What if...

— Позаботься о нём, — девушка услышала крик Чана, пока выводила Феликса из ночного клуба, прежде чем затащить его на пассажирское сиденье.    Большую часть пути обратно парень молчал, и Т/И начала думать, что, может быть, он не так сильно пьян, как сказал Чан. По крайней мере, до тех пор, пока внезапно, как будто он сознавался в убийстве, Феликс не выпалил: — У меня есть девушка, — она чуть не свернула на другую полосу автострады, колёса с визгом остановились на красный свет, когда девушка перевела на него взгляд. — Что?   Феликс возился с кольцами на пальцах, еле двигая руками, прежде чем небрежно пробормотать. — Извини, вроде… ты действительно очень хорошенькая, но я не могу поехать к тебе. У меня есть девушка. Её зовут Т/И, — продолжил он, бормоча. — Так что это было бы очень, очень… — он слишком сильно жестикулировал, — плохо.   Парень наблюдал, как её ошарашенное лицо медленно изменяется смехом. Так вот о чём говорил Чан. Загорелся зелёный свет, и Т/И решила немного повеселиться.  — Тогда твоей девушке, должно быть, очень повезло.   Он быстро покачал головой, затем вздрогнул, когда ему показалось, что его мозги утекают из черепа из-за огромного количества алкоголя в крови. — На самом деле нет. Я не провожу с ней и половину времени, хотя мне бы хотелось. Ей тяжело из-за меня. Я не заслуживаю её, но что мне делать? Я так её люблю, так сииии… — он ещё раз махнул руками, и его предложение перешло в бормотание, — сильно.   Девушка остановилась перед их квартирой, выходя, чтобы открыть ему дверь. Феликс наблюдал, как её выражение лица смягчается, пока она накидывала ему на плечи его же куртку, которую успела захватить с собой из клуба, прежде чем посмотреть ему в глаза. Она думала, что он выглядит таким же потерянным, как маленький мальчик перед своей любовью, но Т/И с трудом могла сдержать улыбку, когда начала вести его в дом. — Я же сказал тебе, — бормотал он, — я не могу… у меня есть девушка.   Она снова засмеялась, и Феликс выглядел очарованным звуком, приподнимая брови над полузакрытыми глазами с тяжёлыми веками. В свете уличных фонарей его веснушки ярко светились красным — от алкоголя и от Т/И. — Я твоя девушка, — сказала она, закатывая глаза, и Феликс выглядел так, будто только что обнаружил, что небо голубое. — В самом деле? Тогда я везунчик, а?   Он наклонился, чтобы поцеловать её, но девушка лишь слегка чмокнула его в щёку, таща к квартире.  — Прибереги это на утро, любимый. Отдохни, я приготовлю тебе похмельный суп.