Чай

После работы Хару приглашает мужчину к себе домой, дабы он сам мог переодеться, а затем они бы вместе пошли гулять по парку. Ну, что-то вроде свидания… точнее, оно и есть. — Дайске, завари, пожалуйста, чай, пока я переодеваюсь! С двумя ложками сахара… На этих словах Хару направляется в спальню, а своего парня оставляет хозяйничать на кухне. Тот замирает, оглядывает комнату, в который остался, и вздыхает. Он никогда в жизни не готовил чай самостоятельно. Зачем, если есть Сузуэ и прислуга? Но Дайске на удивление кричит «ладно» в ответ. Като даже немного теряется… — Только чайник не урони! Дайске сам себе кивает и забирает со столешницы необходимый прибор. Чтобы открыть крышку, ума много не понадобилось — это получилось с первой попытки. Дайске аккуратно включает кран, начав наливать в чайник воду. «Пока что у меня неплохо получается…». Правда, на этом удачное заваривание чая заканчивается. «Как включить его?..» — думает Дайске, оглядывая чайник со всех сторон. Приходится осторожно тыкать по каждой кнопочке, но это не срабатывает. — Хару, где ты хранишь инструкцию от чайника? — криком спрашивает Дайске, но его парень молчит, вероятно, из-за закрытой двери в спальню. Наверное, не слышит… «Так, ладно, это я сделаю в самом конце», — решает Камбэ, от чайника переходя сразу к выбору кружки. Только вот чистой посуды у Като почему-то не оказывается... теперь Дайске понимает, что ему придётся самому помыть что-то. Он достаёт из раковины кружку, которую сам подарил Хару месяц назад (на день рождения), и вновь открывает кран, поднеся посуду под воду. «Наверное, нужно воспользоваться этим», — думает он, заметив бутыль с надписью «моющее средство». «Фу, какое неприятное», — понимает Дайске, заливая это средство в кружку. Он ждёт, пока та наполнится до краёв, и лишь затем ставит практически опустевшую из-за этого бутыль обратно. Пена в кружке стоит ещё очень долго, ибо количество средства даёт о себе знать, но Дайске не сдаётся, размывая его водой по посуде. — Наконец-то… — бубнит он, после чего вспоминает, что надо положить две ложечки сахара. А, ещё было бы неплохо сам чай найти… Дайске снимает с верхней полочки металлическую банку, в которой у Хару, наверное, хранится заварка, и действительно… в итоге мужчина насыпает в кружку немного заварки, а затем берёт со стола небольшую пиалу, в которой хранятся какие-то маленькие белые крупинки. Будучи уверенным, что это сахар, он принюхивается. Разумеется, аромата никакого нет, но Дайске решает, что и так сойдёт. — Я всё, — говорит Хару, выйдя из комнаты на кухню. Дайске еле заметно улыбается, когда видит своего парня в красивом костюме. Тот подходит к нему и, погладив по руке, спрашивает, получилось ли приготовить чай. — Как видишь… я не могу только чайник включить. Хару сначала смотрит вопросительно, а потом, заметив чайник, стоящий на столе, удивляется. — Ну… ты же его на подставку не поставил, конечно, он так не заработает… ты что, действительно никогда не заваривал чай? Пока Като ставит прибор на подставку, Дайске отрицательно мотает головой. Они вместе садятся на кухонный диван, и Камбэ, положив голову на грудь Хару, стал смотреть, как тот листает что-то в телефоне и ждёт, пока закипит чайник. Со стороны они выглядели немного странно, ибо Дайске по привычке держал осанку, сидя вытянувшись, но при этом странно наклонившись. Саэки иногда шутила, что в таком положении он похож на робота, ибо на работе эти двое часто вот так сидели «в обнимку» перед коллегами. Когда чайник в кои-то веки закипел, Хару тихо попросил Дайске дать ему встать. Камбэ кинул на мужчину безразличный взгляд, а затем потёрся своим носом о его щёку, прежде чем отпустить. Като наливает кипяток в кружку с сахаром (предположительно) и заваркой, которую любезно для него приготовил Дайске. Сев обратно на диван и сделав глоток, он проглатывает жидкость, но, судя по его лицу, очень об этом жалеет. — Дайске, ты положил туда соль?..