже около дюжины, интересно сколько ты сможешь принять в себя… — ладони Двуликого прошлись по ногам мага, уверенно проникнув в чужое тело влажными пальцами одной руки. — Надеюсь, это был риторический вопрос? — Годжо выдохнул, обхватив предплечьями шею партнёра. — Вот здесь довольно приятно… — Помолчи, хватит комментировать каждое моё действие! — Как же ты поймёшь, где именно мне нравится, если я буду молчать? — почувствовав неладное, беловолосый резко обнулил пространство вокруг себя, не позволив демону прикоснуться к собственному лицу. — Чего задумал? — Дай мне сорвать с тебя эту тряпку! — Маску? Зачем, она тебе мешает? — Меня раздражает тот факт, что я не могу видеть твои глаза, прекрати сопротивляться! — Двуликий в который раз попытался миновать чужой невидимый блок, но Сатору только задумчиво качнул головой в ответ. — Нет уж, я буду сопротивляться, Сукуна. Глаза — вещь довольно интимная, не хочу, чтобы в них заглядывал кто ни попадя. Демон озлобленно скрипнул зубами. — Ты говоришь это тому, с кем собрался трахаться? Тому, чей язык пару минут назад изучил каждый сантиметр твоего рта, и тому чьи пальцы прямо сейчас толкаются в твою задницу? — Ладно-ладно, — Годжо неохотно провёл рукой по светлым волосам, ослабив узел на повязке. — Доволен? — пронзительный взгляд невероятно чистых голубых глаз был устремлён прямиком на демона. Потерявшись в его сиянии на какое-то время, Двуликий замер, заворожённо рассматривая чужое лицо. — Да, так гораздо лучше… — остановившаяся рука Сукуны возобновила своё движение, от чего глаза мага в тот же миг томно прикрылись от удовольствия. — Не знаю, я сейчас как-будто бы голый. — Зато теперь, я и без твоих слов вижу, что ты действительно наслаждаешься процессом. — Видит он, — Сатору помедлил, решительно вздёрнув голову собеседника за подбородок. — Если действительно хочешь увидеть, как я наслаждаюсь, засунь свои пальцы глубже, Сукуна… Вопреки услышанному, Двуликий лишь стремительно извлёк фаланги из тела мага, прислонившись к нему кое-чем посущественнее. — Хах… как же легко ты выходишь из себя... — Годжо жарко выдохнул в чужое плечо, податливо насадившись на демона при помощи его рук. — Ты… как нормально? — несдержанным, но в тоже время обеспокоенным голосом уточнил Сукуна, подметив то, как прикрытые глаза противника еле заметно блестнули от проступившей на них влаги. — Не так уж больно, как я думал. Невзирая на услышанные слова, демон всё же придержал беловолосого за поясницу. — Я дам тебе время привыкнуть. — Ха… дурак, — маг стремительно убрал чужие руки в стороны, опустившись на их обладателя ещё ниже. — Начинай уже двигаться… — Ты… — Ну же! — Годжо подначивающе качнул бёдрами, вернув ладони Сукуны обратно. — Давай… В ответ на эту просьбу демон крепко сжал спину мага, толкнувшись в него до самого основания. — Хах… — потерянно усмехнувшийся беловолосый резко обвил чужую шею руками. — Это так странно, но… — продолжая ощущать всё более уверенные толчки в своё тело, Сатору часто задышал, прижавшись к виску Двуликого губами. — Хорошо… — Ты слишком сильно сжимаешься! — Ничего не могу поделать, — опаляющий шёпот издевательски скользнул по ушной раковине демона вместе с чужим языком. — Оставь мои уши в покое! Не обращая внимания на услышанные слова, Годжо слегка прикусил влажную кожу партнёра зубами. — А если не оставлю? — Сатору, прекрати, — когти демона болезненно скрежетнули по спине беловолосого, оставив на ней очередной след. — Ау, Сукуна, спина… лопатки! Годжо сжался и зажмурился, но уже через секунду вновь открыл глаза, переведя полный недоумения взгляд на Двуликого. — Всё? Ха, а говорил, что не нравится, когда уши… эй-эй, стой, погоди, к-куда? — маг не сразу понял, каким именно образом Сукуна умудрился развернуть его спиной к себе. — Снова? — Ты ведь ещё не кончил. Взгляд партнёра сузился от переполняющей его жажды возмездия. — Да ладно, я уж как-нибудь обой… — Сатору опёрся руками на подлокотники трона, попытавшись встать, однако Двуликий крепко сжал его корпус, так и не позволив отстраниться. Чужая ладонь тесно обхватила мага спереди, заставив его опустить голову. Язык демона горячо прошёлся между дрогнувшими лопатками, вылизав каждую оставленную царапину. — Сукуна… Непрекращающиеся движения внутри превратили Годжо в подобие тряпичной куклы — ноги мага резко сделались ватными, взгляд поплыл, став совершенно бессмысленным, а способность адекватно оценивать обстановку и вовсе пропала. Теряясь в ощущениях, беловолосый зажмурил глаза. Всего несколько тихих рваных выдохов спустя он всё же не выдержал и откинулся назад, напряжённо дрогнув и тотчас расслабленно обмякнув в чужих руках. — Неплохо… — Годжо повернул голову, неглядя поймав губами прикосновение очередного поцелуя. — Ты хотел сказать «чертовски хорошо»? — Я хотел сказать, что это первый раз, когда я не сожалею о нашей встрече, — Годжо развернулся на коленях демона всем корпусом, попутно натянув обратно пиджак и рубашку. — Ну и? О чём ты так глубоко задумался? — О том, что, когда ты не улыбаешься, твоё лицо даже можно назвать красивым. — Это был комплимент? — рот мага вновь озарила ехидная усмешка. — Секундное замешательство… — Ну-ну… — Годжо вновь чмокнул Двуликого в губы, постепенно сумев вовлечь демона в более глубокий поцелуй. — Не знаю, как тебе, а мне правда понравилось. Спину, разве что, жалко, ты мне её сначала отбил, потом исцарапал… — маг страдальчески ощупал рукой ноющую поясницу. — Сделай одолжение, при нашей следующей встрече будь немного сдержаннее, когда захочешь меня поцеловать. — В следующий раз я точно убью, а не поцелую тебя, Сатору. — Вот как? Ну, что ж тогда, — беловолосый неторопливо вскинул разморенную подступившей негой руку, метким тычком вонзив средний и указательные пальцы в лоб обомлевшего демона. — До встречи, Сукуна. Иллюзорное пространство и образ Двуликого развеялись. Мгновение и Сатору вновь оказался в музее, а ставшее прежним тело Юджи, возникшее перед ним, безвольно рухнуло в руки мага, не имея возможности стоять самостоятельно. * * * — Учитель, что произошло… — О, Итадори, ты очнулся? — Я, что… вырубился? — Ага, прямо в том музее. Стоял-стоял, а потом… — Годжо замолчал, с улыбкой отведя глаза куда-то в сторону. — Ой, лучше тебе не знать о том, что было потом… — Я сделал что-то плохое? — Ну, не совсем ты, к тому же это было довольно хорошо… ладно, не важно. Ты пришёл в себя, а, значит, мы, наконец, можем пойти поесть булочек, — Сатору поднялся на ноги, решительно устремившись в сторону города. — Учитель, вы явно мне что-то не договариваете! — Ничего не знаю-ю… — Это из-за моих слов про приметы? Ну, да-да, вы были правы, я всё понял! — Неужели? И что же ты понял, если даже я пока сообразить не могу? — Ну, что в приметы нужно верить. Что всякие там кошки и зеркала приводят к несчастью. — А-а-а, ты всё об этом, — Годжо удовлетворённо втиснул руки в карманы, с наслаждением вдохнув прохладу ночного воздуха. — Да как сказать? Не к такому уж и несчастью…