What if...

      Её спина выгнулась к Сынмину, пока он продолжал поднимать девушку вверх и вниз на себя, бёдра бились друг об друга, пока их стоны наполняли воздух. Машина, которая сначала казалась такой удобной, теперь казалась слишком маленькой. Т/И хотела насладиться такой «поездкой», но здесь для этого почти не было места. — Боже, — слабые дрожащие руки вцепились в плечи Сынмина, когда он посмотрел на неё. То ли это от их взглядов, то ли от ощущений, но связь между ними ощущалась как никогда сильно.       На его губах появилась дикая ухмылка, пока он наблюдал, как девушка подпрыгивает вверх и вниз на его члене. Сдерживаться от стонов, когда он попадает всё глубже и глубже, было сложно как никогда.       К чёрту эту ухмылку.       Именно из-за неё Т/И влипла прямо сейчас. Из-за того, как он ухмылялся ей, когда ехал по шоссе к пляжу. Это должно было быть милое маленькое путешествие, не более.       То, как его взгляд задержался на ней, заставило девушку ещё громче простонать имя Сынмина, крепко сжимая его плечи и оставляя на коже красные пятна. Вот вам и милая поездка на пляж. Теперь они припаркованы в глуши и еле сдерживаются от того, чтобы не сойти с ума от смешавшихся ощущений, которые точно были на пределе. — Ты такая сексуальная, когда делаешь это, — тяжело дыша сказал Сынмин.       Он положил руку ей на затылок и заставил смотреть ему в глаза. Его бёдра врезались в её с мягкой силой, что казалось бессмысленным, но Сынмин умел чувствовать свои движения, не зря же он занимался танцами. Т/И подпрыгивала выше, пытаясь не отводить взгляд, но с новым ударом она автоматически откидывала голову назад. Это чистое удовольствие, охватившее тело, когда девушка понимает, что ничего не может сказать, кроме стонов и криков. — Смотри на меня, пока я тебя трахаю, детка, — напомнил Сынмин, продолжая толкаться в неё.       В такие моменты его дикая сторона проявлялась лучше всего. Его член идеально попадал в места, которые было нужно, чтобы достичь удовольствия. Парень знал, что нужно делать, он знал, как обращаться с её телом. — Нас могут арестовать, — выкрикивала она сквозь стоны, одной рукой проводя по запотевшему окну, пытаясь подавить приближающийся оргазм, зная, что это будет очень громко, и кто-нибудь может их услышать.       Это было не поздно ночью, и кто угодно мог легко их увидеть, им просто повезло найти место, где никого не было. — О, мне всегда нравилась фантазия о тебе в наручниках, — простонал он, кусая её шею.       Вздохи вырвались из Т/И, когда она зарылась руками в его волосы, пытаясь притянуть парня ближе к себе. Отпустив ситуацию и поддавшись чувствам, девушка начала его целовать. — Иди к чёрту, — почти плакала она.       Одна мысль о том, что Сынмин может приковать её к кровати сводили Т/И с ума. Голова затуманилась от мыслей об этом и её желание кончить заставило забыть о том, что кто-то их услышит. — Давай, детка, — он ухмыльнулся, наклоняясь, чтобы потереть её клитор, пока она продолжала подпрыгивать. Звуки шлепков по коже и стоны снова наполнили маленькую машину. — Чёрт, кончи для меня, как хорошая девочка, — глаза Т/И закатились, когда всё её тело будто вспыхнуло, и внезапно ей показалось, что машина загорелась вместе с ней.       Его бешеные толчки подкидывали её, заставляя хвататься за плечи Сынмина, пока он смотрел на девушку. Это особенный уровень доверия, в котором Т/И могла позволить ему делать со своим телом всё, что парень захочет, и он точно не сделал бы ничего лишнего. Его пальцы на её клиторе ни разу не ослабли, он продолжал врезаться в неё, кусая открытую кожу на шее всякий раз, когда у него была такая возможность. — Я хочу чувствовать, как ты сжимаешься, детка, я хочу чувствовать, как ты кончаешь, — он смотрел на Т/И с пристальным вниманием, когда её глаза начали закатываться. — Тебе это нравится, не так ли? — Сынмин издал смешок, заставляющий его почти сразу заскулить, когда она начала сжиматься.       Прошло слишком много времени с тех пор, как пара была вместе наедине, и он собирался это восполнить. — Да! — Тебе нравится мысль о том, что кто-то увидит нас? — Сынмин смотрел на неё тёмными глазами, но не как у милого щеночка, которым он обычно был, его глаза были чёрными как приближающаяся ночь, и от этого становились дурно. — ДА! ДА! — Т/И громко застонала, выдавая звуки граничащие с криком, когда его пальцы продолжили тереть клитор, заставляя дрожать. — Такая плохая девочка, — еле проговорил он, толкаясь сильнее, отодвигая сиденье ещё дальше назад, каким-то образом давая им обоим больше места.       Бёдра девушки начали напрягаться от усиленной работы, пока она продолжала подниматься и опускаться на его член. — Сынмин, — Т/И как будто не хватало воздуха, чувствуя, как её колени ослабевают.       Ухмылка расцвела на лице парня, когда он смотрел на неё, точно зная, что означает этот вздох. Держа её за бедра, чтобы он с лёгкостью сам мог входить в неё, Сынмин снова начал двигаться, чтобы Т/И кончила первой. Он жаждал ощущений, как девушка кончит на нём. — Посмотри на себя, какая ты красивая, — парень устало улыбался, так как она ничего не могла сделать, кроме как выкрикивать его имя.       Удовольствие полностью завладело её телом, от чего она с силой впилась в его плечи ногтями. — Чёрт, — прошептала Т/И, чувствуя, как он изливается внутри неё.       Мгновенный румянец вспыхнул на щеках Сынмина, как будто это не он врезался в девушку с громкими стонами и грязными словечками пару минут назад. — Какой ты милый, — парень дёрнулся внутри неё, изливаясь ещё немного, когда Т/И ухмыльнулась ему. — Мы должны идти… Мальчики будут спрашивать, почему так долго, — прошептала она, наклоняясь, чтобы поцеловать своего парня, и соскользнула с его колен, потянувшись к заднему сиденью в поисках чего-нибудь, чем можно было бы вытереться.       Сынмин заскулил, глядя на девушку и облизал губы, снова потянув её на себя. Стон сорвался с губ Т/И, когда она приземлилась спиной на его грудь, чувствуя между ног его руку. — Скажем им, что застряли в очереди в магазине из-за какой-нибудь бабушки, — мягко намекнул он, слегка поцеловав её в висок.