Королева любит погорячее

- Мы не можем пропустить этот прием! - почти со злостью воскликнула королева. - Там вполне обойдутся без нас! - в который раз возразил Канлар. Дело в том, что у господина Се-Ньяра сегодня родился сын, и Канлар справедливо полагал, что торжественная попойка с другом важнее приема какого-то графа из захолустья. - Мы должны явить... - продолжила аргументировать королева, но, устав уже с нею спорить, Канлар попросту поцеловал ее, не давая договорить очередную очевидную фразу. - Просто давайте хотя бы раз сделаем по-моему... - предложил Канлар, обнимая ее. Сердце Каи трепетно забилось. Просто забыть про все и послушаться его казалось крайне заманчивым... - Хорошо, пусть будет по-вашему, - со вздохом согласилась она, откладывая парадную диадему. Это было... странное чувство. Просто позволить ему настоять на своем... Кая нахмурилась, пытаясь разобраться в себе. Он с интересом наблюдал за тем, как выражение ее лица с растерянного сменилось на смущенное. - Дорого бы я дал, чтобы узнать, о чем вы сейчас думаете, - пробормотал он, но она услышала и покраснела еще пуще. Он закатил глаза: - Возможно, имеет смысл просто сказать? - без особой надежды на успех предложил он. Они были женаты уже несколько месяцев, но королева, несмотря на свежеприобретенный опыт, все еще ужасно смущалась любого упоминания о супружеских отношениях, поэтому не составляло труда догадаться, мысли какого рода заставили ее так краснеть. "Просто сказать" точно не было проще. Кае даже представить себе было страшно, как поделиться с супругом своими желаниями подобного рода - ведь что он может о ней подумать! Что она... развратная, испорченная! - Попробуете написать? - с любопытством склонив голову набок, продолжил дипломатическую атаку Канлар. Говорить о таких вещах у нее не получалось, а вот писать - иногда выходило. Королева кивнула, побледнела, села за секретер и принялась медленно писать. Когда она подавала ему записку, рука ее ощутимо дрожала, а сама она вся сжалась, боясь его реакции. Он с любопытством уставился на плотную дорогую бумагу, где нетвердой рукой было выведено: Быть может... в другой раз, когда мы начнем спорить... вы могли бы вместо дипломатического решения конфликта попросту принудить меня к супружеской близости? Он улыбнулся тому, в какое смущение ее привела подобная идея и твердым голосом резюмировал: - Прекрасная и весьма соблазнительная мысль! При других обстоятельствах я бы начал ссориться с вами прямо сейчас, чтобы оценить прелесть идеи... вполне, так сказать. Она с облегчением вздохнула, но так и не решилась посмотреть на него. ...через несколько дней королева и думать уже забыла об этой идее: график мероприятий был, как всегда, плотен и насыщен, и времени на переживания у нее особо не было. А вот Канлар, напротив, ничего не забыл, и как только они в очередной раз стали ссориться - кажется, не поделили что-то после совещания в совете, - приступил к выполнению достигнутых договоренностей. Расплаленная азартом спора королева только-только собралась перейти к тяжелой артиллерии - напоминаю о том, что королю-консорту стоит лучше изучить список своих обязанностей, - как с недоумением она обнаружила, что супруг явно не намерен тратить лишних слов. - Что... что вы делаете? - только и смогла с изумлением вопросить она, обнаружив себя в весьма непригодном для спора положении. Развернув ее за талию к себе спиной, Канлар прижал ее к секретеру и принялся уверенно спускать лиф платья вниз. Очередной домашнее платье королевы не имело под собой корсета, поэтому затея эта ему удалась: мягкая ткань соскользнула с груди, и его руки принялись уверенно массировать нежные и соблазнительные полушария. - Что вы делаете?.. - еще раз переспросила королева, пытаясь высвободиться, но это оказалось не так-то просто. - А разве не очевидно? - удивился Канлар, правой рукой сжимая ее сосок. Она чувствовала себя крайне возмущенной такой бесцеремонностью. - Прекратите немедленно! - почти прошипела она, пытаясь выкрутиться из его рук, но не преуспела. - Отпустите сейчас же, я требую! - Ба! - легкомысленно отозвался он, насмешливо теребя ее сосок. - Требуйте сколько вам угодно, душа моя, но, хотите вы того или нет, супружеский долг вы мне сейчас отдадите! Никто и никогда не позволял себе такой дерзости с ней! Особенно ненавистен ей сейчас был этот легкомысленный тон, и эта его уверенность в том, что он является хозяином положения. Кто тут королева, в конце-то концов! - Я позову стражу! - пригрозила Кая, вспомнив о своем высоком статусе. - Хм - согласился он с тем, что это проблема. - Так не пойдет, конечно. В следующую секунду он левой рукой крепко зажал ей рот. Продолжая прижимать ее к секретеру своим бедром, он использовал правую руку для того, чтобы продолжить игры с ее обнаженной грудью. - Вот теперь не закричите, - удовлетворенно резюмировал он, терзая сосок то на одной. то на другой груди. Королева протестующе замычала и попыталась оттолкнуть его руками, но не преуспела. С удивлением она обнаружила, что он довольно силен - а ведь внешне он не производил такого впечатления, напротив, казался довольно сухопарым. Теперь же у нее не получалось и двинуться: его нога уверенно прижимала ее к секретеру, одна рука удерживала голову о у его груди, зажимая рот, и в этом положении она почувствовала себя совершенно беспомощной, потому что ей не удавалось ни вывернуться, ни достать его руками, которыми она беспорядочно молотила по воздуху в тщетной попытке задеть его. Спустя минуту она поняла, что никак не может помешать его пальцам теребить ее соски, вызывая тем весьма недвусмысленную реакцию в ее теле. Поймав себя на том, что ситуация начинает ее возбуждать, Кая так удивилась, что перестала размахивать руками. Воспользовавшись этой заминкой, Канлар уверенно сменил ее позицию. Развернув ее к себе, он одним резким движением подсадил ее на секретер, окончательно спустил с плеч платья, заодно зафиксировав им руки в локтях, и задрал ей подол. Он даже отпустил ее рот и сделал полшага назад, чтобы оценить прелесть открывшейся картины. Под его горящим изучающим взглядом Кая мучительно покраснела, осознав, как сейчас выглядит: платье приспущено так, что грудь торчит на распашку, радостно демонстрируя торчащий от возбуждения соски, а задранный подол и разведенные в стороны ноги так и намекают, что девушка готова для секса. - Хотя вы и раздумали кричать, - задумчиво нарушил молчание Канлар, снова придвигаясь к ней и проводя большим пальцем по ее губам, - ваш ротик, определенно, стоит занять... Он мягко продвинул указательный палец между ее губ и провел им по зубам. Слегка надавив, он заставил ее приоткрыть рот - так его палец проник внутрь и начал ласкать язык. Королева настолько была увлечена новыми ощущениями - он никогда раньше так не делал - что не сразу заметила, что машинально начала этот палец посасывать, явно подсознательно представляя на его месте совсем другую часть тела. Одобрительно хмыкнув, свободной рукой Канлар провел по ее груди, спустился ниже и, сдвинув подол, осторожно прикоснулся к ее половым губкам. Там уже было мокро; оценив ее состояние, он поддразнил: - Ого, кажется, вы предпочли бы почувствовать мои пальцы в совсем другом местечке! Его предположение не столько смутило ее, сколько возбудило. Она и так чувствовала себя в высшей степени развратно - сидит тут, бесстыдно выставив на обозрение все сокровенные места, сосет его пальцы, так еще и возбуждается от происходящего! - Ну же, - он освободил ее рот и потребовал: - Скажите о ваших желаниях прямо. Вторая его рука в это время почти невесомо щекотала ее текущую щелочку, распаляя желание. Она с хныканьем втянула в себя воздух и попыталась двинуть тазом, чтобы прижаться к его пальцам сильнее; у нее это не получилось. - Словами, дорогая, - настаивал он. Большим пальцем он слегка надавил на ее половые губки в районе клитора, впрочем, не раздвигая их. Почти ласка, которая сводит с ума! Она выгнулась и попросила: - Пожалуйста! Свободной рукой он приласкал ее сосок, заставив ее заерзать, и продолжил настаивать: - Называйте вещи своим именами, дорогая. Чего именно вы хотите? Она снова попыталась прильнуть лоном к его руке, но снова не преуспела. Говорить о таких вещах было мучительно, невозможно стыдно, но у нее уже не было никаких сил терпеть. - Пожалуйста... - простонала она. - Трахните меня пальцами! На секунду он замер, приподняв брови: не ожидал от нее таких грубых словечек. Затем его пальцы уверенно двинулись вдоль истекающей соком щелочки, пока не достигли входа во влагалище. Там было жарко и мокро; указательный и средний пальцы без проблем скользнули в текущую дырочку. Она застонала. Он медленно продвинул пальцы вглубь, потом так же медленно стал выводить. Снова вводить - мучительно медленно. Она пыталась двигаться бедрами ему навстречу, чтобы ускорить темп, но он без проблем зафиксировал ее свободной рукой, не позволяя сделать это. Напротив, он стал двигать в ней своими пальцами еще медленнее. Она задрожала от возбуждения и вновь взмолилась: - Пожалуйста... - Пожалуйста - что? - надавил он, наслаждаясь глубиной ее беспомощности перед ним. С тихим стоном она сдалась: - Пожалуйста, доведите меня до оргазма!.. К этому моменту он и сам уже с трудом справлялся со своим возбуждением; решив, что с играми пора заканчивать, он освободил из одежды свой член и вошел в нее, уже не пытаясь мучить ее своей неспешностью. Почти сразу она с облегчением кончила, чуть не заплакав от силы своих эмоций, но возбуждение ее было так сильно, что одного оргазма ей не хватило, и вскоре она снова забилась в судорогах, пытаясь плотнее обхватить его член свои влагалищем. Ее второй оргазм спровоцировали его кончить - слишком приятно было ощущать, как дрожит и сжимается ее тело вокруг его плоти. После оргазма он не стал сразу выходить из нее, продлевая мгновенья близости. Увидев, что она начала приходить в себя, он не отказал себе в удовольствии поддразнить ее: - Ну что ж, сегодня получилось довольно развратно! Хотя в его голосе звучало неприкрытое одобрение, она снова покраснела. Ее воображение было достаточно богатым, что вообразить, как она выглядела несколько минут назад, извиваясь на его пальцах и умоляя об оргазме. Воспоминание о собственных мольбах прошлось по телу дрожью нового возбуждения. Со смущением взглянув на него, она спросила: - А можно?.. - но тут же сбилась и замолчала. - Можно - что? - помог он. - Можно мне еще один оргазм? - смущенно пробормотала она, как если бы считала, что не имеет права испытывать так много оргазмов за один раз. Он с большой страстью поцеловал ее, избавляя от смущения. Выйдя из ее лона, он на секунду прижмурился от удовольствия, а потом, продолжая целовать ее, рукой зачерпнул побольше ее смазки и принялся ласкать ей клитор. Она извивалась под его рукой и стонала ему в рот, явно теряя ощущение реальности, и кончила гораздо быстрее, чем он ожидал. Он прижал всю ладонь к ее лону, продлевая моменты оргазма, и с удивлением наблюдал, как она иступлено выгибается, прижимаясь к нему. Наконец, она приоткрыла затуманенные страстью глаза. - Еще? - на всякий случай уточнил он, и, к его глубокому удивлению, она кивнула. В этот раз ласкать ее пришлось дольше - он умело массировал то клитор, то вход во влагалище, то сжимал ее половые губки; зато когда, наконец, она провалилась в оргазм, тот был чрезвычайно сильным и глубоким. Все ее тело тряслось, короткие стоны сменились всхлипами, из глаз покатились слезы. Когда она, наконец, обмякла, было видно, что у нее не осталось никаких сил. Он подхватил ее на руки и отнес на кровать. - Спасибо, - только и смогла пробормотать она, после чего прижалась к нему и тут же провалилась в сон. - И эта женщина корчит из себя неприступную льдинку! - задумчиво пробормотал он, глядя на ее спящее лицо с удивлением. Впрочем, долго разглядывать и удивляться он не стал, тоже предпочтя заснуть.